Пропал чародей - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 28

Грогат ухватил его за шиворот и поднял в воздух. Морлан заорал от страха, а великан выдернул у него из рук мешок с деньгами и швырнул бандита вдогонку убегавшим. Морлан с воем, раскинув руки, как птица, упал на Борра и сшиб того с ног. Гран и Кролль улепетывали во все лопатки, но Грогат в несколько огромных шагов обогнал их и загородил путь.

— Я сказал — на колени!

Гран, побледневший, с трясущимися поджилками, медленно опустился на колени, а вот Кролль не послушался голоса благоразумия и кинулся в сторону деревьев на обочине.

Дубина Грогата ударила его прямо в брюхо, и грабитель сложился пополам, судорожно хватая воздух разинутым ртом. Великан встал над поверженным, свирепо посмотрев на Морлана и Борра.

Те повалились на колени.

— Так-то, — кивнул Грогат. — И помните — отныне я ваш хозяин! И что бы ни стибрили, вы должны приносить мне три четверти добычи!

— Но почему? — жалобно проблеял Морлан. — Воровать значит нам, вешать будут нас, а...

Огромная дубинка с хрустом врезалась ему в бок. Он с криком полетел наземь.

— И не вздумайте утаить хоть чуточку! — проревел Грогат, перекрывая стенания ушибленного. — Рано или поздно, а я все равно об этом дознаюсь и найду вас, куда бы вы ни спрятались!

— Нет! Никогда, Грогат! Мы согласны, три четверти тебе, Грогат! Отныне и навеки, Грогат!

Великан довольно кивнул.

— Ну, не забудьте про наше соглашение, — он пнул Морлана. — Заберите этого дурня и прочь отсюда.

— Слушаюсь, Грогат! Как прикажешь, Грогат!

Гран присел, потянув Морлана за руку, чтобы помочь ему подняться. Тот взвыл от боли. Трясущийся от страха Борр уставился на великана. Собрав все свое мужество, он спросил:

— А ты не боишься графа Гленна? Нет, конечно, ты велик и могуч... Но если граф придет с сотней солдат?

Грогат загоготал — словно кучу булыжников высыпали на железный противень. Полез в кошель, висевший у него на поясе и что-то вытащил наружу.

— Иди-ка, посмотри! — проревел он. Борр несмело шагнул вперед, с опаской поглядывая на Грогата.

— Да не бойся! — рявкнул великан. — Больше не трону. Иди, посмотри!

«Он хочет что-то показать, — подумал Джефри. — И похвастать».

Борр посмотрел на ладонь великана и охнул от ужаса.

— Да ведь это перстень с печатью графа Гленна!

— Он самый, — захохотал Грогат. — И можешь не сомневаться, я его не на дороге нашел!

Дрожащий Борр посмотрел на огромную рожу.

— Значит, ты убил его?

— Что? И лишился такого козыря? Ну нет! — Грогат снова заржал. — А что же я буду делать, когда придет герцог со своей ратью? А? Что я буду делать? Ну-ка, спроси!

— А что же ты будешь делать, когда придет герцог со всей своей ратью? — пролепетал Борр.

— Ха, я прикажу ему. «Стой, а не то я прикончу заложников! Прикончу то есть графа Гленна, его жену и детей!» — весело крикнул Грогат. — Осмелится ли он после этого нападать? А?

— Разбойник держит семью графа в плену! — с ужасом подумала Корделия.

— Мы должны спасти Гленнов! — Джефри так стиснул ветку, что пальцы побелели.

— Полегче, — прошипел Келли, положив мальчику руку на плечо. — Ты же слышал, он не убьет их. С ними ничего страшного не случится — а вот с вами может.

— Да, дрожите! — заржал Грогат. — Трепещите от страха! Теперь повелитель этих земель — я! И все должны платить мне дань!

— Да, да, Грогат! — Борр закивал так быстро, что казалось — вот-вот его голова отвалится. — Все, как прикажешь, Грогат!

— Уж будь уверен! — прорычал великан. — А не то я вам! И не бойтесь — я не стану отнимать у вас все, что вы награбите. Зачем? Вы ведь тогда бросите свое ремесло, а я хочу, чтобы вы грабили для меня золото и дальше. Но вы будете отдавать мне три золотых из каждых четырех, и по три серебряных монеты из четырех, и по три медных тоже!

— Будет исполнено, Грогат! Как прикажешь, Грогат!

