Вокруг Кремля и Китай-Города - Сутормин Виктор Николаевич - Страница 54

Улица Ильинка. Тонолитография Арну. Изд. Дациаро, печать Лемерсье. 1850-е годы

Здание Биржи. Фото 1864–1870 годов

Новая Биржа имела довольно скромные размеры, главный вход её был всегда закрыт, и коммерсанты попадали в биржевой зал через боковые двери (видимо, такова древняя российская традиция). Стоявший на входе здоровенный детина проверял входные билеты. Почти всех постоянных посетителей этот служитель знал в лицо и никогда не ошибался. Так появился в России фейс-контроль.

В 1873–1875 годах А. С. Каминский перестроил здание Биржи ещё раз, в греческом стиле. Такой облик оно сохраняло до 1925–1926 годов, когда был добавлен третий этаж стараниями И. С. Кузнецова – архитектора очень интересного, но здесь не блеснувшего своим талантом.

Что же до Александра Степановича Каминского, то он долгое время успешно совмещал службу в должности архитектора Московского купеческого общества с частной практикой и педагогической деятельностью. Как член семьи Третьяковых (Каминский был женат на Софье, сестре Павла и Сергея Третьяковых), он поддерживал личные отношения со всеми крупными московскими предпринимателями, поэтому не испытывал недостатка в заказах и даже имел возможность какие-то из них передавать своим ученикам – например, Францу Шехтелю, Илье Бондаренко, Ивану Машкову.

Здание Биржи. Фото из альбома Н. А. Найдёнова «Москва. Виды некоторых городских местностей, храмов, примечательных зданий и др.». М., 1884

Здесь, рядом с Биржей, мы можем видеть ещё одну работу Каминского.

Стиль, в котором работал Каминский, называется эклектика, то есть соединение элементов различного происхождения в нечто цельное. Нужно сказать, что это весьма гармонично получалось у Александра Степановича – сплавлять воедино, например, неоренессанс и «русско-византийский стиль» или классицизм и необарокко. Иногда это бывало чересчур помпезно – но тут уж ничего не поделать, в царствование Александра III хороший тон подразумевал внушительность и монументальность.

А. С. Каминский. Подворье Иосифо-Волоколамского монастыря, 1882. Фото из «Художественного сборника работ русских архитекторов и инженеров». М., 1891

Не менее яркий образец эклектики украшает собой противоположную сторону площади.

Взглянув на угловую часть здания внимательно, вы заметите, что от остального объема она отличается не только цветом, но и тем, что сложена из старого глазурованного кирпича. К этому слегка скруглённому углу архитектор П. П. Скоморошенко пристроил всё остальное, увенчав здание круглой башенкой. Из старого вырастил новое, будто из зёрнышка.

В этой старой части дома некогда располагался весьма приличный трактир, где по традиции биржевики обмывали удачные сделки. «Купцы обычно ходили пить шампанское в винный погребок Богатырёва, близ Биржи. При этом один из них ставил на стол свою шляпу-цилиндр, затем начинали пить, и пили до тех пор, пока шляпа не наполнялась пробками от шампанского; тогда только заканчивали и расходились» (Из воспоминаний П. И. Щукина «Как в старину пили московские купцы»).

Бывший дом Троице-Сергиевой лавры (Троицкое подворье). Фото 2013 года

Дом Троице-Сергиевой лавры, более известный как Троицкое подворье, после его перестройки в 1874–1876 годах стал первой московской пятиэтажкой, но в историю вошёл по другому поводу: на этом самом тротуаре у дома № 5/2 произошло первое покушение на жизнь «вождя всех народов».

До ноября 1931 года товарища Сталина обычно сопровождал чекист, вооружённый пистолетом или револьвером, – вот и вся охрана. Даже не верится, ведь вождь со своими политическими противниками не миндальничал; да и что там отдельные противники – целые социальные слои вполне заслуженно желали генсеку скорой и по возможности мучительной смерти.

Ильинка. Биржа, Гостиный двор и Троицкое подворье. Фото 1876–1887 годов из фонда ЦИГИ

И вот представьте себе: 16 ноября 1931 года в начале четвёртого Сталин выходит из Кремля через Спасские ворота и направляется в сторону здания ЦК, где должно состояться заседание. Ещё светло, погода хорошая, ну почему бы и не пройтись по Ильинке пешком? Ведь тут не более десяти минут неторопливым шагом.

А навстречу Сталину по другой стороне улицы спешат по своим делам двое мужчин, и совершенно случайно один из этих двух прохожих – бывший белогвардеец, прибывший в Москву нелегально для выполнения секретного задания РОВС (Русского общевоинского союза), а другой – хозяин конспиративной квартиры, где офицер остановился. Разумеется, агент вооружён, ведь не к тёще на блины приехал. И вот он видит своего «врага № 1», спокойно шагающего навстречу, и сначала не верит своим глазам, а в следующую секунду уже нащупывает в кармане рукоятку револьвера… Но ещё доля секунды, и руку офицера железной хваткой стискивает его спутник, оказавшийся сотрудником ОГПУ.

И. В. Сталин идёт по городу. Фото до 1930 года

Наверняка это не было провокацией: кто рискнул бы использовать вождя в роли подсадной утки?.. Белогвардеец уже находился под колпаком контрразведки, судьба его была предрешена, просто арестовать пришлось чуть раньше, чем планировали чекисты.

Председатель Совнаркома на донесении об этом происшествии наложил резолюцию: «Членам Политбюро. Пешее хождение т. Сталину по Москве надо прекратить. В. Молотов».

42. Старопанский переулок

Название переулка образовано от местности Старые Паны: здесь в XVI веке располагался Панский двор – торгово-дипломатическое представительство Польши в Москве. Впрочем, тогда переулок звался Космодамианским по стоявшему здесь храму. Святых бессребреников Косму и Дамиана, прославившихся в древности как целители, которые избавляли людей от недугов и не брали за это денег, в народе очень почитали, и во славу им в Москве было воздвигнуто несколько церквей. Переулков Космодамианских тоже было несколько, что и послужило в 1922 году вполне убедительным предлогом для переименования.

На углу Старопанского и Богоявленского переулков стояла та самая фабрика латунных изделий купца Карунина, по которой площадь когда-то называлась Карунинской. Во второй половине XIX века здание купил основатель и владелец Даниловской мануфактуры Василий Ефремович Мещерин. По его приказу были снесены все старые постройки и в 1877–1878 годах возведено так называемое Мещеринское подворье.

Слово «подворье» в старину означало постоялый двор для приезжающих в город монастырских настоятелей и монахов. Возникали такие заведения, когда кто-нибудь завещал либо дарил обители подходящий участок или когда государь жаловал землями монастырь. Постояльцами были, конечно, не только особы духовного звания, но и миряне, которым требовался приют добропорядочный и тихий. Впоследствии гостиницы, рассчитанные на такой тип постояльцев, стали именовать себя подворьями.

«Подворья представляют собою нечто среднее между гостиницей и меблированными комнатами. Цены в рекомендуемых нами подворьях – как во второклассных гостиницах. Обстановкой и удобствами эти подворья не уступают недорогим гостиницам, а некоторые из них обставлены даже с бо?льшим комфортом, и все подворья гораздо спокойнее гостиниц. При рекомендуемых подворьях имеется очень хорошая кухня, не слишком дорогая, но буфеты с винами большею частью отсутствуют.