Цветы на снегу - Грунюшкин Дмитрий Сергеевич - Страница 48

— Эй, дед! — толкнула его в плечо внучка. — Ты ничего не забыл? Например, что ты не один и что мы тоже ужасно волнуемся. Чего там?

Кирилл встрепенулся, словно возвращаясь откуда-то из другого мира, обвел всех чуть мутноватым взглядом. Потом глубоко вздохнул, потер лицо ладонями.

— Нечего тут юлить. Я думаю, что знаю, в чем дело. Они хотят, чтобы я отказался от дачи.

Даша выронила из рук пепельницу, которую собиралась отнести на кухню.

— А… А при чем тут дача? Какая связь?

— Видишь ли, внучка, — Кирилл вперил взгляд в пол, — кому-то очень понадобился этот дом. Я не знаю, чем он так им приглянулся, но они готовы ради него пойти на все. Не смогли договориться со мной — начали бить по тому, что мне дорого.

— А вы… Вы откажетесь? — спросил натянутым голосом Димка.

Он сидел в углу на корточках, став почти незаметным. Кирилл посмотрел на него, невесело улыбнулся.

— Ради нее, парень, я откажусь от всего, что у меня есть. Даже от себя откажусь. Пусть подавятся.

— И что нужно делать? — возбужденно поинтересовалась Даша.

— Да все просто. Завтра он снова позвонит, и я дам согласие. Думаю, нотариуса своего они найдут даже первого января, раз уж им так нужно. — Кирилл Ильич с горечью покачал головой. — Нашли, за что поймать, гады.

— Кирилл Ильич, — снова отозвался из своего угла Димка. Его лицо заострилось и побледнело. — А помните, вы вчера говорили, что если дело становится серьезным, то его серьезно нужно решать, а на спину, подняв лапки, бросаются только слабаки.

Димка с вызовом посмотрел в глаза Кириллу. Тот сквозь боль улыбнулся.

— Ты классный парень, Димка. А будешь еще лучше. Но для того, чтобы драться, нужен хотя бы один шанс. Даже не то чтобы шанс победить, а хотя бы шанс ударить. Нужен противник. А у нас его нет. Мы не знаем, куда бить.

Димка еще сильнее насупился, понурил голову. А потом, не поднимая взгляда, выговорил через силу:

— У меня есть одно подозрение. Я еще не уверен. Но может быть, мы сможем вычислить хотя бы противника.

Рита проснулась без обычной в последнее время головной боли. Ее не заботили никакие дела. Она уже второй день пребывала в каком-то приподнятом настроении, все получалось легко и без напряжения. Вчера вечером она даже ужин сумела приготовить вполне съедобный. Она заранее проштудировала какую-то мамину поваренную книгу, выбрала рецепт не из самых сложных, но и не примитивный, переписала в блокнот все требующиеся ингредиенты, а потом битый час трясла весь рынок, чтобы они нашли ей необходимые пряности, которых в данный момент в наличии не было ни у одного торговца. И ведь вытрясла! Продавец, молоденький узбек, куда-то сбегал, с кем-то поговорил и принес-таки маленький пакетик с требуемыми специями. При этом он взял с Риты клятву, что теперь она все пряности и специи будет покупать только у него.

В общем, еда удалась. Жаль только, что сын ее не попробовал — сбежал еще с обеда. А потом позвонил и сообщил, что останется на каникулы у бабушки и ее нового друга. Ох и охломон! Ну и получит он по пятой точке, когда вернется. Тем более что своего телефона он не оставил. Но пообещал, что будет звонить дважды в день — утром и вечером. Вот сегодня и посмотрим, сколько стоит его слово.

Словно в ответ на ее мысли заверещал телефон. Надо же! Неужели парень вдруг сделался ответственным? Что это бабуля со своим бойфрендом с ним сделали за столь короткое время?

Она прошла в гостиную, села на диван, приглушила звук телевизора и подняла трубку.

— Привет, ма!

Это действительно был Димка. Но она уловила в его голосе нотки совершенно несвойственной ему тревоги. НАСТОЯЩЕЙ тревоги. И это напугало ее просто до колик. Беда пришла. Она это знала еще до того, как сын ей все сказал.

— Что случилось, Димка? — ее голос разом сел почти до шепота.

— Мама, Анатолий дома? — пропустил ее вопрос сын.

— Нет, он еще рано утром куда-то уехал на своей «девятке».

