Моя последняя война (Афганистан без советских войск) - Гареев Махмут Ахметович - Страница 89

В свете всего этого было совершенно неоправданным, когда после распада СССР МИД России при поддержке вице-президента А. В. Руцкого полностью отвернулся от правительства Республики Афганистан и перешел по-существу на сторону моджахедов и, видимо, только потому, что их поддерживали западные страны. Но запад и представители ООН, которые непрестанно твердили, что надо только Наджибулле отказаться от власти и все в Афганистане уладится, не захотели умерить и сдержать экстремистские устремления оппозиции. Наджибуллу, которому давали слово, не выпустили из Кабула. Российская Федерация, объявив себя правопреемницей Советского Союза, несла ответственность и за все то, что произошло в Афганистане и поэтому было не только не справедливо, но и непорядочно, антигуманно отдавать на жестокую расправу людей, которых наша страна поставила у власти, сотни тысяч людей, которые учились у нас или верили нам. Тем более, что по элементарным понятиям демократии и люди другой стороны, если даже их взгляды представляются нам ошибочными, имеют право на свои убеждения. В 1991 г. Наджибулла прислал личное письмо Э. А. Шеварднадзе, где с болью писал: «Я не хотел быть президентом, Вы меня уговаривали, настойчиво просили, обещали поддержку. Теперь меня и Республику Афганистан бросают на произвол судьбы. Как же все это понять?»

Как пишет Л. В. Шебаршин: «Наджибулла может замкнуть длинный перечень тех, кто верил в мудрость советских лидеров, последовательность политики Советского Союза, отстаивал советские интересы и полностью полагался на то, что великое государство защитит его от всех напастей.»

Советская политика никогда не считалась со своими малыми союзниками. В тридцатые годы были физически уничтожены руководители Коминтерна. В конце сороковых отданы на растерзание иранской монархии азербайджанские и курдские демократы. При Хрущеве были сброшены все руководители стран «народной демократии», а при очередном зигзаге советской политики — их преемники.[93]

Отказавшись от преемственности в политике, новые руководители России решили обеспечить преемственность в средствах и методах осуществления политики.

Ни советский, ни российский МИД ничего не сделали и для того, чтобы добиться от США и Пакистана выполнения Женевских соглашений. Самое главное попустительство состояло в том, что советские войска ушли, советские базы на территории Афганистана были ликвидированы, а все военные базы и учебные центры моджахедов на территории Пакистана остались. Советская военная помощь Республике Афганистан была прекращена, а поставки оружия и боеприпасов моджахедам продолжались. Поэтому возникает вопрос: зачем вообще нужны были длительные и дорогостоящие переговоры с американцами и пакистанцами и сами Женевские соглашения, если их выполняла лишь одна сторона, а другая ничего и не собиралась делать? Было проще вывести советские войска в одностороннем порядке и решить вопрос без всяких дипломатических игр.

Но даже при этих обстоятельствах России для сохранения роли авторитетного посредника и сохранения влияния на обе стороны было целесообразно держать дистанцию между противоборствующими сторонами и продолжать активно работать и с правительством Наджибуллы и лидерами моджахедов. Кстати, если бы Женевские соглашения другой стороной выполнялись и были ликвидированы военные базы моджахедов на территории Пакистана, они были вынуждены быстрее пойти на переговоры с правительством Наджибуллы о прекращении огня и создании временного коалиционного правительства.

А для этого были реальные возможности. По сообщению радиостанции «Свободный Афганистан» (15.05.90 г.) еще покойный президент Пакистана Зияуль-Хак в ходе встречи с заместителем МИД СССР Ю. М. Воронцовым настаивал на том, чтобы временное переходное правительство в Афганистане было образовано еще до того, как будут выведены советские войска, в ином случае по его мнению это грозит началом нового кровопролития в стране.

21 февраля 1990 г. в Ливии состоялась встреча советских представителей с представителями Исламской партии Афганистана (Карьябом и Бахором). Представители Хекматьяра предлагали:

Президент Наджибулла уходит с занимаемого поста и власть передается в руки афганской армии (видимо, у Хекматьяра по этому вопросу была договоренность и с генералом Танаем). Создается объединенный совет, включающий полевых командиров вокруг Кабула и офицеров вооруженных сил, не связанных с НДПА. Совет будет управлять страной в течение 6 месяцев; в этот период проводятся выборы и формируется правительство, которому передается вся власть. СССР официально признает новое правительство Афганистана, а последнее гарантирует, что территория Афганистана не будет использоваться для создания баз и враждебных действий против СССР. С таким подходом в принципе с некоторыми оговорками соглашался и Наджибулла.

