Теории сознания - Прист Стивен - Страница 50

Чтобы оценить метафизическую теорию Спинозы, нам потребуется прояснить некоторые используемые им термины. Его понятие субстанции скорее всего напоминает то, которое Декарт унаследовал от Аристотеля через средневековых схоластов:

Под субстанцией я разумею то, что существует само в себе и представляется само через себя, т.е. то, представление чего не нуждается в представлении другой вещи, из которой оно должно было бы образоваться ("Этика", с. 361).[20]

Если нечто есть само в себе, то оно существует, но в своем существовании не зависит от существования чего-либо еще. Если его можно представить через себя, то, как поясняет Спиноза, есть возможность составить о нем понятие, не испытывая при этом потребности мыслить понятие чего-либо еще, от чего, как можно было бы предположить, оно зависит. Итак, субстанция в своем существовании и в своей природе не зависит ни от чего, кроме самой себя. Никакая другая вещь не сможет причинно обусловить субстанцию быть или не быть тем, что она есть.

Спиноза считает единственным возможным кандидатом на роль субстанции в этом смысле реальность в целом – целокупность существующего. Мы можем выдвинуть предположение, почему все существующее отвечает этому определению. Во-первых, оно существует – есть существующее. Во-вторых, существующее охватывает собой все существующее, поэтому, видимо, не может быть ничего, от чего целокупность существующего зависела бы в своем существовании. Отсюда следует, что все существующее зависит в своем существовании только от самого себя или, как говорит Спиноза, "существует само в себе".

Из этого следует, что единственная субстанция, если она имеет причину, то является причиной самой себя. При условии, что она существует и охватывает собой все существующее, то не может быть никакой иной причины ее бытия, и никакой иной причины ее бытия в качестве того, что она есть, кроме нее самой. Спиноза следующим образом разъясняет, как нечто может быть причиной самого себя:

"Под причиной самого себя (causa sui) я разумею то, сущность чего заключает в себе существование, иными словами, то, чья природа может быть представляема не иначе, как существующею" (Ук. изд., с. 361).

Сущность любой вещи заключается в том, что она есть, поэтому, как утверждает Спиноза, если нечто является причиной самого себя, то для адекватного определения, что это за вещь, необходимо упомянуть о ее существовании. Ее существование является частью того, что она такое. Разумно предположить, что конкретные существующие вещи, с которыми мы сталкиваемся, в своем существовании зависят друг от друга. Например, одно событие причинно обусловлено более ранним событием и так далее, и, видимо, в равной степени это истинно и в отношении ментальных и физических событий. По мысли Спинозы, такого рода регресс в объяснении не может продолжаться ad infinitum; объяснения должны иметь предел. Его решение заключается в том, что мир как система в целом – единая субстанция – включает в себя свое собственное объяснение. Ее существование есть часть ее сущности. Она есть собственное основание для своего бытия.

Решение Спинозой проблемы сознания и тела заключается во включении человеческих существ в описанную выше метафизическую картину. Мы являемся частями или аспектами единой субстанции. Подобно тому, как единая субстанция может быть представляема под атрибутом мышления и потому известна как "Бог" и подобно тому, как она может быть представляема под атрибутом протяжения и потому известна как "Природа", так и отдельное человеческое существо может быть представляемо как одновременно ментальное и физическое, и потому его можно мыслить и как душу, и как тело:

Душа и тело составляют один тот же индивидуум, представляемый в одном случае под атрибутом мышления, в другом – под атрибутом протяжения (Ук. изд., с. 426).

Это основополагающее утверждение Спинозы по проблеме сознания и тела следует хорошо помнить, когда читаешь другие положения его теории. К примеру, если попытаться вырвать из контекста всей системы такие утверждения, как "человек состоит из души и тела" и "человеческая душа соединена с телом" (Ук. изд., с. 414), то в них можно было бы ошибочно усмотреть вариант картезианского дуализма. Спиноза же отвергает дуализм. Когда он говорит, что у человека есть душа и тело, он подразумевает, что каждому из нас присущи атрибуты мышления и протяжения, но он совершенно отвергает тот картезианский взгляд, будто каждый из нас состоит из двух субстанций, одна из которых называется "душой", а другая "телом". А когда он говорит, что человеческие тело и душа соединены, он имеет в виду, что они суть два аспекта, или атрибута, человеческого существа. Он относит к величайшим достоинствам своего монизма то, что удается полностью обойти любую проблему относительно каузального взаимодействия между ментальным и физическим. Если нет двух субстанций, то не может и возникнуть проблемы, как они "объединены" в картезианском смысле или как они могут каузально взаимодействовать. Если мы принимаем ту посылку, что каузальные взаимоотношения могут иметь место только между различными вещами, то, согласно Спинозе, душа и тело каузально не взаимодействуют.

Что же означает, что мы суть аспекты Бога? Чтобы установить это, нам следует больше узнать о том, что есть Бог, согласно Спинозе. Бог у Спинозы обладает традиционными атрибутами бесконечности, духовности, всемогущества и благожелательности; кроме того, все происходящее необходимо вытекает из Его природы. По сути, Спиноза полагает, что логический строй рационального и дедуктивного разумения мира в точности совпадает с каузальной упорядоченностью событий в мире. В своих работах он следует "геометрическому" или логико-дедуктивному стилю, дабы отдать должное этому факту, но нам не требуется рассматривать здесь этот аспект его творчества.

Спиноз в одном крайне важном отношении порывает с традиционным иудео-христианским пониманием Бога: Бог есть единая субстанция. Бог тождественен тотальности существующего. Он не является трансцендентной причиной существующего. Он есть существующее. Это означает, что Спиноза является теистом особого рода: он пантеист. Теизм – это взгляд, согласно которому Бог существует. Пантеизм включает в себя теизм, но сверх того, утверждает, что нет ничего, что не было бы Богом. Бог эквивалентен реальности в целом.

Почему Спиноза считает пантеизм истинным? Причины этого многообразны и сложны, но, в основном, он полагает, что имеет смысл приписывать характеристики типа "бесконечный" и "всемогущий" только всему существующему. Например, если бы Бог не был всем, то существовало бы нечто такое, что не было бы Богом. Спиноза счел бы это ограничением божественной бесконечности. Бог не был бы бесконечным в том смысле, что существовал бы предел, существовало бы нечто такое, что не было бы Богом. Сходным образом, если Бог есть то, что совершает или может совершить все, то он должен быть всем существующим или всей системой существования. Не могло бы быть так, чтобы нечто меньше целого совершало все совершающее.

Поскольку все происходящее с необходимостью вытекает из природы Бога, Спиноза полагает, что природа человеческих существ также неизбежно вытекает из божественной сущности. Как он пишет: "сущность человека… составляют известные модусы атрибутов Бога" (Ук. изд., с. 361). Атрибут есть свойство или характеристика, которая сущностным образом принадлежит чему-либо. Атрибуты неизменны, и благодаря имеющимся у нее атрибутам вещь есть то, что она есть. Модусы также являются свойствами или характеристиками, но они не существенны для того, чтобы вещь была такой, какая она есть, и они изменчивы. "Модус" представляет собой сокращение от "модификация", а это напоминает нам, что изменяющиеся качества вещи и есть ее модусы. К примеру, если мышление есть атрибут, то наличие той или иной мысли есть модус; и если протяженность является атрибутом, то обладание определенным размером или формой есть модус. Сейчас мы уже в состоянии более точно понять, как трактует Спиноза отношение между ментальным и физическим. Он говорит: