История артиллерии. Вооружение. Тактика. Крупнейшие сражения. Начало XIV века – начало XX - Хогг Оливер - Страница 18

(Астрагал: в архитектуре – ободок вокруг колонны с буртиками с обоих концов. Делался на пушках и мортирах.)

Подставка под мортиру делалась из цельного куска дерева. На ней имелись два чашеобразных ложа, два болта с ушком, два стягивающих болта, один заклепочный болт с кольцом, две ручки, пять квадратных склепочных пластин и две цепи и скобы.

Размеры подставки:

Из мортиры кохорн всегда стреляли с подставки под фиксированным углом 45 градусов. Она никогда не устанавливалась на лафет на колесах.

Часто служила декоративным украшением домов.

Французские пушки

Первые документы, найденные до настоящего времени, имеющие отношение к пушкам, относятся к 1338 году. Эти документы находятся в Cabinet des Titres («Кабинет титулов») Имперской библиотеки в Париже. Они имеют отношение к снаряжению в том году похода на Саутгемптон. В них говорится, что Вильгельм де Мулен из Болоньи получил от Тома Фуке, королевского управляющего в Руане, pot-defer для стрельбы огненными дротиками, 48 дротиков с оперением, 1 фунт селитры и 0,5 фунта серы для изготовления достаточного количества пороха на 10 выстрелов дротиками. В них также говорится об оплате этих поставок и имеется подпись: «Выдано в Леуре за моей печатью, 11 июля 1338»{75}.

Это однозначно указывает на то, что в Руане в этом году были склады вооружения. Упоминаемые здесь дротики с оперением, должно быть, были маленькие, судя по небольшому количеству закупленных ингредиентов для пороха, а pot-de-fer был орудием, называемым vaso или schioppo на итальянском или gonne на английском языке[40].

В том же году был выпущен документ, сейчас, к сожалению, утерянный, но о котором знал Дюканж, бывший в свое время членом палаты счетов (Chambre du Comptes) в Париже, который приводит выдержку из отчета Бартоломея дю Драша, военного казначея, об оплате Анри де Фомешоном поставок пороха и других товаров, необходимых для пушек. Имеются еще две квитанции, датированные годом позже, выданные той же палатой счетов. Оба этих документа монсеньор Леон Лакабан включил в свой замечательный труд, посвященный пороху{76}. Первый – за оплату орудий для защиты Камбре. В свободном переводе он звучит как: «К Вашему сведению, мы, Гуго, сир Кардильяк и Гуго сир Боле, рыцари, получили от монсеньора ле Галуа де ла Бальма, мастера-изготовителя военных машин, нами лично с помощью наших слуг, десять пушек, пять чугунных, изготовленных по приказу вышеуказанным мастером для защиты города Камбре, стоимостью 25 ливров, 2 су и 7 денье турских (deniers tournois). Указанные орудия были доставлены в Камбре 8 октября 1339 года».

Таким образом, цена этих орудий составила 20 фунтов стерлингов, или порядка 2 фунтов за каждое, учитывая, что бронзовые были дороже.

Вторая квитанция выписана на получение селитры и серы, необходимых для обеспечения десяти орудий. Она звучит следующим образом: «К Вашему сведению, я, Эстин Марел, эсквайр, получил от Франсуа де ла Леспитуаля, клерка отделения военных машин Короля, нашего Господина, из рук Рауля, лейтенанта указанного Франсуа, селитры и серы на сумму 11 ливров, 4 су и 7 денье турских, здесь в Камбре, сумма, которую я оплатил. Выдано в Камбре под мою печать, 6 декабря 1339 года. Порох передан мастерам военных машин».

Сравнивая эти два документа с другими, в которых также приводятся цены на селитру и серу в 1342 году и цены на чугунные и бронзовые орудия в 1375 году, считая, что деньги сохранились на одном уровне в период с 1339 по 1375 год, можно сделать вывод о весе пушек, закупленных для защиты Камбре. Расчеты показывают, что на сумму 25 ливров можно было купить пять чугунных литых пушек весом 25 фунтов и пять бронзовых 22-фунтовых пушек. Это поистине лилипутские пушки. И еще, на 11 ливров можно было закупить селитры и серы на изготовление порядка 25–30 фунтов пороха, то есть порядка 2,5–3,5 фунта на пушку, приблизительно заряд для выстрела дротиков из pot-de-fer, упомянутого выше. Можно сделать вывод, что для обороны Камбре использовались «толстопузые» пушки.

В архивах Лилля хранится документ, в котором говорится о том, что Иехан Пьет де Фер получил 6 ливров 16 су за четыре tuiau de tonnoire и сто дротиков. «Трубка грома» – несомненно, образное описание маленьких пушек того времени.

