Чародей в скитаниях - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 31

Род взревел, ярость так и взмыла в нем, когда он резко повернулся к Хвану, что привело его как раз достаточно далеко в сторону, чтобы кулак Главного главаря просвистел мимо его уха. Рода пронзил ледяной укол страха, когда он понял, что этот удар убил бы его. Он дрался за свою жизнь!

К черту драться по честному!

Он вихрем вышел из стойки пригнувшись, шарахая Хвану коленом в пах.

Оно ударило с глухим стуком.

Род взвыл, когда его колено вспыхнуло огнем.

Все в суде стояли, застыв, гальванизированные этим звуком.

Рука Хвана протянулась к горлу Рода, но пораженная нога Рода не выдержала, и он грохнулся на пол. Рука Хвана стиснула пустой воздух. Рода пронзил страх, открывая путь жаркому гневу, вскипевшему в нем бушующим потоком. Род сфокусировал его на своей руке и оттолкнулся, поднявшись на одно колено, сосредотачиваясь на ребре ладони, веля ему превратиться в меч, в секиру, и рубанув им с такой быстротой, что никто не заметил его превращения в сияюще-серый отлив вольфрамовой стали. Оно врезало Хвану в челюсть. Вольмак взвился в воздух и грохнулся на пол прямо перед столом вольмаков.

Род стоял на коленях, уронив обмякшую руку, тяжело дыша, с безумным взором, изумленный и изрядно напуганный собственным подвигом: «Да не мог я ударить его настолько сильно!»

— Нет, мог.

Род поднял голову и увидел сталь своей руки, отраженной в глазах жены.

Но Хван подымался на ноги...

...и голову ему пронзил опаляющий рубиновый луч.

На один короткий миг Род увидел световую линию, соединяющую вождя вольмаков с бластером в руке генерала, казавшимся такой неотъемлемой частью его формы.

Затем луч света пропал, а Хван грохнулся наземь. Потрясенные вольмаки уставились на эту сцену.

А затем повскакали на ноги, выхватывая из-под плащей бластеры.

— Кровь! — взвыли они. — Правосудия! Измена! Бей!

Но Шаклер перемахнул через свой стол и приземлился рядом с телом Хвана. Он сорвал с вождя набедренную повязку. Остальные вольмаки взвыли от возмущения, но вой мигом заглох, и глаза у них вылезли из орбит, когда они, застыв, уставились на явленное их взорам. На мгновение в зале воцарилась полная тишина.

Затем из груди вольмаков вырвался стон, когда они в ужасе воззрились на гладкий изгиб паха без гениталий.

Род с трудом дотащился до Хвана, выхватывая кинжал. Схватив труп за волосы, он энергично резанул клинком, одним ударом описав круг. И отодрал скальп. Под ним не обнаружилось никакой крови, никакой жировой ткани, только глухая выпуклость бежевого черепа с четырьмя тоненькими трещинками, образующими идеальный прямоугольник.

Вожди по прежнему глядели во все глаза, слишком ошеломленные, чтобы двигаться.

Вогнав острие кинжала в одну из трещинок, Род поддел и отковырнул.

Материал с миг посопротивлялся, а потом прямоугольник открылся с легким хлопком. Род уставился на блестевшее в темноте черепа скопление самоцветов.

— Молекулярные схемы, конечно же, — объяснил Род. — В каждом из этих «самоцветов» заключается достаточно большой компьютер, чтобы управлять всем хозяйством небольшого города.

Он поднял пивную кружку сделать большой глоток, а Чолли спросил:

— Как вы догадались, что он робот?

— Легко, — криво улыбнулся Род. — Фактически, не могу понять почему я так долго не улавливал этого. Я хочу сказать, ведь какого-то вольмака убили, верно? Но никаких пропавших без вести вольмаков нет. Так, значит, есть один добавочный вольмак, — он развел руками. — Быть такого не могло.

И мы встречались с Хваном. Он не проявлял вообще никаких эмоций, кроме гнева, но очень холодного гнева, если вы улавливаете, к чему я клоню.

Именно таким он был во всем — очень холодным, очень прагматичным. Полагаю, меня сбила со следа его паршивая логика.

— Да, — почесал в затылке Йорик. — Как мог «мозг» компьютера мыслить настолько скверно, что счел вас виновными только потому, что вы тем утром находились за Стеной?

