Цветы на снегу - Грунюшкин Дмитрий Сергеевич - Страница 38

— Сколько, говорите, вам не хватает? — наконец спросил он.

— Семь с половиной тысяч, — махнула рукой Рита.

Евгений достал из внутреннего кармана не слишком толстую пачку стодолларовых купюр, перетянутых резинкой, и бросил ее на колени соседки.

— Здесь восемь. Вернете через месяц, когда сможете собрать.

Рита медленно повернулась в его сторону и посмотрела долгим недоверчивым взглядом.

— Извините, я вас не понимаю.

— А что тут не понимать, — вздохнул Евгений. — У меня более сложная ситуация. Мне нужно либо отдать этому Славе дачу, которая принадлежит не мне, а моему отцу. А я этого не хочу, да и не могу. Либо сегодня выплатить семнадцать тысяч, а через три недели долг возрастет до двадцати четырех тысяч. Ни малейшей возможности собрать такие деньги ни сегодня, ни через три недели у меня нет. А потом я буду просто не успевать за счетчиком. Так что эти восемь тысяч, которые спасут вас, для меня не имеют никакого решающего значения. Постарайтесь за три недели собрать эту сумму. А я, может быть, за это время придумаю, как мне решить собственные проблемы.

Рита продолжала смотреть на Евгения во все глаза, не смея поверить в свое счастье и в то, что на свете существуют такие мужчины, которые могут вот так, запросто, помочь незнакомому человеку. Это не укладывалось в ее голове, за последние годы привыкшей к истине, что человек человеку — волк. Она смотрела так изумленно, что Евгению стало неудобно.

— Да бросьте вы так удивляться. Нет тут никакого подвоха. Несите быстрее, пока эта обезьяна не сбежала.

— Я… просто не знаю, что вам сказать. Любые слова не выразят моей признательности.

— Вот и не говорите ничего, — улыбнулся Евгений, у которого даже настроение немного улучшилось.

— Евгений, — вдруг, повинуясь порыву, спросила Рита, — а если через три недели я соберу нужную вам сумму, вы сможете мне ее вернуть?

— Шестнадцать тысяч? — с сомнением переспросил Евгений. — Я не могу вас так напрягать. Я не уверен, что смогу собрать такие деньги быстрее, чем за полгода. Так что не думайте об этом.

— Ну почему же не думать? — обрадовалась Рита. — Уж в любом случае что лучше — отдать чужому дяде двадцать тысяч насовсем или дать их хорошему человеку в долг с возвратом?

— Интересная мысль, — согласился Евгений. — Ее можно будет обдумать чуть позже. Но не чувствуйте себя, пожалуйста, обязанной это делать. Я и сам постараюсь что-то придумать. Но если вы мне сумеете помочь, то отказываться я вряд ли стану. А сейчас идите.

— Я, наверное, должна написать расписку, — подумала она вслух.

— Бросьте! — обиделся Евгений. — Я вам верю. Когда вы вернетесь, я довезу вас до дому, и буду потом подстерегать темными вечерами. Моя настырность страшнее любых долговых обязательств.

Рита порывисто нагнулась и поцеловала Евгения в щеку. Она тут же быстро выскочила из машины и почти бегом направилась к офису Славы-Мюллера, едва не попав под серебристый «Вольво», шарахнувшийся от нее в сторону.

Охранник в холле едва успел среагировать на ее стремительное появление, уже в спину крикнув:

— Эй, вы куда?

— Туда, — с вызовом бросила Рита, даже не подумав остановиться.

В приемной никого не было, поэтому она, не задерживаясь, вошла в кабинет, совсем переставший казаться страшным. Мюллер сидел на столе и со смехом что-то рассказывал своему оруженосцу Лехе-Шубе. Они оба вытаращились на Риту, будто сам легендарный Саша Македонский с редкой фамилией Солоник восстал из своего греческого гроба и заглянул по их душу.

— Ты чего приперлась? — потерял всякую учтивость Слава. — Забыла чего?

— Да, порадовать тебя забыла. Ты же не любишь деньги терять, насколько я помню?

— Вообще-то меня все на «вы» зовут, — недовольно буркнул Слава.

— Перебьешься, — осадила Рита. — Не сдал еще «мерсюк» свой в ремонт?

— Ты кончай пургу гнать! — встрял Леха. — С людьми говоришь, не с продавцами своими рамсуешь!

