Маг, связанный клятвой - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 83

Мэт почувствовал, как в его руку вцепился Фадекорт, как темница вдруг вздыбилась и начала как будто раскачиваться, он уже готовил новое стихотворение...

Наконец комната снова заняла нормальное положение, но это была уже не их с Фадекортом темница, а застенок, в котором пытали. На столах лежали полураздетые сэр Ги и Иверна, над которыми склонились какие-то нелюди с железными орудиями пыток в руках. Один из них прикручивал к ноге сэра Ги что-то огромное, напоминавшее по форме башмак. При одном только взгляде на эту чудовищную обувку Иверна зашлась в крике. Другой палач задрал ей юбку и приблизил кинжал к гладкой коже бедра. За всем этим наблюдал герцог, и по его скуле ползла струйка слюны. Крики Иверны привели буквально в бешенство Фадекорта. Подпрыгнув, он бросился вперед на стражника и, выбив у него алебарду, сбил его с ног. Следующей жертвой стал палач. Но все внимание Мэта было приковано к герцогу, который взирал на него в немом изумлении.

Герцог резко откинулся назад, как будто кто-то невидимый нанес ему апперкот, и в следующее мгновение, предварительно стукнувшись о стенку, рухнул на землю. Ошеломленные стражники и палачи уставились на него в немом изумлении.

Дикая радость вскипела в груди Мэта, и, поддавшись долго мучившему его искушению, он схватил стоявшего ближе всех палача и на этот раз своими руками швырнул его об стену. Второй палач, выйдя из оцепенения, одним прыжком достиг жаровни и выхватил из нее раскаленную кочергу. Мэт едва успел повернуться к нему лицом, прежде чем он сделал выпад, размахивая своим страшным оружием. Мэт уклонился от удара и в ту же секунду нанес кулаком удар в живот противника. Деревянная рукоятка кочерги разлетелась от удара о спину мага, железка выпала из ослабевшей руки палача, но, падая, она раскаленным концом задела голень Мэта. Это заставило его заорать от боли и ярости. Он набросился на палача, и следующий удар откинул того назад. Палач споткнулся и, потеряв равновесие, упал на жаровню. Жаровня перевернулась, а он рухнул на рассыпавшиеся по полу горящие угли. Закричав звериным голосом, палач откатился в сторону и остался лежать, корчась и вопя от боли.

Мэт не тратил время зря. Обернувшись, он увидел, как Фадекорт разрезает вырванным у первого палача ножом веревки на руках Иверны, нашептывая девушке какие-то успокаивающие слова. Мэт тряхнул головой и повернулся к сэру Ги. Тот остервенело раскручивал страшный башмак.

— Мои благодарности, — произнес Черный Рыцарь. — Проследи за стражниками.

Мэт посмотрел вверх, обеспокоенный своей забывчивостью, но Фадекорт уже отшвырнул двоих в сторону, и даже Иверна успела подхватить оброненную пику и нацелила ее на одного из палачей, который замер в растерянности — перед ним стоял выбор: с одной стороны, смертельная опасность, с другой — слава труса.

Раздавшийся из зала крик стал для него спасительным. Дверь резко распахнулась, обнаружив какого-то начальника, который проорал во всю глотку: «К стенам! Нас окружили!» — и, развернувшись, бросился бежать прочь, не обращая внимания на то, что происходило в камере пыток.

Стражники, воспользовавшись заминкой, рванулись к двери и исчезли. Мэт оглянулся вокруг: герцог, ухватившись за конец одной из лавок, пытался подтянуться вверх. Его взгляд буквально прошил Мэта насквозь, суля страшные муки. Маг начал готовить очередное четверостишие, когда Фадекорт выступил вперед с кочергой в руке и, замахнувшись опустил ее на хребет герцогу. С вылупленными глазами герцог рухнул на пол. Неожиданно в комнате наступила полная тишина, все замерли. Мэт выхватил кинжал из-за пояса валявшегося без сознания солдата и направился к поверженному герцогу. Он наклонился и взмахнул кинжалом...

— Нет, лорд Маг! — Фадекорт перехватил его руку за запястье. — Его же не исповедовали!

Как ни странно, но Мэт остановился. Убить человека, не лав ему возможности покаяться во всех своих грехах, — это значит обречь его на вечные муки в Аду, но даже Мэт не думал, что это чудовище заслуживало вечных страданий без всякой надежды па то, что когда-нибудь они прекратятся. Ну пусть пострадает несколько столетий, это он заслужил, но не вечность же!

Но были и некоторые практические соображения в пользу того, чтобы покончить с герцогом сразу.

— Послушай, Фадекорт, если мы не воспользуемся этим случаем и не убьем его сейчас, он снова нападет на нас, как только наберется сил, а в следующий раз победа может оказаться на его стороне. Как зажмут они нас — король с герцогом — с двух сторон! Этим и кончится наш поход. Самое разумное — убить его сейчас.

— Но нельзя убивать хладнокровно, Маг. Ты загубишь его душу, да и себе навредишь.

— Дураку ясно, я делаю это, чтобы спасти наши жизни в будущем.

— Ну что же, будем иметь с ним дело в будущем, — спокойно заметил сэр Ги. — Но убивать его сейчас, когда он без сознания и не представляет никакой непосредственной опасности, — это просто убийство, сэр Мэтью. Это смертный грех и такая тяжелая ноша для твоей души что толкнет тебя в руки короля, во власть Сатаны.

— Это не убийство, это казнь! Это не месть, это справедливый суд! Признайся себе честно, неужели он не заслуживает этого? Сколько народа он уже убил, и все хладнокровно?

— Об этом не нам судить, — напомнил ему Черный Рыцарь. — Все в руках Господа. Нет-нет, когда закончится эта война, ты можешь поставить его перед судом его пэров, пожалуйста, но ты не можешь сам себя назначить его судьей. Это было бы грехом гордыни, усугубленным грехом убийства.

— Ты нас всех подвергнешь опасности, Маг, — заворчал Фадекорт, — и лишишь последнего шанса спасти Ибирию.

Мэт с отвращением выронил нож, Фадекорт с облегчением выпустил его руку. Тогда Мэт снова схватил кинжал, а циклоп с криком сделал выпад ему навстречу.

Но Мэт спокойно поднялся на ноги и повернулся к сэру Ги. Его опередила Иверна. Она перерезала путы на руках рыцаря, а затем принялась за веревки на ногах. Сэр Ги сел, потирая запястья и тихонько поругиваясь от боли в затекших плечах.

— Пресвятая Дева! Я, миледи, так благодарен! И если бы я залежался там чуть дольше, то просто бы навсегда закоченел! И я благодарен вам, Мэтью, и вам, Фадекорт, за то, что вовремя подоспели на помощь.

— Без вас и мы бы погибли! — заверил его Мэт. — Но интересно, кого мы должны благодарить за неожиданный уход солдат?

— Кто бы это ни был, он на нашей стороне независимо от того, знает он о нас или нет.

Мэт подошел к сэру Ги и помог ему подняться со скамьи, потом, подобрав его кожаную куртку и доспехи, передал их рыцарю.

— Держи это одной рукой, а другой поддержи Иверну.

— А это — тебе, — сказал Фадекорт, передавая девушке остатки ее одежды.

Иверна как могла прикрылась этими тряпками.

— Ну и как мы отсюда выйдем, Маг? — требовательно спросил Фадекорт.

Именно в эту минуту сквозь дверь просунулась маленькая фигурка, и раздался победоносный крик:

— Я нашел вас!

— Пак, — изумленно воскликнула Иверна.

— И трезвый, — заметил Мэт. — И когда же ты протрезвел, эльф?

— Пф-ф! Всего несколько минут назад! Мы с драконом раскидали наших противников, и тут оказалось, что вы исчезли. Мы пробродили в этом проклятом тумане несколько часов, пока он не рассеялся. Потом пошли по следу и увидели замок герцога. Я пробрался в подвал и услышал вашу болтовню! Но самое главное, я нашел туннель.

— Тайный подземный ход? — Глаза сэра Ги вспыхнули. — Давай веди нас туда, славный Пак! Ты придумал еще какие-нибудь грязные шутки, которые мы могли бы устроить?

— Да, кое-что есть! — заметил Пак и, развернувшись, повел их из камеры пыток.