— Особенно когда там находились и другие, — поднял кверху указательный палец Род. — Талер и неизвестно сколько торговцев.

— Правильно. Так как же Хван не увидел, что подозревать вас двоих нет смысла?

Род пожал плечами.

— Он мог думать лишь так, как его запрограммировали — «мусор на входе, мусор на выходе». Но меня-то должно было бы осенить, когда Шорнуа рассказала нам о том, как он ни в малейшей мере не прореагировал на ее флирт, хотя все прочие встречавшиеся ей вольмаки так сильно любили пофлиртовать, что это служило ей гарантией безопасности. Вот это действительно должно было заставить меня выделить Хвана, как нечто особенное. И уж действительно решающий довод в том, что он прервал с ней разговор и побежал к каменной лестнице, и встретил солнце как раз перед тем, как оно взошло.

— Откуда он мог знать? — выдохнула Гвен.

Йорик на мгновение застыл сидя на стуле. А затем медленно поднял голову.

Род кивнул.

— В его программу входило и расписание выходов. Да, это мне действительно следовало бы уловить. Но все эти факторы сложились в единое целое и осенили меня только тогда, когда Шорнуа обозвала его машиной прямо там, в зале суда, и я понял, что это объясняло все его странности.

— И именно тогда-то вы и сообразили, что убийство совершил этот робот? — спросил Чолли.

Род снова кивнул.

— Вполне возможно, если запрограммировать его быть убийцей, потому-то и приняты столь жестокие законы, запрещающие подобные действия. Но нашим приятелям из будущего на законы в общем-то наплевать.

— Применять бластеры для убийства людей тоже незаконно, — иронически заметил Йорик.

— Но среднему убийце не по карману приобрести для такой операции робота. Поэтому часто ли сталкиваешься с андроидом-убийцей?

— Лично я впервые, — отозвался Род. — Все другие, когда-либо виденные мною роботы, были запрограммированы защищать жизнь.

— Оттого ты и не чаял, что убийца будет... как ты его назвал... роботом.

Род застыл, сидя на стуле, а затем медленно кивнул.

— Да, дорогая. Вероятно именно поэтому. Ты отлично меня знаешь, не так ли? — улыбнулся он Гвен. — И да, ты употребила правильное слово робот. Означает это слово, буквально, «работник». Это машина, сделанная похожей с виду на человека или делающая работу, выполняемую человеком.

— Однако как же сего «робота» сделали столь совершенно схожим с истинным Хваном?

— Вот теперь мы подходим к настоящему злодею, — рот у Рода плотно сжался. — Совершенно очевидно, что кто-то спланировал это дело заранее... И тщательно, к тому же. Кто-то — вероятно один из упомянутых Шорнуа вольмаков сделал снимок Хвана, а потом изваял лицо робота точно таким же с виду как у него. И поставил его туда, где по его ожиданиям робот наверняка сумеет оказаться с Хваном наедине.

— У Места Встречи Солнца, — вставил Йорик. — А потом ему требовалось всего навсего гарантировать, что в программу робота входят нужные шаги для поднятия шума после совершения убийства.

— Так, — нахмурилась Шорнуа. — Хван поднялся прочесть утренние молитвы — я имею в виду настоящий Хван — и когда он повернулся лицом к солнцу, робот нанес ему удар, — она содрогнулась. — По крайней мере все произошло быстро.

Род согласился:

— Робот изуродовал лицо так чтобы никто не сообразил, что он не настоящий Хван. А потом отнес тело к ближайшему ручью, смыл краску и притащил его в ближайшую племенную деревню, воя во весь голос о мести. А потом просто занял место Хвана и старался по мере сил поднять страшный шум.

— Ловко проделано, — кивнул Йорик.

— Очень профессионально, — согласилась Шорнуа, — так кто же тот ублюдок, что запрограммировал робота.

— Боюсь, что этого мы никогда не узнаем, — вздохнул чей-то голос.

Они пораженно обернулись, когда к их столику подошел Шаклер.

— Похоже, мой выстрел сжег память андроида наряду с его жизненно важными функциями, а с ней конечно же и программу.

— Удивляться особенно нечему, — кивнул Род. — Я имею в виду, ведь программа и есть его самая важная функция.