— То-то! — огромная дубина свистнула в воздухе и сбила с ног Борра. Грогат довольно ухмыльнулся, повесив кошель с деньгами на пояс.

— А этот удар освежит тебе память! Да и остальным урок! А теперь — прочь отсюда! У вас целый день впереди, а вы должны еще много для меня награбить.

И он зашагал прочь, посмеиваясь и похлопывая по кошельку в такт шагам.

Борр и Кролль с оханьем поднялись на ноги.

— Сюда! Помогите мне! — окликнул товарищей Гран.

Борр озабоченно посмотрел на Морлана.

— Да. Ну, он-то, по крайней мере, сопротивлялся.

— Не трогай руку — у него с этой стороны ребра сломаны, — предупредил Гран. Сообща они подняли стонущего разбойника на ноги.

— Ничего, Морлан, боль скоро пройдет, — успокаивал его Гран.

— А как же мы, — проворчал Борр, когда они зашагали прочь. — Теперь нам придется грабить всех подряд, хотим мы этого или нет!

— Да ладно тебе! Уж ты точно хочешь! — простонал Морлан.

— Да, — кивнул Борр, — но ради всего лишь одной монеты из четырех?

— На одну больше, чем досталось бы иначе, — скрипнул зубами Морлан. — Дотащите меня до постели и перевяжите! Два дня — и я снова смогу грабить вместе с вами!

Со стонами и ворчанием разбойники зашагали прочь.

— Какое безобразие! — возмутился Джефри, когда они скрылись за поворотом. — Неужели простому человеку уже нельзя безбоязненно ходить по дорогам?

— Зато теперь мы знаем, почему граф Гленн не призвал своих рыцарей на битву с Дрожем, — заметил Грегори.

— Ну да, — помрачнел Магнус. — Теперь нормального управления не будет — власть захватил противный великан, а он не будет делать ничего хорошего, только отбирать деньги.

— Возмутительно! — не унимался Джефри. — Граф больше не защищает свой народ — а этот великан вместо того, чтобы обуздать разбойников, поощряет их!

— Ни женщины, ни дети не смогут спокойно ходить по дорогам, — вздохнула Корделия.

— Так вперед, Гэллоугласы! — вскричал Джефри. — Разделаемся с этим мерзким великаном!

— Тише, дети, тише! — урезонил Келли. — Это не простой человек, это же вон какое чудовище!

— А дракон, которого мы урезонили намедни, что, был ручной ящерицей? — огрызнулся Джефри.

— Да, но в битве с драконом вам помогал единорог — а чем он сможет помочь в бою с таким громилой? Нет, нет, Грогат может схватить его и покалечить!

— О нет! — вскрикнула Корделия, обняв единорога за шею.

Келли продолжал гнуть свое.

— И потом, рядом нет Пака, чтобы прийти вам на помощь, если понадобится. Может быть, вам подождать, пока он не присоединится?

— Но нам нельзя терять ни единого часа, да что часа? Минуты! А не то этот громила примется сеять ужас среди несчастных крестьян!

— А кто возьмет в руки бразды правления? Великан-то их не подобрал, — не умолкал Келли. — Нет, сначала вы должны освободить графа, его жену, детей, а уж только потом идти в бой с великаном!

— Так веди нас к графу! — пожал плечами Джефри.

— А тебе — тебе все равно, с кем бы ни сражаться — лишь бы сражаться, — фыркнула Корделия.

— О, как ты несправедлива, сестренка! — стиснул кулаки Джефри.

— В самом деле, — Магнус умело втиснулся между ними. — Согласись, сестрица, твой брат сдерживает свое желание вступить в битву, пока не уверен, что эта битва поможет другим!

— Да, это так, — вздохнула Корделия. — И ему, кажется, скоро представится такой случай!

— Так вперед же! — направив мысли детей по более безопасному руслу, Келли позволил себе выпустить пар. — И позор ему, нападающему на женщин и детей! Вперед, дети! Мы найдем и освободим графа, а тот призовет на помощь своих рыцарей! И уж вы поможете ему сделать из этого великана подстилку для городских ворот!

— Ура! — вскричали воодушевленные дети и поспешили за лепрекоэном.

Братья решили, что лететь будет быстрее. Корделия не захотела бросить единорога, поэтому братья полетели рядом с ней, вдоль дороги. Грегори устроился на спине единорога перед Корделией, во весь рот улыбаясь, барабаня пятками по бокам несчастного животного и прикрикивая: