Ограниченный контингент - Громов Борис Всеволодович - Страница 63

Вывод войск освещали более двухсот корреспондентов из Австралии, Италии, Испании, Великобритании, Канады, США, Швеции, Японии, ФРГ и других стран. Вместе с ними работала небольшая, чуть больше десяти человек, группа советских журналистов Гостелерадио, АПН и ТАСС. Они сопровождали наши войска во время движения до Кабула и далее на север. Кстати, очень многие репортеры пытались оказаться в составе колонн и совершить марш вместе с солдатами. Как правило, мы отказывали в этом, потому что в любой момент полк или батальон мог подвергнуться внезапному нападению. Исключение было сделано только для нескольких наших соотечественников. Остальных мы перебрасывали на самолетах в район Хайротана и Термеза, где они освещали пересечение войсками государственной границы. Журналистам мы практически впервые, и они сами это отмечали, дали полную свободу действий. Они имели все возможности для правдивого рассказа о происходящих событиях.

14 мая 1988 года в Кабуле я впервые провел пресс-конференцию. Она вызвала, на мой взгляд, значительный интерес. Это определялось в первую очередь тем, что у журналистов наконец-то появилась возможность задать все интересующие их вопросы напрямую командованию 40-й армии. Затрагивались многие темы — начиная от количества наших потерь в Афганистане и заканчивая перспективами политического урегулирования положения в этой стране. Конечно же, были и «колючие» вопросы. Надеюсь, мои ответы удовлетворили журналистов. Ни в то время, ни сейчас нам нет необходимости скрывать то, чем советские войска занимались в Афганистане.

Накануне поражения

После вывода советских войск афганскому руководству предстояло самостоятельно решать множество серьезных проблем. Надеяться на подсказки советских специалистов, как это было в течение последних десяти лет, уже не приходилось. Задолго до 15 февраля 1989 года подавляющее большинство наших советников и специалистов должны были покинуть Афганистан. Оставлять их без прикрытия 40-й армии было бы безрассудством.

Руководство Афганистана активно готовилось к изменению военно-политической ситуации в своей стране после вывода советских войск. Не все было просто в этом отношении.

Укомплектованность и техническая оснащенность вооруженных сил Афганистана в конце восьмидесятых годов были довольно высокими. В Кабуле понимали, что, как только советские войска покинут страну, оппозиция кинется в открытый и беспощадный бой с правительственными войсками. Однако вместо принятия мер по повышению морального состояния личного состава, усилению разведывательной и контрразведывательной работы афганское правительство начало, как оно выражалось, «техническое переоснащение вооруженных сил». Другими словами, делалось все возможное для того, чтобы в оставшееся время заполучить от Советского Союза как можно больше. Афганцы настойчиво добивались передачи им, например, новых видов вооружения, которыми в то время располагала только 40-я армия.

В конце 1988 года министерство обороны Афганистана искусственно, то есть только на бумаге, в несколько раз увеличило штатную численность армии. Делая основной упор на низкий уровень оснащенности личного состава своих частей, руководство вооруженных сил постоянно обращалось к нам с просьбами произвести дополнительные поставки техники и оружия, обосновывая такую необходимость значительным увеличением численности своих подразделений. Возникла парадоксальная ситуация: количество поставляемого в Афганистан вооружения росло с каждым днем, а оснащение им армии постоянно снижалось. Наряду с этим значительное количество имевшихся в то время резервов министерства обороны Афганистана не использовалось. Причиной, по словам афганцев, являлось отсутствие квалифицированных младших специалистов.

Огромное количество получаемого вооружения, техники и боеприпасов складировалось. Несмотря на откровенный обман, мы все-таки понимали, что в тот период нам трудно было отказать правительству Афганистана и не дать афганцам всего того, что они требовательно просили.

Силами 40-й армии интенсивно создавались трехмесячные запасы материальных средств в основных районах страны — Джелалабаде, Кандагаре, Гардезе, Кабуле, Кундузе, Герате, Файзабаде и Шинданде.

Несколько раз в конце 1988 года в Кабул прилетали члены правительства СССР. Шеварднадзе, Язов и другие пытались на месте разобраться в ситуации и решить возникшие проблемы.

