Очарованное время - Сондерс Эми - Страница 62

Глава 20

Казалось, Сюзанна и Айви, замерев на месте, смотрели друг на друга целую вечность. Вцепившаяся в юбки Айви девочка тряслась от страха.

- Спрячь ее! – закричала Сюзанна. – Спрячь ее, быстро! Я приведу бабушку. И не выходи, пока я или Джулиан не придем за тобой.

Дважды повторять не потребовалось. Схватив Дейзи на руки, Айви бросилась вниз по винтовой лестнице. Юбки путались у нее под ногами, и она старалась задрать их повыше. Малышка изо всех сил вцепилась ей в плечи, ножки Дейзи стучали по ногам Айви, так быстро она бежала.

- Быстрее! – поторопила их Сюзанна. Айви не могла ответить. Она неслась по мокрому двору, не замечая веса ребенка, и видела перед собой лишь дверь часовни.

Отворяя тяжелую дверь, Айви обернулась и увидела Сюзанну, бросившуюся к дверям замка. Девушка двигалась так стремительно, что в своем красном платье походила на птицу.

- Быстрее, Сюзанна, – прошептала Айви. При одной мысли о леди Маргарет слезы навернулись ей на глаза. Девушка была в панике.

Затворив за собой дверь, она побежала по молчаливой часовне, спотыкаясь об обломки дерева, разбитое стекло, о головешки… Дейзи уткнулась лицом в ее шею; дыхание ребенка было прерывистым.

- Все хорошо, – прошептала Айви, хотя на самом деле ничего хорошего не было.

Добежав до ниши в стене, Айви хотела поставить девочку на пол, но маленькие ручки не отпускали ее, вцепившись в ее шею с удивительной силой.

- Только на одну минуту, дорогая, – умоляла Айви, пытаясь разжать пальчики Дейзи. – Пожалуйста…

Она обернулась на дверь в надежде увидеть входящую Маргарет. «Быстрее», – вертелось у нее в голове, но девушка уже не понимала, к кому относились ее мысли– к Сюзанне, Маргарет или к ней самой.

Наконец ей удалось отцепить пальчики Дейзи, и девочка сползла на пол, не выпуская, однако, юбок Айви.

Айви уперлась рукой в камень, который сдвигал стену в сторону, стена не двигалась.

- Пожалуйста, – застонала она, и ее голос эхом прокатился по пустынной часовне. – Пожалуйста!

Девушка толкала камень изо всех сил. Наконец стена поползла вбок. Скрежет камней казался Айви таким громким! Она боялась, что его могут услышать незваные гости Виткомба.

- Давай, Дейзи, – прошептала она. – Заходим.

Говорить это было бессмысленно, потому что малышка повисла на платье Айви и не собиралась ее отпускать.

Небольшая комнатка была под потолок забита старинными гобеленами, серебром, столами – всем, что снесли сюда Сюзанна и Айви. Схватив темно-зеленое турнирное знамя, Айви бросила его на пол. Уж лучше сидеть на нем, чем на голых камнях.

Девушка мешкала, не закрывая потайной двери. Она все еще надеялась, что в часовню вот-вот войдут Маргарет и Сюзанна, и они все вместе укроются за толстыми стенами. Дотронувшись рукой до лица, Айви обнаружила, что ее щеки совсем мокрые: она плакала.

- Ох, Маргарет! – шептала она. – Быстрее!

Айви глаз не сводила с двери часовни, но та никак не открывалась. Ее сердце бешено колотилось в груди. Казалось, оно говорит: «Слишком поздно, слишком поздно, слишком поздно…»

Вдруг по двору пронесся гул взрыва, Айви услыхала, как деревянные обломки ворот разлетелись по двору. Стены часовни содрогнулись. Раздались торжествующие крики пуритан.

Айви зажала рот рукой, ее лицо скривилось.

Слишком поздно.

Девушка стала закрывать потайную дверь. Она едва дышала, каждый вдох давался ей с большим трудом. Дейзи свинцовым поясом висела у нее на платье.

Вот стены сомкнулись, дневной свет погас.

Дрожа, Айви сползла на пол, крепко прижимая Дейзи к сердцу. Слезы Айви крупными горошинами падали на шелковые волосы девочки.

- Джулиан скоро приедет, – прошептала она, – и все будет хорошо. «Будет ли?» – думала Айви. Завернув трясущуюся от страха девочку в широкий плащ, Айви прижалась спиной к холодной стене.