Были и некоторые другие взаимоприемлемые подходы, позволяющие надеяться на примирение сторон. Но все эти шансы не были использованы.

Так, вскоре после августовских событий 1991 г. Министр иностранных дел Андрей Козырев заявил: «В Афганистане все готово к урегулированию — мешает этому только советская поддержка «экстремистов» во главе с Наджибуллой».[94] Вице-президент А. Руцкой на встрече с лидерами моджахедов в Москве произнес покаянные слова, заверения в дружбе и дал согласие на создание в Афганистане исламского переходного правительства, состоящего из представителей только моджахедов. После этого лидеры афганской оппозиции отбросили всякие мысли о примирении сторон и создании коалиционного правительства.

В Афганистан был назначен новый российский посол Е. Островенко, как говорят, опытный дипломат, хорошо знающий историю, язык, культуру Афганистана. В интервью газете «Правда» (13.04.1993 г.), оценивая режим Наджибуллы, он заявил: «К началу прошлого года (1992 г. — М. Г.) он фактически изжил себя. И мы, россияне, здесь ни при чем. Против Наджибуллы не только не прекращалась борьба моджахедов, он утратил поддержку собственных соратников. Первым грозным сигналом послужил мятеж и бегство Министра обороны Таная. Последним — разрыв с Дустумом. Тогда-то и появились в Кабуле отряды этого генерала, задержавшие Наджибуллу». В этом же интервью посол пространно разъяснял: чтобы судить о стране, надо знать, «надо повариться в том котле» и т. д. Но судя по его заявлению, в последние годы перед заступлением на посольский пост, он, видимо, не имел возможности следить за обстановкой в Афганистане и знал о ней понаслышке. Это относится и к его суждениям о Наджибулле, с которым посол оказывается успел встретиться лишь один раз, и мятежу Таная и к отрядам генерала Дустума. В частности, подразделения 53-й пехотной дивизии Дустума постоянно находились в Кабуле с 1989 г. и вели боевые действия в районе Пагмана.

Не соответствует также действительности утверждения будто бы сотрудничество с правительством Наджибуллы пришлось начинать свертывать после того, как от центрального правительства начали отходить северные провинции. И якобы это обстоятельство явилось последним толчком к крушению режима Наджибуллы. Реально все происходило по-другому. В предыдущих главах книги уже отмечалось, что как только кабульское правительство лишится поддержки Москвы, от него немедленно начнут отходить провинции и племенные формирования, которые всегда поддерживали центральную власть только на временной основе, пока она сама получает поддержку.

Можно напомнить, например, как весною 1992 г., А. Руцкой стремясь расположить прибывшую в Москву делегацию моджахедов во главе с Раббани, объявил о прекращении поставок афганскому правительству не только оружия, но и всех, видов топлива для военной техники. Это значит, что вся авиация, бронетанковая и артиллерийская техника — главная сила правительственной армии — становилась небоеспособной. Сыграли свою роль обострившиеся внутренние противоречия и неурядицы среди руководящего состава Республики Афганистан. Большую ошибку допустил Наджибулла, согласившись на возвращение в Афганистан Б. Кармаля. Поддавшись давлению кармалистов и, видимо, рассчитывая на расширение своей поддержки в афганском руководстве, Наджибулла пошел на этот шаг. Сторонники Кармаля А. Вакиль, М. Рафи, Н. Азими, А. Делавар активизировали свою деятельность против Наджибуллы в расчете на свое спасение путем сговора с моджахедами, предъявили требование, чтобы президент подал в отставку. На какое-то время они по-существу захватили власть в Кабуле. Но несмотря на все это, если бы хотя бы минимальная поддержка правительства Наджибуллы продолжалась, Республика Афганистан под рукодством Наджибуллы или других лидеров могла еще держаться и сохранялись надежды на сближение сторон. При наличии поддержки со стороны России совсем по-другому вели бы себя и кармалисты.