В анналах этого города в 1341 году можно найти следующее: «Мастеру-литейщику за изготовление пушки выплачено 11 ливров, 12 су и 8 денье». В этом случае сумма выплаты равнялась оплате четырех орудий, задействованных в Камбре в 1338 году. Это означает, что пушка, изготовленная в Лилле в 1341 году, весила порядка 100 фунтов – все еще маленькая по современным стандартам.

На странице 77 третьего тома Etude sur le passé et l’avenir de l’artillerie Наполеона III приводится отчет судебного пристава из Сент-Омера от 1342 года, в котором говорится, что два брата, Пьер и Иехан Хедины, изготовлявшие пушки, были наняты на более чем два месяца с оплатой 4 су в день для изготовления пушек и 400 стрел с оперением, выполненным из бронзы, частично отлитой из старых разрезанных и расплавленных сосудов. Оперение прибивалось к древку и обматывалось на концах кожей, чтобы не повредить ствол и подогнать размер под ствол. Стоимость таких дротиков составляла 5 су за сотню. Пушка, хоть и небольшая, собиралась из двух частей: стволовая часть, куда вставлялись снаряды, и камора, куда закладывался заряд. Камора удерживалась на месте клином, называемым latchet. Порох поджигался раскаленным докрасна железным прутом. Порох изготовлялся из 2 фунтов 10 унций селитры, ценой 30 су за фунт, и 2,5 фунтов серы, стоившей всего 7 су за фунт. Принимая во внимание добавки древесного угля, необходимого для горения, объем пороха, приблизительно 7–7,5 фунта, приобретенный для отстрела 400 стрел, можно оценить, сколько пороха затрачивалось на один выстрел – 5 драхм.

Записи в Каоре (Кагоре), сделанные в 1345 году, говорят об отливке 24 пушек и закупке 36 фунтов селитры и 25 фунтов серы. Если считать, что изготовленный в результате порох предназначался для использования этих пушек, то они должны были быть очень маленькими. Не совсем понятно, из чего они были изготовлены: из бронзы или чугуна.

В своих отчетах Томас Даутреше, администратор города Лион в 1356–1358 годах, предоставил интересную информацию, по которой можно более точно оценить размеры пушек, изготовляемых в Лионе в это время, и подробно описал типы используемой амуниции. Подробное изложение этих данных приводится в томе III, с. 88–90 в известной работе по артиллерии Наполеона III. Вот несколько выдержек оттуда:

«Иехан де Розиз изготовил 42 пушки и 1350 железных наконечников для garros, за что получил 115 экю (77– 1–8 фунт – шиллинг – пенни) 12 мая.

Большая пушка, куплена у Колара де Шанделлера за 3 экю (2–0—0 фунт – шиллинг – пенни), 600 дротиков с оперением по 32 су за сотню.

Серы и селитры для 43 пушек приобретено у продавца специй на 2 экю (1–6—8 фунт – шиллинг – пенни).

Селитра по 1/4 экю за фунт (3 шиллинга 4 пенса)

29 фунтов серы стоили 5,5 экю (3—13—4 фунт – шиллинг – пенни).

Зарплата мастера составляла 1/3 экю в день (4 шиллинга 6 пенсов)».

Как видно, зарплата оружейников была очень высокая, и цены на серу запредельные.

Бракенбери в своей работе Ancient Cannon in Europe{77} («Старинные пушки в Европе») дает описание процесса изготовления больших пушек в Канне:

«20 марта 1375 года в Кане получен заказ от Иехана ле Мерсье, одного из королевских советников, на изготовление большой чугунной пушки, и Бернар де Монферрат, мастер-оружейник, был назначен руководителем работ. В следующие два дня на рыночной площади были возведены три горна и огорожены деревянной изгородью, чтобы не беспокоили кузнецов. С 22 марта три кузнеца-мастера и один кузнец, не имевший такого звания, но получающий столько же, начали получать зарплату. В их распоряжении было 8 рабочих и один заправлявший горны горючим – толченым древесным углем, пропущенным через сито, и раздувающий огонь. Еще три кузнеца, с той же оплатой, работали только 26 и 27 марта, после чего они работали некоторое время у других с середины до конца апреля. Они работали вплоть до 3 мая включительно, кроме воскресений и понедельника 3 апреля, который, должно быть, был каким-то праздником. 3 апреля прибыл некто Иехан Николя, мастер-кузнец из Сапа, откуда его доставили за общественные деньги, поскольку он слыл лучшим металлистом в Нормандии. Во всем процессе изготовления пушки было занято в среднем 15 человек в течение шести недель, при этом иногда, вероятно, им приходилось работать и ночью.