Поверь в любовь - Спенсер Мэри - Страница 47

– Очень. Спасибо, что привез нас сюда.

Снова повисло тягостное молчание. Затаив дыхание, Джеймс осторожно положил свою руку поверх ладони Элизабет и замер.

Она шумно сглотнула застрявший в горле комок, и сердце его чуть было не выпрыгнуло из груди от радости. Они пробыли здесь почти три дня, но Элизабет ничуть не оттаяла, и Джеймс совсем было потерял надежду.

– Ты доволен? – тихо спросила она.

– Еще бы. Тут так хорошо, спокойно.

– Я очень рада, что Вирджил с Натаном решили порыбачить с тобой.

– Да и Энн с ребятишками здесь, так что тебе не скучно. – Элизабет слегка повернула голову, словно для того, чтобы лучше слышать, и ее губы едва не свели его с ума. – Энн очень славная. Да и Беатрис с Джеральдом тоже. Они с удовольствием возятся с малышом.

– Конечно, – добавила она, – с Джоном Мэтью особых хлопот пока нет.

– Верно, – согласился Джеймс, жар его дыхания опалил ей щеку. – Хороший малыш.

– Да. Он... он сегодня мне улыбнулся. Правда улыбнулся!

– Неужели? Подумать только! Может, он и мне когда-нибудь улыбнется?

– Непременно. Может, даже завтра утром.

– Как странно, правда? Еще год назад мы и думать ничего не думали!

– Да.

Его губы осторожно коснулись ее шеи.

– Всего через два дня годовщина нашей свадьбы.

– Да, – едва слышно прошептала она. Джеймс заглянул ей в глаза.

– Бет, – тихо спросил он, – ты не жалеешь, что вышла за меня?

– Нет. – Вопрос, который не давал ей покоя, уже рвался с ее губ, но Элизабет слишком боялась услышать ответ. – Нет, не жалею.

Его пальцы играли ее волосами.

– Иногда мне кажется, что жалеешь... Иногда... Он замолчал, и они взглянули друг другу в глаза.

– Давай выпустим твои волосы на свободу. – Он принялся вытаскивать шпильки одну за другой.

– А как же остальные? – всполошилась Элизабет.

– Все уже давно спят. – Руки Джеймса дрожали. Он не глядя швырял шпильки куда придется.

Она почувствовала, как теплый дождь волос хлынул ей на плечи, и вот уже руки Джеймса стали ласкать ее. Через мгновение его губы нашли ее рот, и он прильнул к ней долгим поцелуем.

В глазах его читался невысказанный вопрос. Угадав, что его тревожит, Элизабет кивнула:

– Все в порядке, Джеймс. Прошло уже достаточно времени...

Однако он не шелохнулся, только дыхание его стало тяжелым и частым.

– Я так хочу тебя, Бет... но только если ты не против.

– Я не против, – прошептала она. И однако он по-прежнему не сделал ни малейшей попытки продолжить начатое. Только тут Элизабет догадалось, чего стоили ему последние месяцы. Отбросив прочь терзавшие ее мысли, она сказала именно то, что он так жаждал услышать: – Я... я тоже хочу тебя, Джеймс.

Хриплый стон вырвался у него из груди. Опрокинув жену на песок, Джеймс накинулся на нее с яростью изголодавшегося зверя. Смяв губами ее рот, он чуть не задохнулся. Дрожащие руки лихорадочно шарили по ее телу. Но когда его горячая ладонь сжала ей груди, Элизабет вздрогнула.

– Молоко, Джеймс.

– Я помню, – пробормотал он, благоговейно взяв в рот теплый сладкий сосок. – Я буду осторожен.

С трудом переведя дыхание, он поставил ее на ноги.

– Пойдем в постель.

Обвив руками его шею, Элизабет опустила голову ему на грудь, и Джеймс подхватил ее на руки.