Потрошитель душ - Леонтьев Антон Валерьевич - Страница 68

– Но вы же сами сказали, что писать он не в состоянии! – воскликнула Ариадна, и Юрий Викторович усмехнулся:

– Ну, он, предположим, их и раньше не писал. Ими этот… этот… в общем, этот субъект, который у нас раньше работал, его снабжал…

Генералов так и не смог выговорить ни имя, ни фамилию своего бывшего сотрудника, виновника смерти его любимой женщины.

– Но шоу продолжается! Через неделю мы летим во Франкфурт, на тамошнюю книжную ярмарку, самую большую в мире. И нам поступили сигналы, что романы из серии «Орест Бергамотов» желают купить как минимум три десятка стран. И это только начало! Не исключаю, что скоро и Голливуд пожелает экранизировать парочку из них с Брэдом Питтом или Джонни Деппом…

– Думаю, надо кого-то помоложе, из новой когорты! – пробормотал доктор. – Но мы тут при чем? Как я понимаю, для оказания медицинской помощи ЛДК я вам больше не нужен, так что наше сотрудничество подошло к логическому завершению…

Генеральный Генералов усмехнулся:

– Ну, пьяная бездарь ЛДК все же привык к вам, требует «своего доктора». Так что будете возглавлять команду, которая за ним присматривает. Однако нам нужны новые романы об Оресте Бергамотове! Тот, кто их писал, больше никогда нигде ничего не нацарапает – разве что на стене своей камеры в Мордовии…

– Но кто тогда будет писать новые романы этой серии? – спросила Ариадна, и Юрий Викторович ответил, кладя перед ней пачку документов:

– Вы, Ариадна Никитична! Ознакомился с вашими сочинениями в подражание ЛДК – недурственно! Конечно, для публики их якобы по-прежнему будет ваять ЛДК, но в действительности это будут ваши произведения. Причем вы не станете «литературным негром», гонорар будет более чем честным! Вот, взгляните…

Доктор бросил взгляд на условия предлагаемого жене договора.

– Ну, это несерьезно, Юрий Викторович! – произнес он мягко. – Роялти надо поднять как минимум в два раза! И аванс надо радикально увеличить!

Генеральный Генералов, сверкнув глазами, произнес:

– Так и знал, что будете торговаться! Это значит, что возражений не имеется?

Супруги Бергамотовы посмотрели друг на друга и ответили:

– Нет!

– Отлично, о финансовой стороне мы договоримся. «Ктулху» предлагает вам, Ариадна Никитична, подписать договор сразу на десять романов, сроки сдачи мы сейчас обсудим, это крайне выгодно для вас и позволит нам заняться полномасштабной раскруткой бренда «Орест Бергамотов» в ходе новой, уникальной пиар-кампании, которая предусматривает…

«…Узнав, что меня ожидает мой друг Орест Самсонович, я вышел из кабинета – еще бы, мы не виделись около полугода! После сенсационной поимки Джека-потрошителя, то бишь княжны Бобруйской, моей предшественницы на посту главного редактора «Бульварного экспресса», Орест Самсонович вместе с верным Мэхпи и Зигфридом спешно укатил за границу.

– Вижу, работа у вас кипит! – сказал Бергамотов, пожимая мне руку. Я поклонился Мэхпи и велел ассистенту принести Зигфриду лучшей краковской колбасы.

– Наш хозяин, его светлость князь Бобруйский, доволен, – скромно заметил я. – Ведь «Бульварный экспресс» теперь самая читаемая газета столицы!

– Отлично! – одобрил Орест Самсонович и увел меня в мой кабинет. Затем он совершил ряд странных движений – закрыл дверь на ключ, задернул шторы.

– Вы кого-то боитесь? – сообразил я. – И что вы делали за границей, говорят, проходили в Вене лечение от нервного потрясения? Неужели история с Джеком-потрошителем выбила вас из колеи?

Орест Самсонович ответил:

– Да, боюсь! Профессора! Помните, я рассказывал вам об этом Наполеоне преступного мира? И о его глобальном, невероятно прибыльном преступлении, им замышленном? Да, я распустил слух, что уехал в клинику, а на самом деле побывал за эти полгода в двенадцати странах Старого Света, а также за океаном! Ибо я веду охоту на Профессора, а он – не меня!

Я вспомнил взрыв в квартире Ореста Самсоновича, только благодаря бдительному Зигфриду не окончившийся трагически.