Темнота давила, не было видно ни зги. Закрыв глаза, Айви подумала о том, что в одиночестве тут можно было бы сойти с ума. Хорошо хоть она была здесь не одна, а с Дейзи. Когда есть о ком заботиться, невзгоды пережить легче. Она сможет думать о малышке, а не только о холоде и тьме.

Девушка боялась даже представить себе, что произошло за толстыми стенами часовни. Кого арестовали – Сюзанну, Маргарет или обеих?

Интересно, сколько времени они смогут пробыть здесь без воды, света и без питья? Как долго надо ждать Джулиана?

«Я не ждала, что он вернется раньше, чем через три дня», – сказала ей Сюзанна, когда они впервые услышали стук копыт.

Три дня. Что здесь будет к тому времени, когда Рамсден вернется? Стерев слезы с лица, Айви попыталась вспомнить все, что рассказывал ей Джулиан о судах над ведьмами.

«Только в графстве Эссекс за этот год повесили и сожгли тридцать женщин. Во всей Англии – вдвое больше. В Шотландии, говорят, – по сотне в год. Сколько ведьм казнят в Германии – не сосчитать, и там нет закона, запрещающего пытки».

Айви содрогнулась.

«Не думай об этом, – приказала она себе. – Надо думать о чем-то нужном. Сколько мы выдержим без еды? Можно ли будет выбраться ненадолго и раздобыть провизии? Ночью, например. Но как узнать, ночь сейчас или день?

Девушка погладила Дейзи по головке и почувствовала, что ее маленькое личико залито ледяными слезами.

- Не беспокойся, Дейзи, – успокаивала она ее. – Все будет хорошо.

В мрачной темноте ее шепот казался зловещим.

Что, если никто не придет?

Долгое время Айви боялась шевелиться, боялась говорить, чтобы ничем не выдать своего присутствия. В мертвой тишине даже собственное дыхание казалось Айви шумным, и лишь быстрые и короткие вдохи Дейзи не пугали ее.

Айви не представляла, сколько прошло времени, но вот она услыхала, что Дейзи задышало ровно и спокойно – девочка заснула. Почувствовав, что ее нога затекла, Айви осторожно переложила ребенка.

В темноте время идет медленно. Конечно, лучше бы уснуть, но Айви знала, что сон ни за что не придет к ней. Она пыталась считать овец, прыгающих через забор, считала от тысячи до одного, решала в уме сложные задачи – словом, старалась делать все что угодно, лишь бы не думать о пугающей реальности.

И еще она молилась, чтобы Джулиан поскорее возвращался.

Айви то засыпала, то просыпалась. Ей снились обрывочные сны о Маргарет, Сюзанне и Джулиане. Проснувшись, девушка не бывала уверена, что не спит, в таком она была состоянии. Лишь Дейзи – теплая и тяжелая, прижимавшаяся к ней, возвращала Айви к реальности. Впрочем, реальной также была боль в пояснице и холодный воздух, проникающий в тайник сквозь неприметные щели. Может, уже настала ночь?

Айви вытянулась на полу, прижав к себе Дейзи и накрыв ее своим плащом. Подумав, девушка натянула плащ им на головы – так воздух казался теплее.

Ей ужасно хотелось пить, хотелось в туалет. Вот Дейзи проснулась и сразу же стала искать маленькими заледеневшими ручками лицо Айви.

- Все будет хорошо, – вновь и вновь повторяла Айви.

Она пыталась вспомнить какие-то сказки, а припоминая их, рассказывала девочке: «Кот в сапогах», «Золушка», «Карлик-Нос», «Красная шапочка»… Когда Айви заговорила о бабушке Красной Шапочки, Дейзи заплакала, и девушка поняла, что малышка подумала о леди Маргарет.

Через некоторое время Дейзи снова заснула. Айви лежала молча, внимательно ко всему прислушиваясь, ожидая услышать хоть какой-то шорох. Ей казалось, что тишина вот-вот сведет ее с ума.

И когда наконец раздался какой-то звук, Айви решила, что он ей пригрезился.

Она прислушалась.

Был ли это легкий скрип? Шаги? Голос?

Она молилась, молилась, чтобы это была Сюзанна или Джулиан.

Стена заскрипела и начала двигаться.

Ужас обуял ее. Она вжалась в пол, стараясь не шевелиться, словно задумала стать плитой каменного пола. Девушка, как ребенок, крепко зажмурила глаза: «Я тебя не вижу, – значит, и ты меня не видишь». «Запах страха». Айви много раз слыхала это выражение, но не знала, что оно означает. И вот теперь она поняла. Ее ужас был так велик, что стал отдельным от ее сущности существом, и она чувствовала его ужасный запах.