Мой сын маг - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 39

Мэт выпрямился, глаза его блеснули. Он так и не привык к тому, что, когда Алисанда настраивается на монарший лад, она признает чужую правоту. Правда, она не призналась в том, что была не права, и тем более не призналась, что был прав он, но того, что она сказала, было вполне достаточно.

— Я улизну так, что меня никто не заметит, — пообещал Мэт.

— Я бы и сама отправилась, но...

— Я все понимаю, — заверил жену Мэт. — Ты монарх, и, кроме тебя, войско ни с кем не пойдет. Без тебя воины не будут так сильны.

— Я отправила гонцов в Аллюстрию и Латрурию с просьбой оказать нам помощь. Уверена, Фриссон вышлет войско. Думаю, поможет и король Бонкорро, хотя я в нем несколько сомневаюсь. — В ее душе шла борьба между долгом и чувством. Победило чувство. На глаза Алисанды навернулись слезы. — О, мой любимый! — вскричала она. — будь осторожен! Если я тебя потеряю, я не представляю, как смогу жить дальше!

Она протянула руки к Мэту, он бросился к жене и обнял ее.

Через несколько часов Мэт выскользнул из королевского шатра. Стражники выпрямились, вздернули алебарды, но Мэт приветственно поднял руку, и они приняли стойку «вольно». Удаляясь в темноту, Мэт всеми силами убеждал себя в том, что стражники столь же бдительны по отношению к тем, кто пытается войти в шатер королевы.

Луна стояла высоко, только она и озаряла лагерь. Походные костры были затушены. Воины крепко спали в шатрах. Мэт остановился около телеги с провиантом, дабы наполнить дорожный мешок, но тут из темноты появилась чья-то рука и протянула ему наполненный и туго завязанный мешок.

Мэт замер — нервы на пределе. Рука его легла на рукоять меча. А потом он разглядел пышные усы и облегченно вздохнул.

— Папа! Ты у меня лет пять жизни отобрал, не меньше!

— Ничего бы не желал тебе так сильно, как вечной молодости, — хмыкнул Рамон. — Неужели ты думал, что тебе удастся улизнуть из лагеря без меня, сынок?

— Откуда ты знал? — обиженно поинтересовался Мэт.

— Как — откуда? Да ведь ты проделал то же самое, когда тебе стукнуло пятнадцать — удрал из дома, когда тебе положено было сидеть за уроками!

Мэт вспомнил.

— Точно. Я тогда рванул на ярмарку. Боялся «чертова колеса», вот и решил всем доказать, что на самом деле я вовсе не трусишка.

— Ты мне так потом и сказал, — кивнул Рамон. — Кроме того, от меня не укрылось, что между тобой и твоей милой супругой какая-то напряженность, вот и решил, что ты непременно сделаешь все, чтобы защитить ее.

— Угу, — буркнул Мэт. — В конце концов она нацепила корону вместо чепчика замужней женщины и велела мне отправляться в путь. — Мэт решил, что с отцом лучше говорить без утайки. — Только теперь я уже не сомневаюсь в собственной храбрости, папа. Я посвящен в рыцари, а ритуал этот магический.

— Не сомневаюсь, что это так и есть. Знаешь, даже в нашем мире подобные ритуалы сопровождаются хотя бы символической магией и именно для этого предназначены. Я прожил три месяца на островах Парри — те еще были деньки, я тебе доложу, но все закончилось принятием присяги, и тогда я понял, что стал настоящим моряком. Более того, я понял, что стал мужчиной. — Отец похлопал Мэта по плечу и поднял мешок. — Вот так и ты, пройдя ритуал посвящения, знаешь, что теперь ты — настоящий мужчина.

Ну пошли, пора.

— Мы с тобой всегда были мужчинами, — тихо проговорил Мэт, вдел руки в лямки мешка, и они с отцом зашагали по притихшему лагерю, миновали дозорных и скрылись в темноте.

Пройдя ярдов пятьсот, они вышли на озаренную луной дорогу, и тут путь им преградило нечто огромное. На них сверху уставились алые рубины глаз. Спина чудовища была увенчана зубчатым гребнем.

— Берегись! — крикнул Рамон, пригнулся и выставил перед собой копье.

— Кто этот столь нелюбезный человек, лорд Мэтью? — прогремел утробный голос. — И с какой стати он пытается уколоть меня этой булавкой?

— Он всего-навсего пытается защитить своего детеныша — то есть меня, — пояснил Мэт. Горящие глаза вытаращились.

— Он? Слушай, я только сейчас разглядел кое-какое сходство. Так это и вправду твой предок по мужской линии?

— Совершенно верно. Стегоман, познакомься с моим отцом, Рамоном Мэнтрелом. Папа, это мой друг Стегоман. Он дракон.

— Никогда бы не догадался, — фыркнул Рамон и поклонился Стегоману. — Очень рад познакомиться.

— Я тоже очень рад, — отвечал дракон. — Вы можете гордиться своим сыном, госпожа Мэнтрел. Он воистину благородный человек. Вы его хорошо воспитали.

— Что ж, спасибо, — улыбнулся Рамон. — Хотя заслуга в этом не только моя, но и моей жены. Значит, вы давно знакомы с моим сыном?

— Несколько лет — мы познакомились в первый же день, как только он попал в Меровенс. Он вылечил мои крылья, а я не раз носил его на своей спине. — Стегоман склонил голову перед Мэтом. — Что и собираюсь предложить сейчас. Между прочим, Мэт, ты поступил не слишком-то честно. Как ты мог пуститься в путь, не известив меня?

— Да вот... думал, что сумею обойтись без тебя. Не судьба, — улыбнулся Мэт. — А интересно, как ты узнал?

— Знахарь вызвал меня с помощью магии, естественно, как же еще! Только ты покинул замок, он тут же это и сделал! И уж конечно, ты не станешь упрямиться и топать на своих двоих в такую даль, когда можно полететь. Ведь как-никак по вражеской территории идти надо!

— Конечно, я бы с удовольствием прокатился, — усмехнулся Мэт. — Предлагаешь свои услуги?

— Естественно. Плата — твои подвиги.

— Только не забудь — тебе тоже придется расплачиваться. Никуда не денешься, раз мы на тебе поедем. — Мэт обернулся к отцу: — Ну что, папа, садись! Ты вроде бы всегда любил летать? — спросил Мэт, взбираясь Стегоману на спину.

Оглянувшись, Мэт увидел, что его отец, прикусив губы и побледнев, отчаянно вцепился в один из зубцов на спине Стегомана. Мэт одобрительно улыбнулся.

— Понимаю. Это, пожалуй, немного пострашнее, чем в кабине реактивного самолета, папа, но ты привыкнешь. Вперед, Стегоман!

— К-конечно, п-привык-кну, — проговорил Рамон сквозь стиснутые зубы. — Жаль только, что нет привязных ремней.

— Мне знакомы эти ощущения, — кивнул Мэт. — Но не бойся, даже если мы свалимся, Стегоман подлетит и подберет нас. И потом, эти его зубцы так хорошо защищают от ветра, что сорваться с его спины очень сложно.

И тут Стегомана сотряс сильнейший удар. Мэт, его отец и дракон полетели вниз, а в ушах у них прогремел чей-то жуткий голос.

Глава 13

— Какой смертный дерзнул бросить вызов духу, и гуляет по воздушной стихии? — вопросил громоподобный голос.

— Хороший вопрос, — хмыкнул Мэт и велел Стегоману:

— Голову опусти. Идем на снижение.

Дракон и сам уже наклонился и закладывал посадочный вираж.

— Ты что, боишься? — поинтересовался Стегоман.

— Представь себе, да! Но самое главное, к чему злить духа, пребывающего в своей стихии? На земле мы сумеем обратить против него силы, которые ему неизвестны.

— Ах, ну да, мне следовало догадаться, что это не трусость, а хитрая стратегия, — издевательски фыркнул Стегоман и резко спикировал.

— Ты на месте? — крикнул Мэт через плечо.

— На месте, на месте! — откликнулся отец. — Но доложу тебе, ощущеньица еще те. Волосы дыбом!

— То ли еще будет, — пообещал отцу Мэт.

— Знаешь, мне всегда хотелось стать одним из героев моих любимых книг, — признался Рамон. — Наконец мои мечты сбываются!

Правда, голос его почему-то звучал не очень-то радостно. Стегоман выпрямился и выпустил ноги. Рамон поежился.

— Больше похоже на посадку истребителя, чем на посадку пассажирского лайнера.

— Осторожнее! — прокричал отцу Мэт н, спрыгнув на землю, нырнул под Стегомана. Рамон, секунду помедлив, последовал примеру сына.

Стегоман растопырил крылья и яростно взревел, встречая взглядом огромного джинна, опустившегося с неба. Дракон изрыгнул пламя, и одежда джинна загорелась. Дух отпрыгнул назад, взвизгнув так громко, что по окрестным холмам раскатилось многократное эхо.