Чародей раскованный - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 48

Магнус вытащил из-за спины зайца.

— Я проголодался, папа.

— Я тоже. — Корделия протянула полный передник птичьих яиц и ягод.

— Вот что хорошо в детях — они не упустят из виду важных вещей, — заметил отцу Алу Род.

— Что ты скажешь, если за сковородку возьмусь я, Гвен? Ты выглядишь уставшей.

— Да, но я хочу поесть до полудня. — Гвен схватила зайца и прошмыгнула мимо него в дом священника. — Идем, Корделия. У нас не менее важная задача, чем решать судьбы мира.

Род присел на завалинку, когда за дамами закрылась дверь.

— Магнус, займи брата до завтрака, чтоб он не заснул.

— А чем заняться, папа?

— О, не знаю... пойдите поиграйте в пятнашки с волком или еще во что-нибудь. Э, отменяю эту команду, — быстро добавил он, увидев, как загорелись глаза у Магнуса. — Не надо проявлять жесткость к животным. Пойди срежь пару ивовых веток и потренируй его в фехтовании, он немного медлит при ответных выпадах.

— Как пожелаешь, папа, — буркнул удрученный Магнус. — Пошли, Джефри.

— И оставайтесь там, где мне вас видно!

Магнус издал вздох мученика.

— Останемся.

— Вы действительно тревожились больше за волка, чем за них? — спросил отец Ал, садясь рядом с Родом.

— Не совсем, — признался Род, — но я видел, как Магнус довел волка до умопомешательства. Он исчезает как раз перед тем, как волк доберется до него, и снова выскакивает позади зверя. Однажды я видел, как он заставил волка гоняться за собственным хвостом.

Отец Ал удивленно покачал головой.

— Думается, я начинаю понимать, почему вы так легко приспособились к миру магии.

— Дети поддерживают у человека гибкость ума, — признался Род.

— Достаточно для понимания, почему здесь технология так и не пошла дальше молота и наковальни?

— О, тут большого вопроса не возникает. Зачем нужно придумывать удобрения, когда средний приходский священник может сделать то же самое с помощью благословения?

Отец Ал кивнул.

— Мне надо будет выудить у него слова молитв, посмотреть, действует молитва или заговор?

— Для того, чтобы узнать, какая тут существует Сила?

Отец Ал кивнул.

— Увеличение урожайности не совсем то, что мы подразумевали под «маленькими чудесами, происходящими повсюду».

— Вроде медицинской технологии? Похоже он может лечить артрит, хотя и не знает его под таким названием. Больших успехов не добиться и нашим врачам. Как мне кажется, то же самое происходит во всех областях технологии.

Отец Ал снова кивнул:

— Кузнецы создают закаленные сплавы, заговаривая металл, когда куют его; повозки плавно катят, опираясь на смягчающие чары вместо стальных рессор. Наверно, даже влекомые чарами корабли связываются с берегами посредством хрустальных шаров... Да зачем утруждать себя изобретением, чего бы то ни было?

— Но, — указал Род, — маги встречаются редко, средний человек не может позволить себе боевых чар, поэтому военная сила осталась монополией аристократии. А это значит...

— Что политическая система осталась, по существу, феодальной. — Лицо отца Ала посуровело. — Хотя при кудесниках, обеспечивающих королей средствами связи и даже данными разведки, есть возможность возникновения централизованного правительства.

— Но не абсолютического, — заметил Род. — Бороны тоже могут достать себе кудесников. Поэтому они рассматривают себя, как «христианский мир» в такой же степени, как отдельные страны.

— Большого национализма не наблюдается, — согласился отец Ал. — Но как же колонизировали Новый Свет?

Род пожал плечами.

— Не проблема. Колумб приплыл туда вскоре после войны Алой и Белой Роз, а они устроили колонию еще до него. Раз им помогло волшебство, у них не должно было возникнуть больших хлопот со «скрелингами».

— Да, с индейцами. Как я замечаю большинство здешних жителей менее бледные, чем североевропейцы данного периода.

— Вероятно, гибриды. А с добавлением магии их шаманов, коллекция магии получится очень разнообразной. В их характерах есть доля меркантилизма. Как же получилось, что не выросло никакого среднего класса?

— Вероятно вырос, до определенной степени. Но короли и бароны скорее всего доверяли сбор денежных средств своим советникам-кудесникам, которые будучи, по всей вероятности, простого происхождения, участвовали за них в торговле. Нет, полагаю торговые магнаты тут были магнатами. А так как возвысились они не благодаря торговле, то и не нажимали особо усердно на ее развитие.

Род развел руками.

— Но — пятнадцать столетий! Может ли на самом деле общество так долго протянуть без изменений?

— Ну, был же древний Египет и Китайская империя. Менялись династии и моды. Время от времени немного улучшалась технология, но общество оставалось тем же. И, если поразмыслить, так же обстояло дело и в Индии. Знаете, возможно, что Европа с ее меняющимся обществом была исключением, а не правилом.

Род, удивляясь, покачал головой.

— И все потому, что им удалось заставить магию действовать! Как по-вашему, где находилась точка расхождения — на алхимиках?

— «Точка расхождения»? Вы имеете в виду, когда эта вселенная отклонилась от нашей. Это, знаете ли, не обязательно — обе вселенных могли начаться одновременно и развиться независимо друг от друга.

— Могли, — признал Род, — но, между этой вселенной и нашей просто слишком много сходства. Даже язык настолько близок к грамарийскому, что у меня не возникло никаких трудностей с пониманием.

— Гм. Хороший довод, — нахмурился отец Ал. — Кто знает? Наверно, верны обе теории. Возможно, что моделью для множества вселенных служит одно ветвящееся дерево, со вселенными, откалывающимися одна от другой на важных исторических этапах, а лес — несколько корневых вселенных, каждая из которых разветвляется в узловых точках.

— Может быть, но эта выглядит ответвившейся от нашей.

— Или наша от нее. Мы, знаете ли, не обязательно являемся центром мироздания, — криво усмехнулся отец Ал.

— Довод, — признался Род. — Так на каком периоде она находится — на алхимиках?

— Наверно. И до этого, конечно, ходило много разговоров о волшебстве, но алхимики были первыми, подошедшие к этой теме рационально. И астрологи, конечно.

Род кивнул.

— Значит, какой-то алхимик — астролог, вероятно, совершенно забытый в нашей родной вселенной, оказался по воле случая наделен Силой и вычислил некие правила насчет того, как ее использовать. Вероятно, он больше никого в тайну не посвятил, но коль скоро он доказал, что это можно сделать, другие тоже последовали за ним. Когда это должно было случиться — в четырнадцатом веке?

Отец Ал кивнул.

— Примерно тогда — я здесь не видел никакого пороха. По крайней мере, это будет самой поздней точкой, когда такое может случиться.

— А моды продолжали меняться, и они сохранили все элементы их, но социальный порядок не менялся, — кивнул Род. — Имеет смысл. Малость болезненный, но смысл. А откуда взялись эльфы?

Отец Ал пожал плечами.

— «Вызваны» из другой вселенной или же крайне изысканные иллюзии, созданные каким-то кудесником, и сохранившиеся «в живых», благодаря воображению населения. Но они могли все время быть тут, и лишь из нашей вселенной изгнаны сочетанием Холодного Железа и Христианства, постепенно подточившим народную веру в них. Есть некоторые доказательства в пользу последнего предположения — великая герцогиня уведомила нас, что эльфейцы привязаны к своим личным конкретным участкам местности. Такое должно указывать, что они произросли из самой земли или из ее форм жизни. Мы не единственные существа, образующие вокруг себя малые электромагнитные поля.

Род медленно кивнул.

— А в нашей вселенной с ними, должно быть, полностью разделался 19 век, опоясавший всю Европу сетью железных дорог, и протянувший через сельскую местность телеграфные провода, расстраивая местные силовые поля.

— Ну, рассказы о них ходили еще и в двадцатом веке, по крайней мере, в начале его. Но радио и телевидение, должно быть, завершили дело — они и бетон. Эльфы в конце концов все-таки природные создания.