Урод - Соловьев Константин - Страница 96

Но было поздно. Крэйн сознавал это.

Нерф уже лежал возле первого нальта. Равнодушный, какой-то сжавшийся и разлохмаченный, он уже не был похож на того простоватого ворчуна Нерфа, который вечно поучал Теонтая и возился со своими хеггами. Он стал просто вещью, безжизненным куском плоти, завернутым в лохмотья.

Идти стало трудно — под ногами ворочалось что-то большое и мягкое, иногда подошвы сапог касались чьих-то тонко хрустящих пальцев.

— Последнее представление, — глухо сказал Теонтай, шатаясь, но не выпуская из рук оружия. Горечи в его голосе не было. На него бросились сразу двое, но, прежде чем он успел перехватить кейры, чей-то пущенный из толпы стис клюнул его точно под кадык и закачался на груди.

Крэйн раскроил обоим головы, откинул иссеченную почти надвое дубинку, подхватил кейр Теонтая. Он не считал, сколько раз его задели, но в висках уже противно гудело — наверняка кто-то изловчился и задел все-таки крупную жилу. Стекающая со лба кровь окрашивала мир в алый цвет, от ее запаха Крэйна едва не рвало. Но упоение схватки бросало его вперед, на ощетинившуюся жалами стену, и сила в нем бурлила, находя выход.

Ингиз опоздал всего на несколько мгновений. Метнув последний артак, он потянулся за стисами, но из бурлящей и клокочущей у края нальта толпы высунулась рука и коротко взмахнула коротким кейром, переломив ему ногу у самой щиколотки. Тильт бросился на помощь, расчищая дорогу последним оставшимся эскертом, но Ингиз, качнувшись, завалился спиной вниз и почти мгновенно исчез в кипящем водовороте человеческих тел. На поверхности он больше не возник.

Тильт обернулся, тяжело дыша, ища уцелевших. Лицо его, наполовину залитое кровью, было неузнаваемо.

— К роще!.. — крикнул он, не прекращая отбиваться от наседавшей на него черни. — Все к роще!

Он знал, что не уйдет, и, вероятно, понимал это не меньше Крэйна. Движения его, легкие и смертельные, утратили скорость, он бил тяжело, с размахом. Пот, смешавшись с кровью, густой капелью пропитал его вельт.

Но взгляд был прежний — уверенный, крепкий как молодой эскерт, властный.

Он знал, что умрет, но хотел увести остатки своего калькада. В рощу, где черни придется разделяться, пробиваясь между толстыми стволами, где несколько опытных бойцов смогут дать отпор. А потом, дождавшись Урта, можно будет и уйти...

— Ушедшие тебе в глотку!.. — прорычал Крэйн. Он обломал кейр о чью-то ключицу, но времени было мало — отшвырнув бесполезную рукоять, он перехватил вторую дубинку двумя руками и, сметая со своей дороги всех, кто не успел отойти, двинулся к Тильту. Как бы ни был он опьянен схваткой, он понимал, что может вот-вот потерять последнего человека из тех, кто что-то знает о бывшем шэле Алдион. И тогда, вероятно, ему останется лишь скитаться по бесплодным землям. Тильт был единственным, кто был так или иначе связан с ним самим. И это значило, что терять его он не имеет права.

Силы в руках будто стало больше — даже посеченная хитином, размозженная на конце дубинка падала с такой скоростью, что сокрушала, не замечая разницы, и клинки, и прячущиеся за ними головы. Садуф прикрывал ему спину, великан с легкостью поднимал и опускал свое чудовищное оружие, и казалось, что он может заниматься этим еще два Эно к ряду. Где-то сзади кричали люди и сквозь лязг хитина доносились голоса Лайвен и Нотару. Но сейчас Крэйн забыл даже про нее.

Толпа отхлынула от него, потрясенная его ненавистью и его горящим нечеловеческим лицом.

— Бейр! — закричал кто-то. — Ушедшие с нами!..

Крэйн не глядя махнул дубинкой, и крикнувший, не успев даже захрипеть, сам отправился к Ушедшим. Или не он — времени пялиться по сторонам не было. На то, чтоб достигнуть первого нальта, у него ушло не много времени.

Чернь сторонилась его, но ее было слишком много, передние ряды, даже не пытаясь поднять оружие, кричали и пытались спрятаться среди убитых. На них Крэйн времени не терял. Кто-то бросил ему в лицо артак. Неумело — лезвие лишь чиркануло по самому краю уха. Садуф, коротко выдохнув, расправился с незадачливым метальщиком, а заодно и с двумя-тремя его соседями.

— Тильт! Бросайте, Бейр вас дери... С нами!

Хеннар Тильт усмехнулся, хотя улыбка у него получилась жуткой. Даже сейчас он не потерял своей силы, смотрел на потерявшего человеческий облик перепачканного кровью Крэйна сверху вниз.

— Они убили Тэйв, — сообщил он спокойно. — Прорубайтесь назад, пока не поздно. К роще.

Крэйн не стал его слушать — обхватив его рукой под плечо, потянул за собой, не забывая отбиваться от наседающей черни. Тильт оказался очень тяжел, несмотря на небольшой рост и узкие кости, Крэйн зарычал от натуги, но все же оторвал его от земли и потащил. Хозяин калькада вяло попытался сопротивляться, но сил у него уже не было — даже удивительно, как продержался так долго, — Крэйн выбил из его руки короткий обломок эскерта.

Обернулся, чтоб понять, в какую сторону роща. И понял — не пройти.

Слишком много. И слишком мало сил осталось.

Кто-то, воспользовавшись его замешательством, ткнул ему стисом между лопаток, но лезвие, наткнувшись на плотную двухслойную ткань, лишь глубоко пробороздило кожу, не вошло. Крэйн завертелся на месте. Тильт сковывал его движения и закрывал обзор, его мертвая тяжесть тянула к земле.

«Значит, все», — холодно сказал голос где-то глубоко внутри него. От этого голоса хотелось завыть.

— Пробивайтесь, — неожиданно сказал Садуф, перехватывая свою огромную шипастую палицу двумя руками. — Только чтоб быстро.

Крэйн непонимающе взглянул на него. Силач хмуро кивнул, наклонив гигантскую бритую голову и в следующее мгновение, закричав, рванулся вперед. Прямо на стену стисов. Его первый удар повалил сразу целый ряд.

Чуть правее, у самой стены нальта, открылась слабая промоина, через которую виднелся свет Эно. Крэйн прорубился сквозь нее, чувствуя жалящие уколы в спине и в боках, рванулся изо всех оставшихся сил. Их, оказывается, осталось не так и много — в ушах взвыло и зарокотало, мир вдруг стал каким-то мягким и размытым, закачался перед глазами. Но было поздно — он уже прорвался. Чернь нацелилась было ему в спину, но Садуф, до сих пор живой, вклинился в просвет вслед за Крэйном и Тильтом.