Грезы Февра (сборник) - Мартин Джордж Р.Р. - Страница 148

Дональд вновь пожал плечами:

– Там беспорядок. На полу валяются трусики и полно раздавленных сырных палочек. И что, по-твоему, это значит?

– Он забрался ко мне!

– Человек-в?форме-груши? – вежливо осведомился Дональд.

– Конечно! Он прокрался сюда, пока нас не было дома, залез в мою комнату, трогал мои вещи, а потом засунул «Чиз Дуддлс» в мое нижнее белье. Он был здесь!

Дон посмотрел на нее с выражением сочувственного и мудрого терпения.

– Джесси, дорогая, подумай о том, что сейчас нам сказала.

– Тут не о чем думать!

– Конечно есть. Давай сделаем это вместе. Ты считаешь, что человек-в?форме-груши был здесь?

– Да.

– Зачем?

– Чтобы сделать то, что он сделал. Это отвратительно. Он отвратителен!

– Но как он сюда попал? Ты помнишь, что у нас сменили замки? И у него никогда не было ключа от нашей квартиры. Мы не видим ни малейших следов взлома.

Что тут можно было возразить?

– Анжела оставила окна гостиной открытыми.

– Да, я не закрыла окна, – призналась подруга. – О Джесси, милая, извини. Было так жарко. Я хотела проветрить и не предполагала…

– Окна находятся слишком высоко, до них не достать с тротуара, – вмешался Дональд. – Ему потребовалась бы лестница. К тому же они выходят на улицу, где всегда есть люди. А потом ему нужно было выбраться из квартиры, тем же путем. И он не выглядит атлетом.

– Он это сделал, – не сдавалась Джесси. – Он здесь был.

– Ты когда-нибудь приглашала в гости человека-в?форме-груши?

– Конечно нет! К чему ты клонишь?

– Ни к чему, Джесс. Подумай сама. Он залез в окно с пакетом сырных палочек, чтобы засунуть их в шкаф с твоими вещами. Отлично. А как он узнал, какая из комнат твоя?

Девушка сдвинула брови:

– Он… я не знаю… наверное, осмотрел все.

– И что он мог найти? Здесь три спальни, одна студия, и в двух спальнях полно женской одежды. Как он выбрал твою?

– Возможно, он проделал это в обеих спальнях.

– Анжела, пожалуйста, осмотри свою комнату, – попросил Дональд.

Она недоуменно пожала плечами:

– Ладно.

Джесси и Дональд молча смотрели друг на друга, пока она не вернулась.

– Там порядок, – сообщила девушка.

– Понятия не имею, как он определил, что это моя комната. – Джесси устало вздохнула. – Но он ее нашел. Как еще можно объяснить то, что произошло? Или ты полагаешь, что я сделала это сама?

– Я не знаю, – спокойно ответил Дон и посмотрел поверх ее плеча в сторону студии. – Однако возникают и другие вопросы. Этот эскиз к обложке… Над ним работал хороший художник. Почти такой же хороший, как ты. И он должен был внести исправления после того, как ты его закончила, но до того, как отправила в «Пируэтт».

Джесси изо всех сил старалась не думать об эскизе. Она открыла рот, чтобы возразить Дону, но ничего не смогла придумать и закрыла рот, по ее щекам побежали слезы. Друзья внимательно смотрели на нее.

– Что же мне делать? Господи, что мне делать?

Бог ничего не ответил; за него это сделал будущий психиатр:

– Есть только один выход, – бодрым тоном сообщил он. – Посмотри в лицо своим страхам. Ты должна изгнать их. Спустись вниз и поговори с этим человеком, постарайся получше его узнать. Возможно, ты его пожалеешь, или начнешь презирать, или он тебе просто не понравится, но твой страх пройдет. И ты поймешь, что он всего лишь человеческое существо – и весьма жалкое.

– Ты уверен, Дон? – спросила Анжела.

– Абсолютно. Встреться с ним лицом к лицу, Джесси. Иначе ты не сможешь от него освободиться. Спустись в подвал, зайди в гости к человеку-в?форме-груши.

– Ты не должна бояться. – Анжела пристально смотрела на нее.

– Тебе легко говорить.

– Послушай, Джесс, как только ты войдешь к нему, мы с Доном выйдем из дома и сядем на крыльце. Мы будем рядом. Тебе будет достаточно негромко вскрикнуть, и мы моментально ворвемся к нему. Поэтому ты не останешься с ним наедине в полном смысле слова. У тебя ведь есть в сумочке нож?