— В общем, держи свои деньги. — Рита небрежно бросила на стол восемь тысяч, полученные от Евгения, достала из сумочки свои деньги, отсчитала две тысячи и добавила их к общей куче. — В расчете?

Слава воззрился на деньги, словно Рита выложила на стол бомбу с часовым механизмом, которому тикать осталось пару секунд.

— Эт че это? — совсем растерялся Леха. — А, Слав?

А Слава как раз все уже понял. Его глаза налились кровью, взгляд исподлобья мог бы сокрушить горы и истереть в порошок алмаз. Тот взгляд, от которого на дороге поплыл Анатолий, рядом с этим показался бы дружеской улыбкой. Но Рита с усмешкой выдержала это давление.

— А это, Лешенька, — нежно проворковал Слава, от чего его попугайчик приготовился к суициду, — это мои собственные деньги. А эти веселые и находчивые решили меня развести, как мальчика малолетнего.

— Ты лирику-то оставь, — хмыкнула Рита. — Как мы свои проблемы решаем — наше дело. Ты, главное, денежки пересчитай, чтоб сумма сошлась. А откуда эти купюры взялись — не твое дело. Расписку верни.

Шуба втянул голову в плечи и попытался притвориться мебелью, потому что в гневе Слава был ужасен. Могло перепасть и непричастным. Но Слава вдруг захохотал.

— Слушай, а мне нравятся эти перцы! Оба были в полном капкане. Я их неплохо обложил. А смотри-ка, одна уже соскочила. Посмотрим, как второй попробует спрыгнуть. Я, дорогуша, за свои слова всегда отвечал и изменять себе не намерен. Вот расписка твоего козлобородого, — он небрежно кинул на стол лист бумаги. — С тобой мы в расчете. А донкихоту своему передай, что двадцать четыре штуки я жду день в день тут же. И напомни, что со следующего дня, если он не рассчитается, пойдет прогрессивный счетчик, то есть с процентами на проценты. Все по-честному. А теперь, будь любезна, исчезни с горизонта!

Рита не заставила себя упрашивать. Наслаждаться победой в такой компании было слишком рискованно. Через пять секунд она вместе с ненавистной распиской покинула «гостеприимный» кабинет.

Как только цокот ее каблучков затих в коридоре, Слава, прищурившись, дал распоряжение:

— Так, Леха, первый раунд за ними. Но партия будет моя. Я догадываюсь, к какому соглашению они пришли. Из-за этого я уже теряю десятку, которая корячилась этой мадам. Но второй у меня не соскочит. Она думает внести за него сумму, которая ему светит через три недели. Но я так думаю, что к тому времени она свои деньги еще не получит. Так?

— Так, — кивнул Леха, еще ничего не понимая.

— Ты же выяснил уже, с кем она работает и куда бабки вложила? Так проследи, чтобы через три недели ее груз еще в Москву не поступил. Понял?

Леха понятливо затряс головой. Это ему организовать было несложно.

— Только никакого криминала! Просто в январе очень много праздников, бизнес идет медленно. Сделай так, чтобы ее партнеры не кидали ее, но и не спешили.

Слава расслабленно откинулся в кресле. Немногие могли похвастаться, что сумели выиграть у Мюллера. Что значит первый тайм, когда впереди еще масса времени? Пусть порадуются напоследок.

Но это был не последний сюрприз для него в этот день.

Анатолий посадил Жанну на такси, хотя было заметно, что она рассчитывала на то, что он ее сам подвезет. В другой раз, дорогая! Сегодня у него было еще одно важное дело. Важное и весьма опасное.

Он сел в свой «Вольво», вернее — «Вольво» жены. Он-то пользовался по остаточному принципу — их старой «девяткой», будь она неладна, на которой и «состыковался» с «Мерседесом» Славы-Мюллера.

Возвращаясь к офису Полухина, Анатолий едва не сбил собственную жену, которая тоже зачем-то возвращалась в этот дом. Анатолий сначала оторопел. Что, интересно, его супруга разлюбезная задумала? Потом успокоился, припарковался поодаль, чтобы все видеть, а самому в то же время не быть на глазах.

Минут через пятнадцать Рита вылетела из офиса и летящей походкой побежала к невзрачному серому «сорок первому» «Москвичу». Лицо ее просто-таки светилось, будто она выиграла «Джек-пот», и встречалась не с бандитом, а, как минимум, с Якубовичем.