Напарник чародея - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 26

— И каков же результат размышлений?

— Замок, — Дар отвернулся. — Конечно, она это заслужила, но не стоит сообщать всем окружающим.

Когда Дар вышел из шлюза, на консоли рядом с дверью мигал огонек вызова. Дар расстегнул костюм лишь настолько, чтобы откинуть шлем, и нажал кнопку воспроизведения. На экране появилось лицо директора бюро импорта Максимы. Дар знал, что, подобно остальным женщинам Максимы, Миртл некрасива, но в этот момент она показалась ему очень привлекательной. Дар вспомнил недавнее видение ему Лоны и понял, что на этот раз она отсутствует слишком долго.

— Какие новости, моя радость? Кто на подходе?

— На подходе ракетный грузовик стандартной конфигурации, — сообщила Миртл. — Какой-то старатель пытается заработать несколько квахеров на пути с Цереры. Везет обычный джентльменский набор: кремний, металлы и запчасти. Если тебя это интересует, он открывает магазин в четыре пополудни. Пока, — она наградила его своим овечьим взглядом, и экран потемнел.

— Она никогда не остановится, — вздохнул Дар. — Клянусь, эта женщина истратит на меня все свои запасы обаяния и чар.

— Это происходит несомненно потому, что она считает себя в полной безопасности, — заверил хозяина Фесс. — Поедешь в магазин, Дар?

— Конечно! У нас запаса чистого кремния осталось максимум на месяц! Кончаются к тому же алюминий и золото, — Дар торопливо сбросил тренировочный костюм, который надевал под скафандр, аккуратно повесил на вешалку (Лона терпеть не могла беспорядка в гардеробе) и направился в душ.

— Можно устроить собственную плавильню, — заметил Фесс, — и покупать сырье у местных старателей. Обойдется дешевле.

В ответ послышался шум струящейся воды. Дар предпочитал водяные брызги сверхзвуковым колебаниям, которые лучше счищают грязь, но не бодрят организм. И почему бы не пользоваться водой? Ведь она все равно пройдет очистку и попадет в атомный реактор.

Его голос перекрыл бульканье:

— Не доверяй им, Фесс. Старатели на Церере работают лучше, чем местные. А за деньги, потраченные на покупку плавильни, я сумею купить очень много чистых материалов. К тому же, когда нет своей плавильной печи, появляется гораздо больше поводов выйти в город и встретиться с приятными людьми.

Получасом позднее чистый, побрившийся, надушенный, с горячим обедом в желудке и списком покупок, составленным Лоной заранее, Дар вышел из дома. Он, конечно, и сам знал, чего им не хватает в доме, но она всегда вписывает такое, до чего мужчина и не додумался бы. Приходилось признать, что в деле покупания у нее гораздо больше опыта.

Конечно, она также гораздо лучше разбирается в создании и программировании компьютеров.

— Никаких сомнений, — не раз говорил Дар, поднимая руки, чтобы спрятать глаза. — Полагаюсь лишь на твою мудрость, любимая, — неприятно было признавать, что женщина практичнее мужчины, но он признавал. — Я вряд ли сумею вырастить даже обыкновенную конфетку из сливочной сгущенки, не говоря уже о молекулярной схеме из кристаллов арсенида галлия.

— Но тут нет ничего трудного, — однажды Лона все-таки попыталась объяснить мужу. — Видишь, эта маленькая зубчатая линия означает резистор, а число над ней говорит, сколько тут должно быть ом.

Дар нахмурился и посмотрел через ее плечо.

— Чертеж, — напомнила она.

— Я смотрю на чертеж.

— Но я хочу, чтобы ты сосредоточился, — Лона отодвинула стул, чтобы схема оказалась между ними. — А эти параллельные черточки обозначают конденсатор.

— Но как я установлю, сколько ом в сопротивлении? В настоящем, реальном, а не том, что на чертеже?

— Это указано на коробке.

— Да, но мы говорим о том, что я должен быть способен проверить, правильные ли части берут роботы. А что если на коробке напечатано неверное число? Или число правильное, а сопротивление случайно оказалось с большим числом ом?

— Гм... — она свела брови («Хмурится Лона очень красиво», — подумал Дар). — Хороший вопрос, любовь моя. Поэтому мама научила меня читать цветовые коды.

— Цветовые коды?

— Да. Видишь эти кольца на сопротивлении? Они разного цвета. Так вот, каждый цвет соответствует определенной цифре...

Так и пошло: электроника, химия, физика элементарных частиц. Лона всегда была нетерпелива, всегда старалась как можно быстрее двинуться дальше и касалась только вопросов, абсолютно необходимых для работы, а Дар всегда упрямо возвращал ее к пропущенному, зная, что если он не спросит «Почему?», вскоре он вообще перестанет понимать, о чем она говорит.

Когда пытаешься научиться, очень помогает, если сам становишься учителем.

Она обучила его достаточно, чтобы он мог присматривать за нормальным функционированием поточных линий на фабрике. Это означало, что если понадобится, он сможет каждую операцию выполнить сам. Но Дар по-прежнему знал недостаточно, чтобы планировать работу, и определенно не мог создать ничего более сложного, чем автоматический бар. Он продолжал учиться, когда мог, конечно, и Лона несказанно обрадовалась, когда, возвращаясь из своего третьего полета на Землю, увидела у него на столе книгу.

— Дар! Ты учишься!

— Что? — Дар в панике посмотрел на жену. — Больше не буду! Обещаю!

— Да нет, пожалуйста учись на здоровье! — Лона наклонилась, вглядываясь в страницы, и у Дара закружилась голова. — Да ведь это манускрипт Джона Гальгеро о квантово-пучковом распространении гравитационных волн! Ты знаешь, я сама с большим трудом докопалось до его сути!

Дар раздраженно посмотрел на свой стол: в данный момент меньше всего ему хотелось распространять волны. Даже квантово и пучково.

— Ну, конечно. Я ведь обещал, что научусь справляться с фабрикой, помнишь?

— Но для этого я тебя уже достаточно научила. Это сверх программы, и ты сам это сделал! О, ты у меня замечательный! — Лона подняла голову и так крепко поцеловала мужа, что он начал уже думать, что, может, действительно выглядит в ее глазах образцово-прилежным студентом.

Когда она позволила ему перевести дыхание, он лишь попросил:

— Ты только делай так, как только что сделала, и я все время буду учиться.

Она поцеловала его еще раз, а потом придержала у стены, чтобы он не упал.

— Ну, хорошо, я буду так делать. Ты тоже! Так что учись. Даже когда я здесь. Почему ты раньше ничего не читал?

— Ух... — Дар прикусил губу. — Ну... я думал, ты решишь, что я...

— Покушаешься на мою территорию? — она покачала головой (ее пышные волосы так красиво разлетаются при этом) и пытливо поглядела на возлюбленного сверкающими глазами. — Знания открыты для каждого, милый. Или, во всяком случае, их цена определяется тем, сколько ты готов за них отдать. И чем больше ты будешь знать, тем больше я буду тобой гордиться, — и она снова подставила губы, чтобы показать, какую гордость имеет в виду.

Дар подумал, что у нее есть все основания гордиться. Лона заставила его не отрываться от книг, пока отсутствует. Он изучил дифференциальное исчисление и начал знакомиться с некоторыми гораздо более сложными ветвями математики, он почти дошел до современного уровня в волновой механике, но все же ему еще оставалось узнать очень многое: виртуально-электрические схемы, теория информации, физика элементарных частиц...

— Интересно, успеваю ли я учиться быстрее, чем ученые получают новые знания? — воскликнул он вслух.

— Это возможно, Дар, — Фесс помещался в грузовом отсеке, его компьютер был подключен к управлению машиной. — На Земле скорость появления новых открытий замедляется. Как всегда, публикуется множество статей, но все чаще они вторичны. Если из опубликованных за год трактатов выжать всю воду, ее хватит на нужды небольшого провинциального городка на тот же год. С каждым годом сокращается количество оригинальных концепций.

Дар нахмурился.

— Это странно. Я слышал, что в университетах больше, чем всегда, защищается докторов наук, не говоря уже о такой мелочи, как кандидаты.

— Это верно, Дар, но от них больше не требуют оригинальных идей для диссертаций. Бюрократия тяготеет к стабильности, а истинно новаторские идеи могут нарушить эту стабильность.