Чародей в скитаниях - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 48

— Что, без гроша в кармане? А, ты имеешь в виду — через главный вход? Нет, за ним может следить охрана. Кроме того, помнишь швейцара? Ну, знаешь, того загримированного под привидение малого в саване, похоже умирающего от скуки? Все шансы за то, что он-то смотрел ящик, даже если никто другой этого не делал. Нет, думаю нам лучше удовольствоваться тем, что нашел наш любезный брат.

В десяти футах от заветной двери кто-то позади них ахнул и заорал:

— Это они! Те, кого показывали по ящику! Остановите их!

— Обязательно должен найтись кто-то особо наблюдательный, — простонал Род.

Дюжина с чем-то эрзац-Рочестеров и псевдо-Джейн подняли головы и уставились на них, а затем толкнули локтями вбок своих соседей, кивая на Рода и Гвен (они были слишком воспитанными, чтобы показывать пальцами). Их соседи, несколько десятков вальяжных Байронов и Уллстоункрофтов, подняли головы и тоже уставились. Затем все они оскалили зубы в улыбках, превратившихся в плотоядные ухмылки, и разные голоса принялись перекликаться: «Кто они? Осужденные?» — «Быстрее! Не давайте им уйти!» «Лови их! Вон они уходят!»

И в две секунды толпа культурных рафинированных посетителей превратилась в воющую ораву, хлынувшую к Роду и его спутникам.

— Я мог бы догадаться, — простонал Род. — Скука, а мы хоть какое-то занятие!

Гвен заупиралась.

— Супротив нас им не устоять, милорд! Их ведь тут не больше сотни!

— Это чересчур много, нет уверенности, что не убьем кого-нибудь. И кроме того, пока мы косим их, они могут измолотить людей, пытавшихся нам помочь.

Он увидел, что она заколебалась.

— Не нравится мне убегать от такого сброда, милорд.

— Понимаю твои чувства, но в данном случае, осмотрительность определенно лучшая часть доблести. Лети во весь дух, милая!

К счастью, Гвен не восприняла его буквально, но у двери они очутились почти также быстро, как и при полете. И вклинились между Шорнуа и Мирейни, как раз когда брат Джой стукнул по нажимной дощечке с надписью «Только для служащих».

— Никак не ожидал, что буду настолько прав! — Род взмахом руки предложил Шорнуа проходить первой, а затем Мирейни.

— Но я же не служащая, — возразила она.

— Нет, служащая, — не согласился с ней Бел. — Ты ведь служишь у меня помрежем. Дуй!

Мирейни остановилась, глядя с дурными предчувствием на фасад дома.

— Не нравится он мне, Бел.

— Мне тоже думается, что он малость чересчур рококо, — Бел нахмурился, окинув взглядом фасад здания. — А все эти круглолицые ангелочки определенно невысокий класс. Мы покупаем у них услуги, а не декор.

— Ты прав, наплевать мне, как он выглядит. Дело в самой идее, Бел. Для меня невыносима мысль быть такой беспомощной.

— Да, — мрачно промолвил старик. — Вполне понимаю твои чувства. Но у нас нет большого выбора.

— Да и опасности-то на самом деле никакой нет! — Шорнуа пронзила Бела кинжальным взглядом. — Дом снов будет охранять вас, миз, словно родную, какой вы в некотором смысле и будете.

— И почему это меня бросает в дрожь при мысли об этом?

— Потому что тебе это представляется поглощением твоего «я», — Строганофф положил ей руку на плечо. — Все мы время от времени испытываем такой страх. Но в данном случае, это глупо. Законы, охраняющие клиентов дома снов, очень строгие, Мирейни, и соблюдают их очень жестоко.

— Сожалею, что вы угодили в этот переплет, — произнес с суровым выражением лица Бел. — Но если ПЕСТ действительно пытается что-то предпринять против нас...

— На самом-то деле вам незачем беспокоиться, — лучисто улыбнулась Шорнуа. — И это будет забавно. Если хотя бы половина слышанного мною правда, то вы позабавитесь больше, чем вам когда-либо доводилось.

Мирейни похоже все еще сомневалась, но крепко сжала свой компьютерный блокнот и последовала за ними в здание.

Одетая в прозрачную ткань сотрудница дома снов лучезарно улыбнулась, окинула их наметанным взглядом, добавила к удивлению тот факт, что они пришли вместе и спросила:

— Индивидуальный сон или групповой?

