Поверь в любовь - Спенсер Мэри - Страница 76

– О Господи! – сокрушенно охнул он, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног.

– Добрый вечер! – тотчас раздался не менее испуганный голос Элизабет.

И все вдруг поплыло у него перед глазами. Элизабет была не просто хороша – она была прекрасна! Сердце Натана, казалось, вот-вот выскочит из груди. А какое платье! Нет, наверное, ему все это снится!

– Вы подстриглись, – брякнул он и покраснел, сообразив, что сморозил глупость.

А Элизабет все никак не решалась поднять глаза. Ломая руки, она побагровела вслед за ним. Потом нервно поправила шелковистые черные локоны, каскадом спадавшие ей на плечи.

– Это все Рэчел, – дрожащим голосом пролепетала она.

– Замечательно! – восхитился Натан, чувствуя, что будто прирос к месту.

Он только и мог что смотреть на нее. Элизабет сейчас напоминала полураспустившуюся розу – очаровательный темно-розовый цветок, лишь кое-где кокетливо выпустивший крохотные изумрудно-зеленые листочки. И хотя платье было чрезвычайно скромным, оно не скрывало очертаний ее прелестной фигурки. Короткие, до локтя рукава были слегка присборены, изящные, тонкие руки затянуты в белоснежные перчатки. О Боже! Элизабет выглядела как настоящая великосветская дебютантка. На плечо ей каскадом спускалась густая грива черных как смоль локонов, придерживаемая драгоценными гребнями, которые он сам подарил ей пару лет назад.

– Вы прекрасны, Элизабет, – только и смог вымолвить Натан.

– Вы тоже чудесно выглядите... честное слово.

– Я принес вам... – Натан с сожалением бросил взгляд под ноги, – ...цветы. – Нагнувшись, он подобрал рассыпавшийся букет вместе со шляпой. – Жаль только, вид у них не очень...

– Ничего страшного, – успокоила его Элизабет и добавила: – Я поставлю их в вазу.

И тут Натан, которого происшедшая с Элизабет сногсшибательная перемена заставила забыть обо всем на свете, вдруг спохватился и двинулся за ней.

Спустя мгновение Элизабет вновь появилась в дверях. Через руку у нее была переброшена бархатная вечерняя мантилья темно-синего цвета.

– По-моему, поверх платья полагается надеть вот это, – сказала она, и оба уставились на украшенную лентами вещицу так, будто это был не предмет дамского туалета, а невесть какая диковинка. – Не могли бы вы?.. – И Элизабет протянула ему мантилью.

– О, конечно! – откликнулся Натан, сообразив наконец, что от него требуется. – Подержите-ка, – он сунул ей в руки шляпу, – а я пока... хм-м... ну-ка дайте взглянуть. – И Натан, повертев мантилью, смущенно уставился на Элизабет. – Как, черт возьми, надевать эту штуковину?!

– По-моему, руки продеваются вот сюда, – подсказала она и обернула вокруг себя мягкую ткань, – а потом завязываются вот эти ленты. – Она вернула Натану шляпу, завязала ленты под подбородком и озабоченно заглянула ему в глаза. – Ну как?

– Великолепно, – просиял он. – Просто чудесно!

– А посмотрите только на туфельки! – воскликнула она, приподняв подол юбки. Восхищенному взору Натана предстали синие атласные туфельки с заостренными носами и высокими каблучками, украшенные изящными бантами. – Как они вам?

Натан почесал в затылке.

– Боюсь, тут я не специалист, Элизабет. Но на вид очаровательно!

Элизабет смущенно покачала головой.

– Я так чудно себя чувствую, обо все спотыкаюсь! Ох, Натан, просто не знаю, что делать! Может, вам лучше пойти без меня? Только подумайте, сколько там будет молодых леди!

– Но вы – единственная, с кем я хочу танцевать! – упрямо заявил он. – Держу пари, стоит только вам появиться, и все мужчины в городе будут у ваших ног!

Как ни странно, слова его оказались пророческими, и Натан просто упивался гордостью, заметив, какой фурор вызвало их появление. Глаза всех собравшихся вмиг обратились на его очаровательную спутницу. Сам он всегда считал ее красавицей, а сейчас и вовсе черты ее лица, оттененные каскадом сверкающих локонов, стали как будто еще женственнее.

Он помог ей сбросить мантилью, потом, подхватив под руку, проводил в зал, испытывая ни с чем не сравнимое удовольствие при виде изумления на лицах тех, кому случалось видеть Элизабет и раньше, и восторга – среди тех, кто видел ее впервые.

– Элизабет! Боже правый! Я бы вас никогда не узнал, так вы изменились! – объявил Вирджил Киркленд, галантно поднося к губам ее затянутую в перчатку руку. – Энн, – продолжил он, повернувшись к улыбающейся жене, – да ты сотворила чудо!

– Еще какое! – подхватила та, дружески пожимая руку побледневшей и растерянной Элизабет. – Чудесно выглядите, дорогая! Самая элегантная леди в этом зале!

– Спасибо, мэм, – прошептала Элизабет. Ее темные глаза испуганно расширились.

К Кирклендам присоединились Тэлботы, вслед за ними и Симонсоны, отдав должное невероятной перемене, происшедшей с Элизабет. Поблагодарив всех, она снова замолчала, словно воды в рот набрала. Сообразив, что Элизабет, должно быть, напугана до смерти, Натан обнял свою спутницу за талию и почувствовал, как ее бьет крупная дрожь.

– Давайте выпьем чего-нибудь, – непринужденно предложил он. А через минуту, сунув ей в руку бокал с пуншем, тихонько шепнул: – Ну, что я вам говорил?

– Что?

– А то, что вы затмили абсолютно всех дам! – Улыбка его была полна гордости. – И все мужчины в зале смотрят только на вас, Элизабет! Хотел бы я, чтобы сейчас здесь был Джим! Держу пари, при виде подобного зрелища у него глаза на лоб бы полезли!

У Элизабет вдруг так задрожали руки, что пунш чуть было не выплеснулся на платье. Она быстро поставила бокал и нервно оглянулась по сторонам.

– Ага, вот и музыка. – Натан взял ее за руку. – Пойдемте, я научу вас, как танцевать.

– Нет, Натан!

Какое-то ужасное чувство поднималось в душе Элизабет: не страх, не паника, а что-то совсем уж кошмарное. Бравурная мелодия первого танца просто оглушила ее. Элизабет ничего не видела, не слышала – она сознавала лишь то, что должна исчезнуть, и как можно скорее.

Выдернув руку, она ринулась в сторону, расталкивая собравшихся и не обращая внимания на удивленные взгляды. Не остановил ее и голос Натана, умоляющего ее подождать.

К счастью, Элизабет не удалось скрыться. Донельзя встревоженный Натан обнаружил ее в тени за углом дома.