Маска - Мартин Сабина - Страница 87

— Все в порядке, господин? — обеспокоенно спросил телохранитель.

Вендель повернулся к нему. Он все еще был бледен и дрожал всем телом, но в глазах светилось облегчение.

— У мальчика рана на голове, но, как мне кажется, ничего серьезного. — Он улыбнулся.

Антоний и Вендель переглянулись.

— Вы спасли ему жизнь, господин, — сказал Антоний, склонив голову набок.

Улыбка Венделя превратилась в ухмылку.

— Едва успел.

Старший сын виноградаря выбрался из зарослей.

— Я не хотел… — всхлипнул он.

В тот же миг до них дохромал его отец.

— Ты ранен? — спросил Вендель.

— Всего лишь пара царапин. Главное, с моими сорванцами все в порядке. — Он заключил сыновей в объятия. Кровь из ранки малыша запачкала ему котту. — Ох, разбойники, влетит вам от меня. — И мужчина, не сдержавшись, расплакался.

Мелисанда сомневалась, что он выполнит свою угрозу. Наконец виноградарь взял себя в руки, вытер слезы и посмотрел на старшего сына.

— Я не хотел… — бормотал малыш. — Пожалуйста, пап, я же не знал…

— Об этом мы поговорим позже. — Отец смерил его суровым взглядом. — А сейчас мы отправимся в церковь и возблагодарим Господа за то, что он не призвал вас, разгильдяев, к себе. — Повернувшись к Венделю, он опустился на колени. — Как мне отблагодарить вас, господин?

Вендель поднял его на ноги.

— Будь справедлив к своим сыновьям, вот и все, о чем я тебя прошу.

Виноградарь поклонился.

— Непременно, господин. Спасибо вам.

Похоже, Венделю была неприятна поднявшаяся из-за его поступка суматоха. Отовсюду набежали работники виноградника, видевшие, что случилось. Кто-то принес чистый платок, и Мелисанда перевязала мальчику голову. Телегу вытащили из-под обрыва — он оказался не очень высоким, — поставили на место и наполнили корзинами с виноградом.

Чуть позже Вендель, Антоний и Мелисанда поехали обратно в дом Фюгеров. Они еще не до конца оправились от испуга, но Вендель, казалось, расправил плечи и вел себя увереннее. Что-то в его осанке изменилось. Мелисанда догадывалась, что послужило тому причиной: сегодня Вендель одолел своего внутреннего демона.

***

Вендель не знал, от чего опьянел — от вина или от радости. А может, и от того, и от другого. Вчера он проведал малыша, которому спас жизнь. Мастер-хирург осмотрел рану, заявил, что все в порядке, и сделал маленькому пациенту кровопускание. Малыш сидел в кровати и рассказывал каждому, кто готов был его выслушать, о своем невероятном приключении. Его старшего брата наказали, но не очень строго — отец мальчиков прислушался к совету Венделя. К тому же крестьянин был счастлив, что все обошлось. Даже виноград, вывалившийся из телеги, оказался пригоден к употреблению.

Время пролетело на удивление быстро. Сейчас Вендель сидел с Мертеном во дворе на поленнице, перед ними стояла лампада, кружка вина и два кубка. Вендель уже давно не чувствовал себя так хорошо. Он рассказал Мертену о своей младшей сестренке Элизабете, чью смерть он не смог предотвратить, о панике, которую испытывал при виде крови. О том, как он рад, что преодолел наконец этот страх. Молчаливый юноша внимательно его слушал, время от времени задавая вопросы. Вендель вот уже в который раз удивился его хриплому голосу. Он и сам не знал, почему так доверяет этому Мертену де Вильмсу, совершенно чужому, в общем-то, человеку. Но с первого же момента знакомства перед трактиром Вендель почувствовал некую связь с этим человеком. Родство. Будто они знали друг друга всю жизнь.

Какое-то время они сидели молча, прислушиваясь к шуму, доносившемуся из таверны и из переулка. Трактирщик открыл дверь, и Вендель увидел большую бочку за прилавком. И вдруг в его сознании возник другой образ — воспоминание о винном погребе в Адлербурге, о маленькой комнатке за длинным рядом бочек.

Парень выпрямился.

— Я кое-что вспомнил.

— Что именно? — Мертен отхлебнул вина.

— Винный погреб. Я вспомнил…

Мертен изумленно уставился на него.

— Ты имеешь в виду винный погреб де Брюса? И что ты вспомнил?

— В конце зала с бочками есть маленькая комната, — начал Вендель, пытаясь как можно точнее описать свое воспоминание. — В центре стоит стол. На стене — факел.

— Ты в комнате один или кто-то еще есть рядом с тобой?

— По-моему, я один. Я спустился в погреб, потому что дверь была открыта. Наверное, я искал де Брюса. Или мне просто стало любопытно, не знаю.

— Что еще есть в комнате, кроме стола и факела?

— На стене висит полка. На ней стоят колбы разного размера.

— Что за колбы?

— Не знаю. Они закрыты.

— Ты не заглянул в них?

— Нет. — Вендель задумался. — Или заглянул? Одна колба стоит на столе. В ней оранжевый порошок.

Венделя бросило в жар. Святая Богородица! Он догадался, что это за порошок!

— Я все понял! — Он почти кричал.

— И что это?

— Свинцовый глет! — Вендель стукнул кулаком по ладони.

— Глет? Краситель? — удивленно переспросил Мертен. — Зачем де Брюсу красители в винном погребе? Это бессмысленно.

Вендель смотрел в свой кубок. Да, для писаря это действительно кажется бессмысленным. Но не для виноградаря.

— Ох, Мертен, смысл тут есть. Еще какой. Теперь понятно, почему граф хочет меня убить.

— Может, объяснишь?

— Глет — это не только краситель. — Взяв кубок, Вендель выпил все до дна. Отличное вино. Чистое, настоящее. Он почувствовал, как в нем разгорается гнев. — Мерзкий преступник! — Отставив кубок, он посмотрел на Мертена, терпеливо ожидавшего объяснений. — Де Брюс подделывает вино. Причем самым ужасным образом. Свинцовым глетом подслащивают кислое вино. Бочка уксуса превращается в изумительный напиток, сладкий, как вина Бургундии или Италии.

— Насколько я знаю, это строжайше запрещено, не так ли? — Мертен подался вперед, его глаза заблестели.

— Ты прав. Наказание за использование свинцового глета — смертная казнь. От него люди болеют, как и от серебряного глета или свинцовых белил. От него начинаются колики, иногда — лихорадка. Если пить подслащенное глетом вино слишком часто, можно умереть.

Мертен задумчиво кивнул.

— Да, смысл заниматься этим действительно есть. Подделывая вино, можно получить огромную прибыль. Но вот что я не понимаю, Вендель. Если Оттмар де Брюс застал тебя в своем погребе, почему он не убил тебя на месте? Он очень рисковал, отпуская тебя. Ты не помнишь, что случилось после того, как ты обнаружил этот погреб? Ты поссорился с де Брюсом? Он тебе угрожал? Что он сказал?

— Нет, я не помню, чтобы я с ним разговаривал. Догадавшись, что это глет, я выбежал из винного погреба. Я был не только потрясен, но и очень испугался, что де Брюс застанет меня там. Я присоединился к каким-то купцам, гулявшим на празднике, и напился вдрызг, чтобы не думать о том, что увидел в винном погребе графа. Поэтому я и не помнил о случившемся все эти месяцы.

— Тогда, по всей вероятности, граф не видел тебя там и гневается по какой-то другой причине, — предположил Мертен.

Вендель беспомощно развел руками.

— Но почему? Я долго ломал голову над этим вопросом, но так и не придумал, что могло послужить причиной.

— Расскажи мне обо всем. Во всех подробностях, какие только сумеешь вспомнить. Возможно, мне что-нибудь придет в голову.

Вендель начал рассказывать, сначала запинаясь и делая паузы, потом все увереннее. Он так часто вспоминал события того дня, что теперь рассказ сам слетал с его губ. Когда он заговорил о встрече с палачом, Мертен резко вдохнул воздух, но ничего не сказал. Напоследок Вендель поведал о прощании с графом и о том, как его пригласили на свадьбу.

— Что ты сказал о его бастардах? Повтори, пожалуйста, что ты сказал.

Вендель не понял, что Мертен имеет в виду, но повторил слово в слово:

— Я сказал: «Уверен, в долине уже десятки ваших бастардов. Жаль только, что вы еще не зачали сына, который достоин был бы носить ваше имя».