Потрошитель душ - Леонтьев Антон Валерьевич - Страница 50

– Кого забрать? – не понял доктор, отчего-то вдруг решивший, что ему позвонил не кто иной, как сам Джек-потрошитель.

Но звонивший оказался отнюдь не Джеком-потрошителем, а метрдотелем одного из столичных ресторанов. Выяснилось, что ЛДК, видимо, придя в экстаз от крайне выгодного контракта с «Ктулху», направился вовсе не к себе на квартиру, дабы продолжить работу над очередной частью повести, а в ресторан, дабы «спрыснуть» приятное событие.

– Этого еще не хватало! – прогремел генеральный Генералов, который уже завершил беседу с чином из Следственного комитета. – Сюда уже едут самые опытные следователи, пока что никакой огласки!

– Но как же так! – воскликнула Эльвира. – Это же такая шикарная тема!

– Вот убедимся, что это точно Потрошитель, тогда и сообщим общественности! – произнес настоящий Юрий Викторович. – А вы, Бергамотов, чего стоите? Езжайте и вызволите ЛДК из лап зеленого змия! Потому что этот болван должен работать над третьей частью повести, а не упиваться до поросячьего визга!

– Прокол, Бергамотов! – ядовито заметила Эльвира. – Да еще какой! Если выяснится, что клиент дошел до кондиции…

Столяров вызвался помочь Михаилу Николаевичу, и они вместе отправились в ресторан, дабы забрать оттуда разбушевавшегося ЛДК. Впрочем, когда они прибыли туда, беллетрист, завершив громить помещение, уже мирно похрапывал, растянувшись на сорванной и залитой вином портьере.

Доктор Бергамотов, осмотрев пациента, махнул рукой – тот был в стельку пьян, даже на внешние раздражители практически не реагировал. Пришлось улаживать скандал с дирекцией ресторана, которая отчего-то не придерживалась мнения, что погром, устроенный известный писателем, делает их заведению большую часть. Однако короткий разговор по телефону с генеральным Генераловым и его обещание взять на себя все расходы, в том числе моральные, которые понесли работники ресторана, исправил положение.

Наконец, погрузив спящего мертвецким сном ЛДК в автомобиль Столярова, они направились на квартиру к беллетристу. А прибыв туда, столкнулись с уходящими сотрудниками Следственного комитета. Те, забрав ужасный подарок и допросив свидетелей, удалились восвояси.

– Господи, что же с ним! – всплеснула руками Лариса Григорьевна, кидаясь к своему любимцу. Столяров уложил находящегося в алкогольном трансе ЛДК на софу, а тот даже не пошевелился, только зычно всхрапнул.

– Приводите его в порядок! – распорядился генеральный Генералов. – Эксперты уверены, что послание от настоящего Потрошителя. Поэтому придется срочно разрабатывать пиар-кампанию. Но нам нужна третья часть, и чем быстрее, тем лучше!

– Вообще-то Потрошитель заявил, что если ее до послезавтра не опубликуют в Интернете… – начал Столяров, но доктор Бергамотов, вынув из своего чемоданчика шприц и наполнив его бесцветной жидкостью из ампулы, произнес:

– Исключено! Не могу знать, сколько длится процесс написания новой части, однако ЛДК выведен из строя не меньше чем на три-четыре дня! Возможно, даже на неделю!

– Вас наняли, чтобы вы сделали невозможное возможным! – отрезал Юрий Викторович. – Так что приведите этот алкоголика в порядок, ему завтра предстоит выступление на телевидении. Что же касается третьей части…

Он выразительно посмотрел на Владислава Столярова, и молодой человек сказал:

– Я категорически против! Мы не можем выставить в Сеть то, что написано «литературными неграми», и заявить всему свету, что это – третья часть «Ореста Бергамотова и Джека-потрошителя». Потому что, когда это выяснится – а это непременно выяснится! – то скандал будет почище, чем с сердцем покойника, которое презентовали общественности ушлые «вольдемортовцы». Не говоря уже о том, что ЛДК будет рвать и метать…

– Плевать на ЛДК, получит дополнительный процент на роялти и заткнется, – махнул рукой генеральный директор. – Но ты прав, скандала нам не нужно… Но ведь он наверняка уже что-нибудь наваял, обыщите его ноутбук! Быстро отредактировать, а если недописано – то дописать!

Он ткнул пальцем в Столярова, тот побледнел и вымолвил:

– Но я же не могу…

– Можешь! – возразил Генералов. – Ты ответственен за текст, а Бергамотов ответственен за ЛДК и его более-менее вменяемое состояние. И еще – о том, что происходит, никому ни слова. Иначе…

Он улыбнулся, и от этой улыбки у Михаила Николаевича душа ушла в пятки. Он занялся промывкой желудка, а Столяров и генеральный Генералов вместе отправились в святая святых – в кабинет ЛДК, чтобы просмотреть его бумаги. Уложив размякшего и деинтоксицированного беллетриста в кровать, доктор Бергамотов вздохнул и вышел из спальни. Что ж, со своей задачей он справился, а вот справится ли Столяров со своей?

Он прошел в кабинет ЛДК, в который обычно посторонним вход был заказан. Возле окна располагался огромный старинный стол, за которым так любил позировать для журналов и телевизионных программ знаменитый писатель. На столешнице ноутбук последней модели. Стены кабинета были оклеены дорогущими синими с золотым тиснением обоями, и везде виднелись фотографии Державина-Клеопатрова: ЛДК и Известная Актриса, ЛДК и Популярный Юморист, ЛДК и Примадонна, ЛДК и Нынешний Муж Примадонны, ЛДК и Бывший Муж Примадонны, ЛДК и Будущий Муж Примадонны, ЛДК и Композитор Примадонны, ЛДК и Церковный Иерарх, ЛДК и Председатель Партии Власти, ЛДК и Влиятельный Политик, ЛДК и Очень Влиятельный Политик и, наконец, как апофеоз, ЛДК и Самый-Самый-Самый Влиятельный Политик.

По всей противоположной стене шли полки с книгами, которых ЛДК никогда не читал, – они являлись исключительно декорацией. Виднелся и писанный известным художником портрет ЛДК.

– Ну что, нашел что-нибудь? – нетерпеливо произнес настоящий Юрий Викторович, закончив листать папки с аккуратно подшитыми договорами и подходя к Столярову, который, сидя в кресле, копался в ноутбуке писателя.

– Нам повезло! – ответил тот возбужденно. – Потому что – и вы, Юрий Викторович, были тысячу раз правы! – ЛДК, конечно же, уже написал третью часть! Причем до конца!

Генералов, заурчав, ринулся к компьютеру и лично убедился, что это так. Удовлетворенно кивнув, он воскликнул:

– Отлично! Это последняя?

– Кажется, нет, – просматривая документ, ответил заместитель начальника секции классического детектива. – Так и есть, не последняя!

– Отлично! – снова воскликнул генеральный директор «Ктулху». – Просто замечательно! Потому что ЛДК вскоре оклемается и сможет написать новую часть повести! О, я уже представляю, что будет за сенсация, когда станет ясно, что подлинный Потрошитель снова вышел на связь – и именно с нами!

– С ЛДК! – поправил его Столяров, все еще просматривая документ. Внезапно он наморщил лоб и тихо вскрикнул.

– Что такое? – встревожился Генералов. – Только не говори, что третья часть недоработана…

Столяров поднял на него глаза, в которых читался ужас.

– При просмотре документа мне бросилось в глаза словосочетание «фиолетовая обезьяна»…

– И что с того, Славик? – хмыкнул Юрий Викторович. – Потрошитель именно этого и хотел! Значит, никто позднее не сможет обвинить нас в том, что мы проигнорировали требования безумца и намеренно рисковали чьей-то жизнью!

Столяров кашлянул и сдавленно произнес:

– Но посудите сами – о последнем послании Потрошителя и выдвинутом в нем требовании ЛДК ничего не знал! Потому что когда оно пришло, он уже был в ресторане и, напившись, устроил дебош! Но тем не менее в третьей части содержится упоминание фиолетовой обезьяны – более того, фиолетовой обезьяны с двумя хвостами! Такое случайностью назвать нельзя!

Доктор Бергамотов подумал, что молодой человек совершенно прав. Генералов, прильнув к экрану, соизволил лично удостовериться в том, что в документе встречается это словосочетание.

– И что с того? – повторил он упрямо. – Это только нам на руку!

– Ты что, не понимаешь, что это может иметь только одно объяснение! – вскричал Столяров. – Если ЛДК заранее знал о содержании нового послания Потрошителя, то… То он и есть Потрошитель!