— Куда?

— Не сказал. Да говори ты, что случилось! Я же чувствую все! — теперь голос ее звенел скрипичной струной, готовый сорваться.

— Мамочка, успокойся, пожалуйста! Ничего страшного не произошло. Но мне кое-что нужно узнать.

Рита с неуместным сейчас смехом поняла, что родной сын говорит с ней, как с маленькой глупой девочкой, пытаясь что-то из нее вытянуть и в то же время самому ничего не сказать, чтобы не пугать ее. А чего уж тут скрывать? Она и так была напугана до полусмерти. Рита попыталась взять себя в руки.

— Хорошо, спрашивай.

— Куда вы позавчера ездили с Анатолием?

— Это не твое дело. По делам.

— Мама, — снова начал увещевать Риту сын, — сейчас это может оказаться очень важным. На самом деле мне не очень важно, куда вы ездили, мне нужно знать, к кому и еще кое-какие подробности.

— Мы… мы ездили к одному нехорошему человеку. Мы едва не попали в долги. Но другой человек нас фактически спас, хотя сам из-за этого может очень сильно пострадать.

— Из-за чего именно может пострадать этот человек? — настырно добивался своего Димка.

— Он… Вернее, даже не он, а члены его семьи, пообещали бандитам продать не принадлежащую им вещь. Настоящий хозяин этой вещи ничего продавать не собирается. Всю вину за произошедшее этот человек взял на себя.

— Эта вещь — дача? — спросил Димка, убив мать наповал.

— Д-да… Но, черт возьми, откуда… — опешила Рита, но сын не дал ей договорить.

— Как зовут этого человека?

— Какого? — Рита совсем растерялась. — Бандита Слава-Мюллер зовут.

— Того, который тебе помог.

— Евгений. Но в чем дело?

— Потом, мама, все потом объясню. Сейчас время не терпит, каждая секунда дорога. Он был один?

— Нет, с женой. Но пока мы были у этого бандита, они с Анатолием куда-то ушли.

— Все понятно. И последнее, мамочка, помнишь, у Анатолия был какой-то знакомый врач, у него еще своя клиника?

— Да, Евгений Павлович его зовут. Скользкий тип, по нему самому дурдом плачет.

— Где его клиника находится?

— Где-то в Зеленом бору, недалеко от Кольцевой.

— Спасибо, мама, ты ни о чем не волнуйся…

— Стоять! — вдруг гаркнула Рита. Поняв, что Димка сейчас положит трубку и она останется в полном неведении, от которого запросто может сойти с ума, она разом мобилизовалась. — Быстро позови бабушку, мне нужно поговорить с ней.

— Видишь ли, мамочка, — Димка замялся, не зная, как и сколько сказать матери. — Вот именно с этим как раз у нас и проблемы. Но ты не волнуйся, мы эти проблемы скоро решим. — В голосе сына прорезались стальные нотки, которые поразили Риту. Они звучали совсем по-мужски. — Я буду держать тебя в курсе. Ты, главное, НИЧЕГО НЕ ПРЕДПРИНИМАЙ! Иначе ты нам можешь помешать.

В трубке остались только короткие гудки. Рита выронила телефон на пол и остекленевшим взглядом уставилась в телевизор, ничего в нем не видя.

Когда Димка повернулся к собравшимся за его спиной, в его глазах бесился огонь мщения.

— Кирилл Ильич, прежде всего, я должен сказать это вам. После вчерашнего мне казалось, что ваш сын — очень нехороший человек.

— Он, между прочим, еще и мой отец, — насупилась Даша.

— Теперь я думаю совсем по-другому. К этому похищению он совершенно не причастен.

— Спасибо, — с благодарностью вздохнул Кирилл Ильич. — Но откуда ты это знаешь?

— В мире бывает много странных случайностей. По одной из них ваш сын на днях спас мою семью, вернее, если быть точным, мою маму, а сам при этом попал в большие неприятности.

— Ни фига себе сюжет! — недоверчиво ухмыльнулся Роман.

— Но сейчас главное другое. Главное, что я почти наверняка знаю, кто это затеял и где сейчас бабушка. А еще у меня есть план, только нужно его обсудить поподробнее.

Кирилл Ильич начал усиленно тереть переносицу, словно собрался чихнуть. На самом деле у него появилась резь в глазах, и он пытался остановить совершенно некстати навернувшиеся слезы радости и благодарности к этому славному мальчишке.