Маг-крестоносец - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 123

Мэт пару мгновений пристально смотрел на толмача и, осмелев, выпалил:

— Жители Самарканда запуганы, женщины прячут лица, когда мимо скачут варвары. Персидские паранджи в последнее время пользуются большим спросом. Караваны ходят южнее.

— Мы уже обратили внимание на то, что досюда караваны не добираются, — мрачно проговорил Черук.

— Но ты не ответил на мой вопрос, — заметил Мэт. — Что случилось в Мараканде?

— Город захватило войско Великого Хана, — ответил Черук. — Это случилось около пятнадцати лет назад. Видимо, твой отец приводил тебя сюда незадолго до нападения монголов.

— На город напали только монголы? — удивленно спросил Мэт.

— Только они, — утвердительно кивнул Черук. — Мы стали первым городом, который они захватили. Прежде наше войско всегда отражало набеги кочевников.

Стало быть, именно поэтому тюркские народы не добирались до пределов арабской империи.

— Но на этот раз они были вооружены колдовством, которое оказалось неведомо вашим чародеям, — заключил Мэт. Черук испытующе глянул на него.

— Видно, ты и вправду бродячий певец, если знаешь столько вестей. Верно. Мы отбивали их атаки какое-то время, а потом они прибегли к злому колдовству такой силы, каким никогда не владели их шаманы. Враги призвали на помощь чудовищ, и эти чудовища стали рвать наших воинов на куски. В конце концов наши полководцы приказали отступать, и отступление превратилось в паническое бегство. Наверное, если бы мы победили, монголам не удалось бы покорить столько стран и народов, и в их войско не вступило бы такое огромное количество варваров из других племен. Тогда они не смогли бы завоевать столько земель в Азии.

— Все может быть, — задумчиво кивнул Мэт.

— О чем это вы болтаете? — сердито окликнул Черука Тарик.

— Он сказал мне о том, ваша светлость, — охотно сообщил ему Черук, — что люди радуются мудрому правлению гур-хана, ибо оно принесло им мир и процветание. А еще он полюбопытствовал, почему Мараканда теперь не та, какой была в ту пору, когда он побывал здесь в детстве.

Тарик самодовольно фыркнул.

— Сам бы мог догадаться, если видел наши гарнизоны в других городах. Скажи ему, что мы захватили этот город и что неверный жрец Иоанн бежал и теперь скрывается где-то в глуши, а может, уже и подох, как собака.

От Мэта не укрылась печаль, мелькнувшая во взгляде Черука. А сказал ему Черук вот что:

— Когда монголы напали на город, наш правитель, пресвитер Иоанн, собрал остатки войска и бежал в горы. Мы надеемся на то, что он жив, здоров и невредим и вернется, чтобы освободить нас, но мы не имеем от него никаких вестей. Пока, на счастье, все отряды, которые правитель Тарик посылал в горы, возвращаются ни с чем.

— А ведь среди них наверняка есть опытнейшие следопыты, — задумчиво проговорил Мэт и спросил:

— Но как же вражеские колдуны? Уж они-то могли бы выследить Иоанна с помощью магии?

Черук встревожился, но ответил:

— Ты прав. Они искали его. Но не нашли.

— Стало быть, Иоанн скорее всего до сих пор жив и невредим и прячет себя и свое войско с помощью собственного волшебства, — предположил Мэт. — Уж если бы он был мертв, колдуны непременно разыскали бы его тело.

В глазах Черука вспыхнул радостный огонек.

— Твои слова верны, и я благодарю тебя за них — ты даровал мне надежду. Смею угадать: ты — не просто странствующий певец. А теперь скажи мне еще что-нибудь, чтобы затем я смог сказать Тарику, будто бы ты рассказал мне еще какие-то важные вести.

Мэт немного подумал и сказал:

— Скажи ему, что войска Орды атаковали калифа Багдада и что он вынужден был отступить к Иерусалиму, где ему на выручку пришли войска франков и мавров. Их чародеи побороли варварских колдунов, и варварское войско ушло от Святого Города к Багдаду. Более поздние вести нам неведомы. Годится?

— Вполне, — кивнул Черук и с плохо скрываемой радостью изобразил бесстрастность, с коей и поведал Тарику то, о чем ему сказал Мэт.

— Гонцы уже рассказали мне об этом, — недовольно буркнул Тарик. — А ты скажи этому иноземцу, что наше поражение при Иерусалиме временное и что мы непременно одержим победу и ею докажем, что христианский бог слабее Ангра Майнью и всех прочих богов. Так всегда бывает, когда один противостоит целой сотне. И еще скажи ему, что если презренный Иоанн еще жив, то живет он не лучше дикого зверя. Он и не пытается проникнуть в город и отвоевать его. И хорошо делает, потому что обречен на поражение.

Черук с каменным лицом пересказал Мэту сказанное Тариком. Можно было не сомневаться, что он не верит ни единому слову монгола и считает, что тот просто похваляется. Ну а Мэт был на все сто уверен в том, что Тарик всего лишь занимался пропагандой — пусть ее объектом и был всего лишь какой-то странствующий певец.

— Надейтесь на лучшее, — посоветовал Черуку Мэт. — Думаю, ваш пресвитер Иоанн жив. Он просто ждет своего часа. И как только поймет, что час настал, он нанесет варварам сокрушительный удар.

— Да, но как он может надеяться на победу над этими злодеями и их демонами? — обреченно вопросил Черук.

— Хватит! — буркнул Тарик и отвернулся. — Дай им работу. Отведи их к городской стене и пусть потрудятся вместе с другими, кто занят ее укреплением. Ну а если к вечеру у них останутся силы, пусть поболтаются по базару. Глядишь, и выручат пару монет.

Троих спутников тут же снова окружили стражники. Черук извиняющимся тоном объяснил:

— Он отправляет вас на принудительные работы. А вечерами ты сможешь петь, а твои спутники — торговать на рынке.

— А еще мы можем убежать, — добавил Мэт. — И ты тоже, а вместе с тобой — все твои единомышленники.

Черук только успел бросить на Мэта удивленный и полный надежды взгляд, но стражники заслонили от него троих иноземцев, после чего торопливо повели их по коридорам прочь из дворца.

Но как только они оказались на улице, из подворотни вдруг послышался тоненький голосок с примесью мяуканья: