Приключения Алисы. Том 4. Заповедник сказок - Булычев Кир - Страница 47

— Он все думает у нас, все думает, — сказал старик. Гулять не ходит, воздухом не дышит, все думает.

— А что же делать, дедушка? — сказал Герасик. — Кто-то должен думать.

Алисе мальчик понравился. Она была с ним совершенно согласна. Ей было приятно, что здесь она увидела одного из тех людей, которые будут думать и в конце концов додумаются, как строить дома, изобретут паровоз и телефон, переживут все ледниковые периоды и полетят в космос.

— А над чем ты сейчас мыслишь? — спросила Алиса.

— Я думаю, как изобрести такую штуку, чтобы грузы не таскать, а легко перевозить.

Герасик достал из-под лавки дощечку и два кружочка, вырезанные из дерева. Он приложил кружочки по бокам дощечки и сказал:

— Хочу придумать, как дощечку к этим кружкам приспособить, чтобы она не тащилась, а катилась. Мы бы сделали большую коробку, в нее клали бы тяжелые вещи и катили. Понимаешь?

— Значит, ты колесо изобретаешь! — воскликнула Алиса. Я думала, что-нибудь серьезное. Кто же изобретает такие пустяки? Разве у вас колеса нету?

— Колесо? — повторил Герасик. Он расстроился, что колесо, оказывается, не надо изобретать, а он не знал об этом. — Наверное, где-нибудь в очень далеких землях изобрели, — сказал он. — Иначе я бы об этом уже знал.

— Да ты не обращай внимания, — сказал старик. — Ты себе изобретай. Если в заграничных землях изобрели, то нам они не скажут. А мне дрова тяжело из леса таскать…

— Ой, погодите! — сказала Алиса. — Наверное, я ошиблась. Ведь это я знаю про колесо, потому что я в будущем живу. Но я не знаю, кто его первым придумал. Может, Герасик и придумал. Хочешь, я тебе помогу, покажу, как кружочки к доске прикреплять, чтобы удобнее катить? Мы его вместе с тобой изобретем.

— Нет, — сказал тихо мальчик. — Не надо мне подсказывать. Я хочу сам. Если ты мне подскажешь, то какой я изобретатель? Ты же тысячу раз это колесо видела, тебе и думать не надо. Вспомнила, и все тут. Спасибо, без тебя изобрету.

Герасик закинул кружочки под лавку.

— Пойдем, — сказал он.

— Куда? — спросила Алиса.

— Я вас в разбойный лес провожу.

Алисе было стыдно. Расстроила изобретателя, не подумала о том, что придумать труднее, чем вспомнить.

— Извини, Герасик, — сказал она. — Ты изобретай, я больше не буду мешать. Ты нам только покажи, куда идти, а дальше нас Сила проводит.

— Нет, — сказал мальчик. — Я с вами пойду. Сила в этих местах не бывал, разбойного леса не знает.

— Ой, не ходи, Герасик, в разбойный лес, — взмолился дед. — Никто оттуда живым не возвращался. И гостей туда не зови. Пожалей их молодое здоровье.

— Мы сами пойдем, — сказала Алиса.

Но Герасик не слушал. У дверей он сунул ноги в рваные лапти, вышел наружу и остановился, поджидая остальных.

10. Яблоня за рекой

С поля доносился богатырский храп.

— Совсем забыла, -сказала Алиса. — Надо богатыря Силу разбудить. Он обидится, если мы его с собой не возьмем. Он подвиги любит.

— Пускай спит, — сказал мальчик. — Начнешь его будить, зашибет. Он дурной.

— Нет, — Алиса повернула к полю. — Я его сама разбужу. Он нам в лесу пригодится.

Она подошла к богатырю, который мирно спал, раскинув руки.

— Сила, — сказала она. — Пора идти. Сила продолжал храпеть. Козлик подбежал к богатырю и дернул его губами за рукав.

Сила продолжал храпеть. Козлик боднул богатыря. Никакого результата. Алиса толкнула богатыря. Богатырь поморщился во сне, пошевелил губами, но не проснулся.

— Си-ла! — крикнула Алиса в ухо богатырю. Богатырь отмахнулся мощной рукой, Алиса и козлик еле успели отпрыгнуть. Герасик отбежал в сторону.

Тогда Алиса подобрала с земли сучок, вытерла о сарафан и пощекотала богатырю в носу. Богатырь по-богатырски чихнул и проснулся.

— Кто смеет меня беспокоить? — спросил он грозно. — Раздавлю, как козявку!

— Силушка, — сказала Алиса. — Ты с нами идти собирался.

— Никуда я не собирался. Я теперь собираюсь спать тридцать лет и три года. Накоплю мощи и всех разгромлю.

— Нельзя тебе спать тридцать три года, — сказала Алиса. — Тебя ледником накроет.

— И ледник разгромлю, — сказал Сила.

— Ну, как хочешь, — сказала Алиса. — Мы тебя хотели на подвиги позвать, в разбойный лес.

— В разбойный лес? На подвиги? Так чего же раньше-то не сказала! — богатырь поднялся с пашни и потянулся, хрустнув костями. — В разбойном лесу я еще не был. Ого-го-го! Как мы там повеселимся, как мы там побезобразничаем!

— Ты бы лучше меня слушался, — сказала Алиса. Безобразие может все испортить.

Тут богатырь рассмеялся, ему показалось очень смешным слушаться девчонку, и так, хохоча, он и пошел вслед за мальчиком, который показывал дорогу.

«Странно, — думала Алиса, — ведь мы все это время ходим по Москве. Вернее, по земле, где потом будет Москва. Может, даже до центра ее не дошли. А если не считать нескольких избушек, вообще жилья не встретили».

Солнце поднялось уже высоко, пригревало, они миновали небольшой густой лес и остановились на берегу широкой медленной реки. «Наверное, это Москва-река», — подумала Алиса и спросила мальчика: — Эта река у вас как называется?

— Большая, — сказал мальчик. — Мы ее Большой называем, а есть еще Маленькая, но до нее идти далеко.

— Это Москва-река? — спросила Алиса у козленка. Козленок кивнул головой.

— Что-то он у тебя неразговорчивый, — сказал Сила. Язык, что ли, проглотил?

— И Сила засмеялся собственной шутке.

— Так он же заколдованный! — сказала Алиса.

— А, заколдованный, — вспомнил богатырь. — Тогда понятно.

Они спустились к воде. Вода в Москве-реке была хрустальной, чистой, прозрачной, в глубине резвились рыбешки, на секунду из воды показалась здоровая гигантская щука.

— Погодите тут, — сказал мальчик. — Я лодку достану.

Он отбежал к кустам, что росли у воды, и вскоре оттуда показался нос лодки, выдолбленной из большого ствола. Лодка была узкой и на вид неустойчивой, но мальчик сказал, что она всех подымет, даже богатыря. Богатырь поглядел на лодку и сказал:

— А может, я вас здесь подожду?

— Боишься? — спросила Алиса.

— Не боюсь, я плавать не умею, — сказал богатырь. — В моей кольчуге я как топор на дно пойду. Жалко меня.

— А подвиги? — спросила. Алиса. — Ты же хотел подвиги совершать.

— А если я утону, — резонно ответил богатырь, — то и подвиги некому будет совершать. Пустое дело. Хотя, конечно, подвиги совершать имею желание.

В конце концов богатыря уговорили. Он поехал отдельно, после того как перевезли Алису с козликом. Он сидел в самой середине лодки, неподвижный, как железная статуя, зажмурив глаза, и так крепко держался за борта, что на том берегу всем вместе пришлось разгибать его пальцы, а в бортах остались глубокие вмятины.

Когда все поднялись на высокий дальний берег, Герасик показал на синеющий впереди лес и сказал:

— Вот это и будет разбойный лес. Дорога туда через луг, другой дороги нету.

— Спасибо тебе, Герасик, — сказала Алиса. — Возвращайся домой, дедушка будет волноваться.

— Домой я пока не пойду, — сказал маленький изобретатель, шмыгнув носом. — Торопиться мне некуда, Я здесь посижу, подумаю. У воды мысли лучше приходят.

— Ты это брось, — вдруг вмешался в разговор богатырь Сила. — Ты это брось, думать. Ты же не сказочный, а можно сказать, обыкновенный человечек. Думают волшебники и колдуны. Твое дело землю пахать и лапти плести.

Сила уже отдышался, страх его пропал, да он и сам о нем позабыл.

— Иди, — сказала Алиса богатырю. — Иди вперед, мы тебя догоним.

Богатырь послушался и побрел вверх по откосу. Алиса сказала:

— Если мы долго не будем возвращаться, ты нас не разыскивай. Ты в деревню возвращайся. Мало ли что — а вдруг нам придется дальше идти Кусандру искать?

— Хорошо, — сказал мальчик. — Я дотемна подожду и поеду обратно.

Сверху послышался тихий плач. Прислушались — точно, кто-то плачет. Они побежали наверх.