Салочки с демоном - Романовская Ольга - Страница 94

Впереди ожидал куда более важный разговор, а министр — так, мелкая сошка.

— Лорд ти Онеш? — видя, что ректор занят делами чрезвычайной важности, привлек к себе внимание граф Соренц и в сердцах плеснул себе воды из графина. Хотелось вина, но это потом. — Вы меня слушаете?

— Безусловно, — кивнул лорд, вспоминая последние минуты врага.

Лорд шан Теон вел себя достойно. Не метался, не проклинал, лишь глянул с холодной усмешкой и произнес: «Не доставлю вам такого удовольствия, милорд». И сдержал слово, гончие ничего не получили.

Ритуальное самоубийство — вещь редкая, но привычная для высшей аристократии Закрытой империи. Иначе бывший тайный советник поступить не мог. Ректор уважал его за это, не позволил псам подойти к безжизненному телу.

Яд подействовал мгновенно.

Шан Теон почернел и с тихим хрипом рухнул на колени. Проступили сквозь кожу налившиеся багрянцем вены и лопнули, залив кровью серебристые шкуры призрачных гончих. Лорд ти Онеш порадовался, что Малица всего этого не видела: слишком страшно. Ему самому стало не по себе, когда кровь полилась из глаз и ушей вампира. Скрюченные посмертной судорогой пальцы сжимали крохотную склянку с ядом. После, уже в Академии, ректор рассмотрел под увеличительным стеклом пару кристаллов и поспешил сжечь: опасны. Даже крупинки достаточно, чтобы убить человека. Значит, всегда носил при себе. Тайный советник до мозга костей! Схвати они его после осеннего бала у императора, тоже бы проглотил яд, чтобы не выдать секретов родины и не позволить себя казнить.

Сильная добыча! Они втроем загоняли его до самого рассвета. И шан Теон едва не ушел: помешала рана, нанесенная лордом Шаллом. Она не успела затянуться, и вампир поскользнулся в прыжке. Всего лишь поскользнулся! И погиб.

Ректор отогнал гончих и присел рядом с мертвым вампиром. Для верности всадил-таки в сердце серебряный болт — никакой реакции.

— Что с ним делать, милорд? — Из тени леса выступил молодой демон и покосился на шан Теона.

— Ничего. Похорони. Клану лучше не знать, где он погиб. Хотя, — ректор в сомнении покосился на изломанное короткой агонией тело, — главе рода положены почести.

— Хочешь отдать вампирам? — эхом отозвался еще один демон, старше первого и одетый по моде Закрытой империи. — Он ведь из девчонки кровь пил, Нормана покалечил.

— Норман сам себя покалечил, — отмахнулся лорд. — Своей собачьей заносчивостью. Еще поговорим, очень о многом поговорим, — с мрачной усмешкой чуть слышно добавил ректор и вновь перевел взгляд на почерневшего вампира. — Пусть лежит в склепе. Порядочных вампиров я уважаю.

Всего одна повязка — и так много значит. Без нее Малица истекла бы кровью, значит, лорд Эльмир шан Теон заслужил скромные, но похороны.

— Хорошо, я займусь, — кивнул старший демон и, покосившись на юнца в расхристанной одежде, больше подходившей для свободного художника, нежели для демона, подозрительно поинтересовался: — А этот не выдаст?

— Собственного ректора? — поднял брови лорд и в свою очередь тоже одарил притихшего юного демона изучающим взглядом. — Я настоятельно, — он выделил голосом это слово, заставив адепта судорожно сглотнуть от скрытой за спокойствием угрозы, — рекомендую молчать об охоте.

Юноша судорожно закивал и, посвистав дядиных собак — второй демон приходился ему близким родственником, который и отправил учиться к знакомому в Академию колдовских сил, — поспешил скрыться от греха.

— Осторожнее! — предупредил ректор, указав на вампира. — На нем могли остаться проклятия. Слишком тихо умер, наверняка подготовил сюрприз.

Демон усмехнулся. Кого учит! Можно подумать, он сам ничего не знает! Привык командовать и считает всех безалаберными дурнями.

Осмотревшись, ректор спросил:

— Ну как, снимаем полог?

Приятель согласился, и через пару минут в лес снова вернулась магия, а рог Дикой охоты замолк.

Все это промелькнуло в голове ректора во время беседы с министром. Будь его воля, лорд не тратил бы время на пустые разговоры с графом, но формально тот начальник, приходится терпеть.

— И что вы можете сказать в свое оправдание? — Министр нервным движением схватил стакан и сделал большой глоток, но столь неудачный, что поперхнулся.

Беспокойство графа имело вполне конкретную причину: он отвечал за действия своих подчиненных. Император рвал и метал, прослышав о Дикой охоте. Хорошо, местные жители ничего не поняли, а то бы пришлось устроить показательный процесс.

Правда, оставалось загадкой, кто именно сообщил об охоте. Министр подозревал, кто-то из особистов. Они контролировали применение магии в регионе и вполне могли почуять неладное.

Но, так или иначе, Дикие охоты строжайше запрещены, а ректор даже не пытается разыгрывать раскаяние. Граф Соренц знал, лорд ти Онеш относится к нему с презрением, как всякий демон к человеку, вздумавшему им командовать, однако терпеть это не собирался. Давно пора покончить с заносчивостью некоторых рас! Мало ли кого там пригласил император, лорд ти Онеш точно такой же ректор, как все остальные.

— Ничего, — пожал плечами лорд.

Пожалуй, лучше посоветоваться насчет камня с ювелиром, а не полагаться на собственные силы.

Разнос у императора в двенадцать. Интересно, сколько еще его продержит министр? До сих пор думает, будто что-то решает. Всем известно, каким образом он получил пост: через родственные связи.

Граф Соренц едва не подавился вторично. Но, к его чести, удержал лицо и наконец взял себя в руки.

В кресле оказалось спокойнее. Во-первых, руки заняты: можно сцепить пальцы, взять перо или просто опереться о столешницу. Во-вторых, за спиной опора, а это многого стоит. В-третьих, половина туловища скрыта от глаз собеседника, значит, тому сложнее подловить на неосторожном движении, выдающем мысли и эмоции.

Министр хмыкнул и допил злосчастный стакан. Некстати (или, наоборот, кстати) вспомнился совет ректора насчет вина. Пожалуй, бокальчик бы успокоил нервы. Но это потом: предлагать гостю выпить граф точно не станет.

— Очень жаль! — скривил губы министр и пожевал изнутри щеку. — Мне казалось, вы чтите законы приютившей вас страны.

Внешне лорд сохранял полное спокойствие, но граф знал: слова попали в цель. Демоны дорожат честью и свободой, а тут такое! Играть на болезненной теме опасно, но уж больно хотелось оскорбить, вывести из себя единственного ректора, который ни во что не ставил министра. Мальчишка он ему, что ли!

— Чту, — после минутной заминки согласно склонил голову лорд. — У меня была веская причина их нарушить.

— Какая же? — навострил уши граф и всем корпусом подался вперед, демонстрируя желание слушать.

— Личная, — на корню подрезал крылья его любопытству ректор. — Я сообщу об этом императору. Вас же, милорд, заверяю: я устроил охоту не ради собственного развлечения, а ради спасения двух людей.

— И как, спасли? — не скрывая раздражения, поинтересовался министр.

Ему это надоело. Каждый раз одно и то же! Император, император, а министр не у дел. И ведь не сместишь, никак не накажешь, кроме штрафа. Только у ти Онеша столько денег, что на годовой бюджет Академии хватит.

— Разумеется, — чуть заметно усмехнулся ректор. — Я всегда хорошо делаю свою работу.

— Как и я свою, — не остался в долгу граф. — Письменный отчет мне, милорд. Со сроком: надо сделать вчера. И готовьтесь предстать перед судом товарищей.

Лорд пожал плечами. Всего этого он ожидал.

Неприятная история, но жизнь Малицы дороже. И Нормана тоже. Не накрой они лес антимагическим пологом, неизвестно, что стало бы с некромантом.

Малица лежала в лазарете и, пользуясь временным освобождением от занятий, спала и читала легкую развлекательную литературу: с ней так хорошо отдохнуть и помечтать.

Кристоф принес яблок. Где только достал такие сочные в начале весны? Не иначе, купил втридорога у торговцев, применявших сохранные заклинания. Или и вовсе совершенно бесплатно из дома забрал. Малицу, впрочем, происхождение фруктов не занимало, главное, вкусные. Она как раз хрустела яблочком, с упоением глотая не магические формулы, а описание нарядов героини, когда в дверь постучали.