Цветы на снегу - Грунюшкин Дмитрий Сергеевич - Страница 26

Димка опять что-то уронил на кухне. Анатолий скрипнул зубами, предварительно покосившись на глубоко и спокойно спящую Риту, и, натянув штаны, пошел проверить, что случилось.

— О! Привет! — поздоровалось чадо, жарящее яичницу. — Я тут решил заняться кулинарией, пока мамуля не проснулась и не отравила нас окончательно. Будешь? Я только забросил, могу еще пару яиц разбить.

— Как ты о матери говоришь? — притворно возмутился Анатолий, в глубине души будучи полностью согласным с пасынком.

— Ну, не хочешь — как хочешь. Жди пельменей. Я их вчера пять пачек купил, вам надолго хватит. Пару пачек мамане потренироваться, а три — на пропитание.

— А ты куда намылился? — поинтересовался отчим, заметив, что Димка шляется по дому не в трусах, как было у него принято, а в полной спортивной экипировке.

— Да так, каникулы же! Полная свобода действий. Позавтракаю, пойду к Костяну. Он пару новых игрух для компа на «Горбушке» прикупил, протестируем. У него и пообедаю. А ближе к вечеру двинем в парк, на каток. Раньше пяти, правда, туда не прорвешься, какие-то пенсы в хоккей играть будут.

— Что еще за пенсы? — не понял Анатолий.

— Ну, пенсионеры. Какой-то там у них дружественный матч, или как это называется, не помню.

— Товарищеская встреча, — буркнул Анатолий, слывший большим знатоком спорта по телевизору.

— Ладно, садись завтракать, — сжалился Димка, глядя на то, как отчим сглатывает слюну, глядя на примитивную яичницу. — Шесть яиц на двоих должно хватить, чтоб червячка удавить. Мамку не буди, я сам свалю через десять минут. А если нужен буду — она телефон Костяна и Ленки знает. А если б не жмотились и купили бы мне мобильник, то и мой бы номер знала.

— Я тебе свой отдам, — Анатолий навалился на еду.

— Дождешься от вас. Он и так уже древний, а когда ты созреешь, его можно будет в ломбард как антиквариат сдавать.

Захлопнув дверь за Димкой, Анатолий быстренько прошел в спальню. Все нормально, Рита спит. А что, если не говорить Рите о своих проблемах? Может, просто взять эти десять тысяч, а в течение полгода потихоньку заначивать и доложить?

Нереальность сроков его не смущала. Когда в доме попрятано в разных местах тысяч пятьдесят долларов — остатки от вырученной за продажу квартиры суммы, — пропажу десяти тысяч сразу и не обнаружишь. А он потом все так же аккуратно восполнит! Замечательный выход! Не придется унижаться, объясняя Рите, как он смог вляпаться в такую историю.

Он зашел в зал, нашел тайник, запустил руку — и оторопел. Он был пуст. Два других тоже. Четвертый, в спальне, он проверять не стал, боясь разбудить жену. К тому же он был уверен, что и тот тайник пуст. Оставалась только личная заначка в вентиляции туалета. Она была на месте. Но пятьсот баксов, скопленные за два года, ничего уже не решали. Анатолий понял, что погиб.

15

Славик Полухин проснулся в неплохом настроении. Солнце светило в окошко, голова не болела абсолютно. Просто замечательно день начинается!

Он с удовольствием и не церемонясь, от души хлопнул по смачному крупу своей жены. Та замычала что-то неразумное и, завернувшись в одеяло, поползла на другой край здоровенной кровати. Кажется, даже глаза не открывала.

Во, блин, толстокожая! Ни боли, ни обиды вообще не чувствует! Ей бы той сосной по башке — так, поди, даже сотрясения бы не было. Чего там трясти? Кость сплошная.

Прошлындала вчера всю ночь по кабакам да клубам. Мужика, понимаешь, ищет, сучка глупая. Да кто ж пойдет клеиться к жене Славы-Мюллера? А кто по незнанке ближе положенного подойдет — добрые люди тут же его проинформируют о состоянии вещей. Не, без шансов у нее эта… как там Марик говорил… о! Сублимация либиды!

Жена у него была первая. Настоящая. Славик уж и не помнил, по какой причине вдруг позволил опутать себя узами брака. По делу вроде. Без дела на хрена бы ему это надо было? Бабьего мяса и так хватало с избытком.