Примерно в ноябре начали действовать воздушные мосты в Кабул и Кандагар. В основном они использовались для перевозки муки. Вместе с тем, естественно, перебрасывалось оружие, боеприпасы и снаряжение. В светлое время суток в Кабуле ежедневно приземлялось пятнадцать-двадцать самолетов Ил-76. Это внушительное количество. Кроме того, сотни тонн различных грузов перевозились автомобильным транспортом.

Сегодня, по прошествии нескольких лет, можно сделать вывод о том, что крупномасштабная военная и экономическая помощь, которую Советский Союз чрезвычайно активно оказывал Афганистану в последние месяцы, не принесла ожидаемых результатов. Мы лишь смогли продлить, причем на очень короткий срок, существование кабульского режима.

Это связано прежде всего с недостаточно эффективной деятельностью военно-политического руководства Афганистана. Иждивенческие настроения среди афганцев упрочились настолько, что они уже не могли действовать самостоятельно, без помощи советских.

Значительная часть наших поставок открыто расхищалась, особенно в последнее время. Показателен такой пример.

Одной из первых территорию Афганистана должна была покинуть 66-я отдельная мотострелковая бригада, которая находилась в Джелалабаде. Организацией вывода этой части занималась группа офицеров и генералов штаба 40-й армии, в том числе и я.

В Джелалабадском гарнизоне мы сконцентрировали неприкосновенные запасы боеприпасов, горючего и продовольствия на три месяца. Военный городок, в котором жила бригада, — казармы, столовая, баня, госпиталь — остался в таком образцовом состоянии, что складывалось впечатление, будто солдаты лишь на минуту покинули его. Кровати были аккуратно заправлены постельными принадлежностями. На установленных местах лежали даже прикроватные коврики, а под тумбочками — тапочки. Казармы были оборудованы всем необходимым. Без перебоя работал водопровод.

В отличном состоянии представителям афганской армии были переданы техника и вооружение. За несколько дней до начала вывода подразделений из Джелалабадского гарнизона совместно с офицерами министерства обороны Афганистана боевые машины проверялись стрельбой и пробегом. Только после этого объединенной комиссией были подписаны акты о приеме и передаче имущества.

Утром 14 мая советские подразделения полностью освободили военный городок в Джелалабаде. Больше того, перед этим бригада сутки жила в полевых условиях. Афганцы подписали соответствующие документы и выставили в гарнизоне свою охрану. Но уже во второй половине дня военный городок практически полностью был разграблен. Все более или менее ценное имущество — телевизоры, радиоаппаратура, кондиционеры, мебель и даже солдатские кровати — было продано через дуканы города. В большинстве помещений не осталось ни дверей, ни оконных рам. Последние, кстати, пользовались в Афганистане особым спросом.

Через несколько дней командир 1-го Джелалабадского корпуса доложил президенту Наджибулле о том, что в городе отсутствуют трехмесячные запасы, хотя сам лично подписал акт об их приеме.

В такой ситуации командование 40-й армии приняло решение осуществлять передачу имущества не только в присутствии руководителей города, уезда или провинции — в зависимости от места расположения военных городков, — но и снимать это на видеопленку.

В общей сложности советское военное командование передало афганской стороне 184 военных городка на сумму 699 млн. рублей, а также коммунального оборудования и различной техники на 98,3 млн. рублей.

Готовясь к выводу 40-й армии, мы провели инвентаризацию и передали афганским вооруженным силам шестьсот тринадцать минных полей с подробными описаниями и картами. В последние месяцы пребывания Ограниченного контингента советских войск в Афганистане мы помогали кабульскому правительству не только тем, что бесплатно передавали значительное количество оружия и боеприпасов. Для вооруженных сил и народного хозяйства страны было подготовлено несколько сот специалистов. Многие из них проходили курс обучения в 40-й армии. Например, если советские подразделения передавали местным властям военный городок в Кандагаре, то предварительно из числа афганцев готовились специалисты, способные содержать объекты в приемлемом состоянии. Перед выводом 40-й армии для этих целей мы подготовили триста пятьдесят специалистов из состава афганской армии, сто десять из Царандоя и сто шестьдесят три — по линии органов государственной безопасности.