– Мне нужна ваша помощь! – произнес Орест Самсонович. – В результате моих изысканий мне стало известно, что Профессор нанял лучшего наемного убийцу в мире, некого Дика Скиллера. Хотя это, без сомнения, псевдоним. Никто не в курсе, как он выглядит, но он доводит до конца любое дело, за которое берется.

– Англичанин? Американец? – спросил я деловито, на что Орест Самсонович усмехнулся:

– Его имя – прозрачный намек на собственную профессию: Dick Skiller, то есть Dick’s killer[26]. Дик Скиллер полиглот, владеет как минимум дюжиной языков. Но, по моим сведениям, он ваш с нами соотечественник. И пребывает сейчас в Петербурге!

– Чем я могу вам помочь? – спросил я, и тут во мне взыграло профессиональное любопытство: – Этот Дик Скиллер приехал, так сказать, по делу? Он исполняет заказ?

– Думаю, что да! – ответил Орест Самсонович. – Смерть в Петербурге банкира Отто Шветфельда позавчера в «Англетере», несомненно, его рук дело!

– Но ведь все уверены, что это был апоплексический удар! – возразил я. – И зачем ему смерть этого банкира?

Орест Самсонович ответил:

– Все это звенья одной и той же цепи! Потому как в гостинице вчера остановилась и наша старая знакомая Эльвира. Конечно, под другим именем, как графиня фон Люббендорф. А Эльвира, как вы прекрасно помните, работает на Профессора. И каким-то непостижимым образом связана с Диком Скиллером, которого она, возможно, знает под его настоящим, русским именем. План Профессора начал осуществляться. Шветфельд является заемщиком австрийского двора, и мне в руки попал вот этот любопытный документ…

Он зажег свет и положил на стол клочок бумаги, с боков обгоревший, пропитанный кровью и с дыркой посередине.

– Откуда вы его извлекли? – спросил я, и Орест Самсонович на полном серьезе ответил:

– Из кармана человека, застреленного Диком Скиллером. Но не в этом суть!

Я пригляделся и разглядел два столбика – в одном были даты (все этого года, 1914?го), в другом – названия городов.

– 6 января, Триест – загадочная кончина, якобы от аллергической реакции на устрицы, юного герцога Дорчестера, наследника крупнейших сталелитейных заводов Британской империи. 27 февраля, Париж – взрыв, в результате которого погиб ряд высокопоставленных дипломатов. 13 марта, Лондон – неудавшееся, общественности неизвестное, покушение на короля Георга V, которое удалось предотвратить вашему покорному слуге. 17 марта, Ватикан – внезапная и до конца не проясненная кончина, якобы в результате несчастного случая, кардинала курии Пьеранджело Барунетти, наиболее вероятного преемника дряхлого папы Пия. 29 марта, Вашингтон – двойное самоубийство заместителя статс-секретаря Кавендиша и его любовницы. 3 апреля, Лос-Анджелес – потоплен дредноут «Бенджамин Франклин». 11 апреля, Каир – смерть во время пустяковой операции великого визиря Ахмеда. Наконец, 20 апреля, Вена – крайне грязный эротический скандал и отставка всей верхушки австрийской контрразведки…

– 27 апреля, Санкт-Петербург! – воскликнул я. – Смерть банкира Шветфельда!

– Так и есть, – кивнул Орест Самсонович. – А теперь смотрите на оставшиеся даты. 18 мая, Венеция. 9 июня, Афины. Далее из-за пулевого отверстия точную дату нельзя разобрать 2… июня, Сараево. И наконец, 1 августа, Берлин!

– Вы думаете, что все эти смерти и катастрофы – дело рук вашего Дика Скиллера? – спросил я.

– Вероятно! – сказал Орест Самсонович. – Он выполняет заказ, данный ему Профессором. Того, что произошло, уже не исправить. Я рад, что мне посчастливилось сорвать покушение на британского монарха, убийство августейшей бабки которого, королевы Виктории, мне, увы, предотвратить не удалось[27]. Иначе бы война была неминуема уже в марте!

– Война? – спросил я в страхе. – Но какая такая война?

– Как говорят итальянцы – il guerrone[28], самая кровавая за всю историю человечества! – убежденно заявил Орест Самсонович. – И подготавливает ее сценарий Профессор, который намерен посредством развязанной им бойни стать не только самым богатым, но и самым влиятельным человеком на земле. Диктатором планетарного масштаба!