Поверь в любовь - Спенсер Мэри - Страница 42

– Что такое? Но разве ты не спешишь на встречу с мистером Кирклендом?

– Я – да, но на тебя у меня другие планы. – Он испуганно покосился на жену. – Я давно уже об этом подумывал... ага, вот и он! Только что открылся. – Джеймс остановился у сверкающей витрины. Золотые буквы так и сияли на солнце, но Элизабет лишь растерянно разглядывала непонятную ей надпись. – Заметил его вчера, когда мы возвращались из церкви, и сразу же решил, что обязательно приведу тебя сюда. Пошли.

Он втолкнул ее внутрь, но Элизабет, оказавшись среди манекенов в ослепительных туалетах, почувствовала, как горло ей стиснул знакомый страх.

– О нет, Джеймс! Прошу тебя! – Она попыталась выскользнуть прочь, но муж упорно тащил ее за собой.

– Доброе утро! – приветствовала их элегантная седовласая дама с безукоризненной прической. В ее ласковом голосе чувствовался почти неуловимый французский акцент. – Чем мы можем вам служить? – Словно в подтверждение этого «мы», откуда-то выпорхнула другая женщина, помоложе.

Сняв шляпу, Джеймс приветствовал обеих самой очаровательной своей улыбкой, и те мгновенно заулыбались в ответ.

– Добрый день, леди. Я Джим Кэган, а это моя жена Элизабет. – Он подтолкнул онемевшую супругу вперед. – Хорошо бы ее приодеть. Моей женушке нужно буквально все: корсеты, шляпки, белье и так далее. Мы только что поженились, и у нее не было времени обновить гардероб.

Обе женщины, казалось, мгновенно оценили Элизабет: простенькая шляпка, грубые запыленные башмаки... Заметив их презрительно поджатые губы, бедняжка чуть не ударилась в слезы.

Повернувшись к мужу, она умоляюще заломила руки:

– Джеймс, возьми меня с собой! Умоляю!

Тот в изумлении вытаращил глаза. Боже милостивый, да что с ней?! Все женщины обожают новые тряпки. Господи, приведи он сюда Мэгги, та бы с визгом кинулась ему на шею!

– Все, понятно? – Жестко взяв жену за плечи, он развернул ее в обратном направлении. – И не важно, сколько это будет стоить. Мне нужно все самое лучшее, что у вас есть, вроде вон того. – Он кивком указал на роскошное вишневое платье с рукавом буфами, напомнившее ему то, которое Мэгги года два назад выписала из Парижа. – И вон то. И ту шляпку с птичкой. И ничего коричневого! Я уже всласть налюбовался коричневым... на всю жизнь хватит!

– Конечно, мистер Кэган, – почтительно кивнула та, что постарше. Видимо, фамилия Кэган сказала ей о многом. – Я прекрасно понимаю, что вам нужно. Вы желаете, чтобы миссис... – она запнулась, – миссис Кэган была одета по последней моде. Само собой разумеется. Рады вам служить.

– Тогда займитесь этим безотлагательно, а я через часок заеду за женой. – Поклонившись, он поцеловал Элизабет в холодную щеку. – Желаю приятно провести время, дорогая.

Ужас охватил Элизабет с такой силой, что, забыв обо всем, она, как кошка, впилась ногтями ему в руку.

Он осторожно, но решительно разжал ее судорожно сведенные пальцы.

– Не глупи, дорогая, – с нажимом произнес он, дав ей понять, что его терпение на исходе. – Через час я заеду. – Джеймс ободряюще похлопал ее по плечу, но Элизабет только сильнее сжалась.

– А теперь, – звонко начала модистка, едва звон колокольчика возвестил об уходе Джеймса, – с чего же мы начнем? – Она задумчиво прищурилась. – Вам нужен корсет? Или вы предпочитаете бюстгальтер?

– Нет, мэм.

– Хм... – Женщина окинула Элизабет оценивающим взглядом, будто та была манекеном. – А как насчет капотов? Что предпочитаете носить днем?

– Я... только вот это. Ну... и еще воскресное платье...

– То, что сейчас на вас. Это вы носите каждый день?

– Да, мэм.

– Хм... башмаки никуда не годятся. Они вообще мужские, вы знаете это?

Элизабет знала. Отец купил их в Эбилейне сразу после похорон мамы. Чтобы купить ей приличные ботинки, ему пришлось влезть в их драгоценные сбережения.

– А ваша шляпка... Не будете ли так любезны снять ее? Шляпку отвергли вслед за башмаками.

– Да, тяжелый случай. – Старшая модистка укоризненно покачала головой. – Впрочем, мы постараемся сделать все, что в наших силах. Пошевеливайся, Ивонна. Разденьтесь, мадам, и начнем.

Сидя на скамеечке напротив магазина Симонсона, Элизабет смотрела, как ее супруг переходит дорогу. По его сурово нахмуренным бровям она сразу же поняла, что пощады не будет, и приготовилась к схватке. Не дожидаясь, пока он подойдет поближе, Элизабет встала.

– Джеймс, я…

– Какого черта ты тут сидишь?!

– Джеймс Кэган! Что за выражения?!

– Ни слова больше, женщина! Почему на тебе все еще эти жуткие тряпки? Почему ты в таком виде?

– Не смей со мной так разговаривать! Думаешь, я буду стоять тут и слушать, как ты сквернословишь?!

От этих слов он только разъярился еще больше и, схватив Элизабет за руки, тряхнул как грушу.

– Нет уж, ты меня выслушаешь, черт побери! – взревел он.

– И не подумаю! – взвизгнула она. – Лучше пойду домой пешком!

Тут супруг затряс ее с такой силой, что голова у нее стала мотаться из стороны в сторону, как у куклы.

– Сделай только шаг, как я перекину тебя через колено и задам такую трепку, что век помнить будешь! А теперь отвечай!

Собравшись с силами, Элизабет отпихнула его.

– Не хватало еще, чтобы ты потратил на меня такую уйму денег! – запричитала она. – Швырять деньги на ветер, при том, что я...

– На ветер?! – рявкнул он, не обращая внимания на то, что вокруг них уже собралась толпа. – На ветер! Только потому, что я собрался купить тебе пару приличных платьев?! Бог ты мой! Я догадывался, что ты злишься, но чтобы до такой степени!..

– Да я вовсе не злюсь!

– И когда я хочу порадовать тебя, ты плюешь мне в душу! Что ж, отлично! Ты не хочешь иметь приличные платья, ты их не носишь! Так не носи тогда никаких, черт возьми! Ходи нагишом, если угодно!

– Ох!

– И то будет лучше, чем в этой дерюге!

– Помолчи же хоть...

– И не смей мне приказывать! Замолчу, когда захочу! И когда ты наконец скажешь, почему убежала из магазина?

– Да ведь я только и делаю, что пытаюсь все объяснить, но ты мне не даешь и слова сказать! Мне показалось глупым швырять деньги на все эти наряды, поскольку я сама собиралась сшить себе пару новых платьев!