Ограниченный контингент - Громов Борис Всеволодович - Страница 58

Основные трудности со снабжением возникали при подготовке к крупным войсковым операциям и во время их проведения. В значительном количестве мы перебрасывали в район предстоящих боевых действий боеприпасы, топливо, медикаменты и продовольствие. Объем перевозок в эти недели возрастал настолько, что мы были вынуждены отправлять на территорию Союза транспорт не только армейского, но и дивизионного подчинения.

Топливом и горюче-смазочными материалами 40-я армия снабжалась через трубопроводы: от Термеза до авиационной базы в Баграме и от Кушки до Шинданда. Для нас это было значительным подспорьем, потому что перевозить топливо автомобильным транспортом в условиях Афганистана не только трудно, но и чрезвычайно опасно. Охрана трубопровода требовала значительных усилий: некоторые его участки постоянно минировались или подвергались обстрелу. Точное время перекачки топлива держалось в строжайшем секрете. Если же душманам все-таки удавалось это узнать, то они стремились сделать все для того, чтобы не только вывести из строя трубопровод, но и нанести советским войскам значительный ущерб. Иногда в результате массированных обстрелов и диверсий мы теряли более 500 тонн топлива в сутки. В некоторых случаях наши потери оказывались значительно меньшими — 20–25 тонн. Это считалось нормальным.

Обезопасить переброску топлива было очень сложно. Мы не имели возможности через каждый метр вдоль всего трубопровода поставить своего солдата. Можно было, конечно, заминировать прилегающую к ветке местность. Но и это был не выход из положения. К трубопроводу постоянно подходили жители близлежащих кишлаков, в том числе и дети. Мы не могли ставить под угрозу их жизнь.

Трубопровод охраняли специальные патрульные подразделения. На особо опасных участках мы выставляли сторожевые заставы. Привлекали для наблюдения за обстановкой вокруг трубопровода и местное население. С жителями кишлаков представители советского военного командования подписывали соответствующие договоры. Афганцы брали на себя обязательство немедленно ставить в известность командиров наших подразделений о готовящихся диверсиях. Мы со своей стороны бесплатно выдавали им топливо, а если была возможность, то продукты и медикаменты.

Бурхануддин Раббани

Прежде чем перейти к рассказу о последних операциях, в которых принимала участие 40-я армия, я бы хотел остановиться на характерных особенностях завершающего этапа пребывания советских войск в Афганистане.

В то время, когда я вступил в командование армией, еще никто не знал о точных сроках вывода советских войск. Лидеры афганской оппозиции — «альянса семи» — продолжали добиваться поставленной перед собой цели. Они стремились свергнуть существовавший в стране режим и создать в Афганистане теократическое государство. Вооруженной борьбе с революционным правительством ими придавалось основное значение.

Тактика действий оппозиции включала в себя способы борьбы с регулярными войсками, методы проведения диверсионно-террористических акций и комплекс агитационно-пропагандистских мероприятий.

Если в начале 1980 года моджахеды пытались противостоять советским войскам достаточно крупными силами, то уже через несколько месяцев, поняв, что это ведет к большим потерям, оппозиция перешла к действиям небольшими группами. Фактически это означало начало ведения партизанской войны. В центральных, северных и западных провинциях Афганистана такое положение сохранялось практически без изменения до вывода наших войск.

В приграничных с Пакистаном и Ираном районах, прежде всего в провинциях Кунар, Нангархар, Пактия, Пактика, особенно в округе Хост и в окрестностях Кандагара, ситуация была совершенно другой. На протяжении всех девяти лет советского военного присутствия здесь было характерно сосредоточение и использование оппозицией достаточно больших группировок душманов, которые насчитывали от трех до шести тысяч человек. В этих районах полевые командиры не опасались ни окружения, ни полного разгрома своих банд. В случае появления подобной угрозы душманы очень быстро уходили на территорию Пакистана.