Эта была откуда-то из Зауралья. Из Курска, что ли? Или из Курска эта, с ногами, из «Золотого теремка», которой он намедни часики за три штуки баксов подарил? Во идиот!

Хотя чего там, ему самому те «котлы» на халяву достались, почему бы и не подарить? Точно, это та, из Курска. Да и поближе Курск, вроде до Урала где-то.

Да какая нам оптом розница? Еще башку парить, откуда у него жена. Надо будет — сама скажет. Не дай бог еще голова снова от мыслей разболится.

Славик протопал в ванную, сполоснул «морду лица», не забыв обтереть лысину и шею. Прошел в гостиную, открыл бар, поглядел на батарею заграничных напитков. И закрыл. Славик вообще не злоупотреблял алкоголем. А уж тех, кто пьет по утрам, просто презирал, как мокриц.

Однако надо прикинуть план на сегодня. Славик сел за стол и задумался. И по мере того как он думал и вспоминал события вчерашнего дня, настроение у него портилось все больше и больше. Вроде и ничего серьезного не случилось, никакие опасности не грозят. Но вот именно эти мелкие проблемы выводили Славика из себя больше всего. Какая-то мокрота, перхоть из-под ногтей, мешает осуществлению его планов, портит гладкую картину мира. Надо срочно разбираться, чтоб эта шваль ему весь праздник не запортачила. В новый год надо входить без проблем.

Славик поднял трубку мобильника, лежавшего на столе — он никогда не задумывался, что в квартире дешевле звонить по обычному телефону.

— Але, Шуба? Леха, че там у нас с этим кроликом, что мою тачилу изгваздал?

— …

— Короче, через час ко мне подкатывай, надо порешать эту тему, не люблю хвосты оставлять.

— …

— И… эта… Заскочи к пацану, который мне тут дачу сватал, захвати его с собой. Мне с ним пару слов надо перетереть. Не все так четко, как он мне расписывал. Тоже мальца улаживать еще надо. А то и к ответу звать.

Леха-Шуба был прилежный малый, хотя вел себя, как полная оторва. Но это было только внешней его стороной, сделанной напоказ. В целом же на него можно было положиться больше, чем на любой банковский сейф. Если Леха подписался что-то сделать — это будет сделано кровь из носу. Причем кровь из носу, естественно, не у Лехи.

На этот раз, правда, обошлось без кровопролития. Через полтора часа незадачливый специалист по недвижимости был доставлен пред светлы очи Вячеслава Полухина живым и невредимым. Ну, разве что небритым, непричесанным и немытым, явно из постели доставили. Но такие мелочи Славу мало волновали.

Леха ушел на кухню инспектировать холодильник на предмет чего бы сожрать, а Слава остался с «клиентом» в зале. В спортивном костюме он выглядел достаточно внушительно и живописно, подросшее за время сытой жизни брюшко совсем не делало его внешне бессильным, скорее, наоборот, добавляло авторитетности. Хотя куда уж больше?

— Ну садись, чего встал, как суслик перед трактором? — махнул вальяжно рукой Слава, сам опускаясь в кресло.

— Я… я, пожалуй, постою, — пролепетал парень, терявшийся в догадках о причине столь неожиданного вызова. До сих пор он в доме самого Вячеслава Геннадиевича не бывал, и не ждал от такой аудиенции ничего хорошего.

— Садись, я сказал, — повысил тон Слава, отчего подрагивавшие ноги риелтора совсем ослабли и он почти упал в предложенное кресло. Но только на самый его краешек.

— Ну, что ж ты так меня подставляешь, брателло? — голос Славы был добродушен, а вся его круглая физиономия излучала дружелюбие. Но это было дружелюбие и добродушие кота, подталкивающего пойманную мышь к миске с молоком. Чтоб утопить.

— А в чем, собственно, проблема? — срывающимся голосом спросил парень. Он действительно не знал, зачем его сюда привезли и какие грехи на нем повисли.

— Да вот, хотел с тобой о дачке потереть, которую ты мне тут втюхивал.

— А что дачка? — заерзал коммерсант. — Хорошая дачка. Очень неплохой вариант. Я же вам описывал. Если цена кажется завышенной, так это не беда. Реально, конечно, там должно меньше стоить, но так ведь никто не продает! А это вложение с дальним прицелом! Уже через год даже сам участок можно будет процентов на пятьдесят дороже скинуть без затруднений. А если сделать, как я вам советовал, то навар будет под пятьсот процентов. Это хорошая сделка!