Маг с привидениями - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 83

— Нет! Он мой!

— Пусть это так и будет, — прошептал Брион, глядя на возлюбленную умиленным взором. — Пусть так и будет до конца моих дней.

Розамунда смущенно посмотрела на него, покраснела и отвела взгляд.

— Вы вытащили пластину, сержант? Благодарю вас.

Она бережно опустила Бриона и отстегнула крючки, которыми крепилась на плечах кольчуга. При ее прикосновении Брион радостно вздохнул, а она снова зарделась.

— Теперь моя очередь, — заявил Мэт и локтем отстранил принцессу. Та хотя и неохотно, но все же повиновалась.

— Воды, пожалуйста, — попросил Мэт у друидов. Один из них подошел, держа в руках металлическую чашу. За Мэтом он наблюдал с любопытством и пытливостью. Мэт вынул из мешка одну из заранее заготовленных стерильных повязок, окунул ее в воду и промыл рану. Розамунда следила за действиями Мэта столь же пристально, как и друиды. Затем Мэт сказал:

— Задержите дыхание, принц.

Розамунда наклонилась, чтобы поцеловать Бриона.

— Что ж, можно и таким способом, — согласился Мэт и обработал рану прихваченным из дому антисептиком, большей частью состоящим из чистого спирта. Брион даже не шевельнулся. — Ну вот, а я еще переживаю, что у меня обезболивающего нет с собой... — пробормотал Мэт, закрыл пузырек пробкой и убрал его в мешок. — Хорошо, ваше высочество, можете прервать процедуру.

Розамунда неохотно прервала поцелуй. Затем она помогла Мэту наложить на рану повязку от шеи до подмышки, от чего Брион снова расплылся в блаженной улыбке.

Мэт отступил и придирчиво осмотрел принца.

— Вот все, чем я пока могу помочь. Повязку нужно будет время от времени менять, но, на мой взгляд, злодею удалось поранить только мягкие ткани.

— Я с него глаз не спущу, — пообещала Розамунда.

— Ну, может быть, не стоит действовать настолько буквально, — смущенно проговорил Мэт и отвернулся к выходу из рощи. В следующее мгновение он обернулся и посоветовал. — Да, снимите с него остальные доспехи. — Затем он сурово сказал сержанту и рыцарю. — Пойдемте, господа. Думаю, во всем остальном ее высочеству помогут друиды.

Нехотя, то и дело оглядываясь, сэр Оризан и сержант Брок последовали за Мэтом.

За деревьями Мэт увидел ожидавшего их главного друида. Прежде чем тот успел сказать хоть слово, Мэт опустил на траву мешок и поинтересовался:

— Скажите, почему вы сберегли сына вашего врага?

Глава 21

— Именно потому, что он — сын нашего врага, — улыбнулся друид. — Все жители Эрина ненавидят Драстэна.

— Или по крайней мере в обиде на него, — уточнил Мэт. — Насколько я понимаю, он пытался захватить ваш остров, но это ему не удалось.

— Верно, не удалось, — кивнул друид и помрачнел. Лица его спутников также посуровели. — Он потерпел неудачу, но его солдаты погубили множество наших воинов, изнасиловали множество наших женщин и спалили почти сотню деревень. Только потом нам удалось изгнать их с острова. Нет, не за что нам любить Драстэна, короля Бретанглии.

— Но зачем же тогда вы решили помочь его сыну?

— Ты считаешь нас невежественными дикарями? — гневно вопросил один из младших друидов.

Верховный жрец поднял руку, дав тем самым знак своему соратнику не вмешиваться.

— Вести из Бретанглии доносятся до нас с опозданием на два дня, так же как и вести обо всем, что происходит в Европе, да и во всем мире. Наша магия чего-то стоит.

— Я просто потрясен, — усмехнулся Мэт. — А скажите, монголы завоевали Китай?

Старик удивленно заморгал, но задал Мэту свой вопрос:

— Под названием «Китай» вы имеете в виду большую страну на востоке? Или ту, что южнее ее?

— Ту, что на востоке, — кивнул Мэт. — Насколько я понимаю, монголы и Индию завоевали.

— Если так ты называешь страну индов — нет, не завоевали, хотя и много раз пытались.

— Понятно, — кивнул Мэт.

Вот ведь интересно: в обоих мирах действовали примерно одни и те же крупные социальные силы.

— Немногие из тех, кто владеет магией, стали бы пользоваться ею для обретения знаний, особенно для обретения знаний о том, что происходит в мире.

— Такие маги наверняка не живут столь близко к стране, которая прежде пыталась захватить их страну и продолжает вынашивать такие замыслы, — с насмешливой улыбкой ответил верховный друид.

— Следовательно, вы хотите быть осведомлены обо всем, что происходит в Бретанглии, — понимающе кивнул Мэт. — Следовательно, вы узнали и о том, что Петронилла взбунтовалась против Драстэна.

— Узнали и возрадовались, — подтвердил верховный друид. — Узнали мы и том, какова была роль Бриона в бунте его матери.

— Еще мы знаем о том, что он — прославленный рыцарь и благородный человек, — добавил один из друидов.

— С ним связаны надежды эринцев на мир, — сказал третий.

— Мы не могли позволить ему пасть на поле боя, имея хоть малейшую возможность спасти его, — подвел итог верховный друид.

— Значит, это вы похитили его с помощью магии.

Верховный друид улыбнулся.

— Кое-чего друиды-притворщики, расположившиеся в Бретанглии, не продумали. А не продумали они того, что кто угодно, переодетый жрецом этой религии, может появиться среди них, а поэтому они не могут отличить истинного друида от такого же, как они сами. Так что несколько эринских друидов отправились в Бретанглию, как только там вспыхнул бунт, и пристально наблюдали за Брионом. И когда он был ранен, мы произнесли заклинание, при помощи которого жизнь в нем замерла, и перенесли его сюда.

— И эти чары могли быть сняты только поцелуем девственницы, — догадался Мэт.

— Девственницы, влюбленной в него, — уточнил верховный друид.

— Я, собственно, примерно так и думал, — кивнул Мэт. — Но тогда вы знали и о том, что сюда попадет Розамунда.

— Мы сделали все, что могли, ради ее побега и ради того, чтобы она направилась сюда, — подтвердил друид.

— И ради того, чтобы заодно сюда направился я, — добавил Мэт, несколько задетый. — Понимаете, как правило, я терпеть не могу, если кто-то мною управляет, переставляет с места на место, как пешку при игре в шахматы. Насколько я понимаю, вам известно о том, что король Драстэн умер?

— Известно, — кивнул верховный друид. — Но насколько мы знаем Джона, он может оказаться еще хуже, чем его отец.

Мэт согласно опустил голову.

— Он столь же алчен, но гораздо менее умен. И если честно, я не считаю Драстэна таким уж неисправимым злодеем. Просто-напросто он был совершенно равнодушен к чувствам всех остальных людей. А вот Джон жаждет отомстить — отомстить всему человечеству.

Верховный друид печально покачал головой:

— Этого мы и боялись. И еще: не был ли принц Джон любимчиком Драстэна?

— Был, — кивнул Мэт, — но не потому, что был похож на Драстэна. Просто он умел подлизываться, подхалимничать, притворяться.

— Если он останется королем, — заключил верховный друид, — народ Бретанглии запомнит его как самого худшего монарха в своей истории.

— Нисколько не сомневаюсь, — отозвался Мэт и, припомнив историю своего мира, добавил:

— То есть он будет настолько ужасен, что бретангличане поклянутся, что впредь у них никогда больше не будет короля по имени Джон.

— И такое отношение он может заслужить хотя бы тем, что поддерживает этих... как вы их называете, друидов-шарлатанов?

— Мнимых друидов, — отозвался Мэт.

— Верное название, — сухо проговорил верховный друид. — Они даже своих богов не называют теми именами, что были приняты у бриттов, а смешивают их с эринскими и галльскими.

— Благодарю за то, что выразили согласие с моим определением, — кивнул Мэт. — Кстати, вы позволите мне здесь произнести имя их главного друида?

— Боитесь привлечь его внимание? — понимающе улыбнулся верховный друид. — Не бойтесь. Его чары не настолько сильны, чтобы он замечал, как кто-то произносит его имя. Но даже если бы ему это было под силу, наши охранные заклинания сильнее всех его чар.