Командиры мелких формирований душманов по партийной принадлежности подчинялись общему руководителю того района, на территории которого они находились и действовали. О более или менее заметных лидерах оппозиции командование 40-й армии знало если не все, то многое. Некоторые из них сейчас, после падения революционного правительства, по-прежнему являются достаточно заметными фигурами в Афганистане.

За годы моего пребывания в Афганистане я убедился в том, что лидеры исламских партий, которые постоянно вели борьбу против советских войск, являются достойными противниками. Думаю, читателям будет интересно поближе познакомиться, например, с лидером партии «Исламское общество Афганистана».

Бурхануддин Раббани, сын Мухаммеда Юсуфа, родился в 1941 году в городе Файзабад, провинция Бадахшан, в семье муллы. По национальности таджик. Начальное образование получил в своем родном городе. В двадцать лет он окончил религиозный лицей, а в двадцать три года — теологический факультет Кабульского университета. Показательно, что во всех учебных заведениях он добивался высших оценок.

Два года Раббани преподавал на теологическом факультете столичного университета, после чего был направлен в Каир для получения высшего теологического образования в университете Аль-Азхар.

В двадцать восемь лет защитил докторскую диссертацию на тему «Жизнь и научно-философское мировоззрение Нуриддина Абдуррахмана Джами» (средневековый восточный писатель, ученый и философ). После возвращения в Афганистан преподавал философию на теологическом факультете Кабульского университета.

В этот период начинается его активная политическая деятельность в рамках афганской организации «Братья-мусульмане», членом которой он являлся с 1958 года.

Руководство организации поручило Раббани возглавить молодежную группу при Кабульском университете. На этом посту Раббани проявил себя как энергичный, последовательный и настойчивый руководитель. Ему удалось создать деятельную организацию студентов и преподавателей, в число которых входили Абдул Расул Саяф, Г. Хекматияр, Ахмад Шах и другие.

В 1973 году Раббани был избран руководителем афганской организации «Братья-мусульмане» и занимал этот пост до 1976 года. После начала репрессий против организации ему удалось укрыться в горных районах провинции Бадахшан, откуда Раббани продолжал руководить своими подчиненными.

Вскоре после этого Раббани выехал в Пакистан и объявил о создании партии «Исламское общество Афганистана» (ИОА), целью которой провозглашалась вооруженная борьба с «режимом Дауда и русским империализмом в Афганистане».

В 1978 году, сразу же после Апрельской революции, Раббани активно включился в развертывание вооруженной борьбы с правительством ДРА и призвал к объединению всех исламских организаций в единый фронт. Через два месяца после ввода советских войск в Афганистан ИОА вошло в числе других партий в созданный «Исламский союз за освобождение Афганистана», а после его роспуска в 1981 году — в «Исламский союз моджахеддинов Афганистана» (ИСМА), или «альянс семи». В ИСМА Б. Раббани занял пост руководителя военного комитета.

Помогала Раббани и его широкая известность среди ученых-богословов арабских стран. Он имеет ученую степень бакалавра философии и мусульманского права. С 1971 года Раббани являлся главным редактором журнала «Шариат». Книги Раббани «Ислам и коммунизм», «События 26 июля (1972 г.) и деятельность Дауд Хана», «Политические основы ислама» изданы на арабском и английских языках.

Раббани — убежденный антимонархист. Программа ИОА выгодно отличалась от подобных документов других партий своим довольно четким изложением положений о будущем государственном устройстве Афганистана, а именно о создании исламской республики панисламистского толка с беспрекословным соблюдением законов шариата.

Бурхануддин Раббани умеет объективно оценивать обстановку. Например, несмотря на лозунг, под которым ИОА вело вооруженную борьбу («Отпор русскому империализму»), он неоднократно высказывал мысль о том, что, по его мнению, Советский Союз был заинтересован в быстрейшем решении афганской проблемы. Кроме этого, он заявлял, что «ИОА не имеет ничего против СССР, но мы ведем борьбу против русских войск, оккупировавших Афганистан».