— Что такое групповой сон? — нахмурился Йорик.

— Вас всех подсоединят к одному компьютеру, — объяснила сотрудница, — и у вас будет общий сон. Конечно, главными героями будут только двое из вас, но вы все будете играть в нем каких-нибудь персонажей.

Бел окинул своих спутников ревнивым взглядом.

— А как компьютер решает, кому быть героем, а кому героиней? Наобум?

— Нет, он подбирает персонаж в соответствии с типом личности. И такой сон дешевле, при плате с человека.

— Дешевле? — вскинулась Мирейни. — Как же взимается счет?

— За индивидуальные сны с каждого из вас возьмут девятьсот тридцать семь квачей, — объяснила сотрудница. Она проигнорировала звук, изданный громко сглотнувшим Родом, и продолжала:

— Это примерно семь с половиной тысяч квачей для всех вас. А групповой сон стоит всего три тысячи для любого числа лиц вплоть до тридцати человек.

— Нас восемь, — негромко сказала Строганоффу Мирейни. — Групповой сон может даже оставит нашим беглецам достаточно наличных для рейса до Земли.

— О нас не беспокойтесь, — прошипел Род.

— Спасибо, Дон Кихот, — фыркнул Бел. — Не забывайте, чем быстрее вы улетите с Отранто, тем спокойней будет для нас.

— И почему это так говорят везде, где я бываю? — вздохнул Род.

— Размышлениям будем придаваться позже, — Бел кивнул сотруднице. — Мы возьмем групповой сон, миз.

Она взяла деньги, а затем отвела их в широкую комнату с низким потолком, где стояло десять мягких кушеток разной степени промятости, и пригласила их улечься. Они улеглись, осторожно поглядывая на начиненное электроникой изголовье.

— Лежите совершенно неподвижно, — проворковала сотрудница, — это совсем не больно.

Они все застыли, словно одеревенев, в то время как она надела им на голову облегающие шлемы.

— В череп ничего не проникает, — заверила она их. — Электроды просто приставляются к скальпам и индуцируют сон через кость.

Это подействовало не совсем чтобы успокаивающе, но они стерпели все с хорошей миной, и все приняли снадобье как пай мальчики и девочки. Оно было густым, как сироп, и напоминало по вкусу гранат.

— А теперь просто расслабьтесь, — успокаивающе предложила сотрудница дома снов, но наркотик растекся у них по жилам с такой быстротой, что они и впрямь очень даже расслабились, еще до того как она закончила фразу. Их окружила приятная истома, и они погрузились в сон, который был таким желанным, ну, положительно сибаритским.

Молодая женщина огляделась по сторонам убедиться, что никто не смотрит, а затем быстро шагнула в тень огромного старого дерева и завозилась в чем-то у себя за спиной.

— Вот! Этот проклятый корсет постоянно расстегивается! — она вышла обратно, с резко уменьшившимися в объеме молочными железами. — Право слово, Дэвиз, ведь действительно же несправедливо, что приходится возиться со стольким спереди, когда у некоторых счастливец почти и вовсе ничего там нет!

Ее шотландский терьер поднял голову и тявкнул, соглашаясь с ней.

Молодая женщина нервно огляделась.

— Право слово, Дэвиз, возможно нам следовало остаться на той же улице, где мы живем! По-моему, мне это мрачный старый квартал совсем не нравится, — она с трудом сглотнула. — Возможно я б так не боялась, не будь я все еще девушкой. Но все эти старые дома с привидениями, стоящие столь далеко от тротуара... И все эти костлявые старые деревья, с пожухлыми и увядшими листьями, опадающими, кружась, на землю, словно усохшие от горя духи печали, — она нахмурилась, массируя себя над ухом ладонью. — Что это со мной случилось, я же так не говорю!

Внезапно разразился шквал тявканья и, вскинув голову, она успела увидеть, как Дэвиз уносится за тусклой и призрачной белкой.

— Дэвиз! — закричала она и бросилась следом за ним, и ветер метнул кверху ее юбку. — Нет, Дэвиз! Только не туда!

Но песик ринулся по пятам за скачущим грызуном, прыгнул между ржавых прутьев в древней ограде и помчался по отвесным каменным плитам, вымостившим извилистую дорожку, на самый холм к мрачно взирающему на эту сцену угрюмому старому дому.