Девушка кивнула.

– Ну, помнишь, как какой-то грабитель хотел отнять у тебя сумку? Ты классно ему врезала. И если человек-в?форме-груши попытается что-нибудь сделать, ты успеешь отреагировать. Ударь его ножом. И убегай. Позови нас на помощь.

– Наверное, ты права, – со вздохом согласилась Джесси.

Да, она не должна поддаваться страху, ей не о чем тревожиться, нечего бояться, человек-в?форме-груши ничего не сможет ей сделать. Ну что в нем такого ужасного? Ничего. Ничего!

Анжела похлопала ее по плечу, Джесси глубоко вздохнула, взялась за ручку двери и вышла из дома. Ее окутал влажный жаркий вечерний воздух. Все под контролем.

Так почему же ей так страшно?

Приближались сумерки, но под лестницей было уже темно. Джесси споткнулась, и ее нога задела за край металлического бака для мусора. Сколько мух, червей и других насекомых живут и размножаются здесь, в темноте, куда никогда не добираются лучи солнца… «Нет, я не должна об этом думать, тут всего лишь мусор, гниющий в теплой влажной темноте».

Девушка остановилась перед дверью, подняла руку, чтобы постучать, но ею вновь овладел страх. «Мне нечего бояться», – сказала себе Джесси. Она стояла перед дверью с поднятой рукой, дыхание обжигало горло. Ей вдруг стало ужасно жарко – хотя бы глоток свежего воздуха!

Скорее выбирайся отсюда, если дорожишь своей жизнью!

Тонкая вертикальная полоска желтого света разрезала темноту. Нет, пожалуйста, нет.

Дверь открывалась.

Почему так медленно – как в ее снах? Почему она вообще открывается?

Дверь наконец распахнулась, и Джесси пришлось прищуриться. Изнутри лился ослепительно яркий свет.

На пороге стоял человек-в?форме-груши и улыбался ей.

– Я, – начала Джесси, – я… я…

– А вот и она, – произнес человек-в?форме-груши своим пронзительным голосом.

– Чего ты от меня хочешь? – выпалила девушка.

– Я знал, что она придет, – сказал он так, словно Джесси здесь не было, – Я знал, что она придет за моими вещами.

– Нет!

Ей так хотелось убежать, но ноги перестали повиноваться.

– Можешь зайти, – сказал человек-в?форме-груши.

Он поднял руку и протянул ее к лицу Джесси. Пять толстых белых червей, извиваясь, проползли по щеке. От пальцев-червей пахло сырными палочками. Его мизинец коснулся уха девушки и попытался заползти внутрь. Она увидела, что вторая рука пришла в движение только после того, как он схватил ее за предплечье и потянул к себе. Джесси взвизгнула.

– Зайди и взгляни на мои вещи. Ты должна. Ты знаешь, что должна.

Каким-то непостижимым образом она оказалась внутри, и дверь захлопнулась у нее за спиной – теперь девушка находилась наедине с человеком-в?форме-груши.

Джесси попыталась взять себя в руки. «Мне нечего бояться», – повторила она свое заклинание. «Нечего бояться… нечего бояться… что он может мне сделать… что он может сделать?»

Отвратительный сладковатый запах ударил Джесси в ноздри. Четыре голые электрические лампочки свисали прямо с низкого потолка. У противоположной стены стоял карточный столик на трех ножках, роль четвертой выполнял сломанный телевизор, из разбитого экрана торчали провода. На столике стояла большая миска с сырными палочками. Джесси отвернулась, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Она попыталась отступить на шаг, но задела ногой за пластиковую бутылку от кока-колы и едва не упала, но человек-в?форме-груши подхватил ее своей мягкой влажной рукой и помог удержаться на ногах.

Джесси поспешно высвободилась. Ее правая рука нырнула в сумочку и ухватилась за рукоять ножа. Девушка сразу же почувствовала себя лучше, сильнее. За заколоченным окном разговаривали Дональд и Анжела, звук их голосов успокоил ее. Джесси попыталась собрать все свое мужество.

– Как ты можешь жить в таких условиях? – спросила она. – Быть может, тебе нужна помощь, чтобы навести в комнате порядок? Ты болен? – Она с большим трудом заставляла себя произнести эти слова.