Некроманты (сборник) - Перумов Ник - Страница 108

– Стой!

Собаки уже радостно скалились навстречу гостье…

– Нельзя! – рявкнул Федор. И удивился – оба кобеля послушались, затормозили резко, осев на задние лапы. Он шагнул мимо неподвижной девушки. Похлопал по спине старшего, Ральфа: ротвейлер крупно дрожал, отворачивая от двери тяжелую башку и пряча глаза. Стаффордшир Хан осел в углу, набычившись и широко расставив лапы. Что они натворили? Федор оглянулся. Девица рассеянно смотрела в глубь дома.

– Собак не боишься?

Она ответила через паузу – то ли не услышала, то ли не сразу поняла. Обкуренная, что ли? Качнула головой.

– Только крыс.

– Проходи.

Прошла. Ральф сильней прижался к хозяйской ноге и громко заскулил. Хан сделал лужу, чего с ним давно уже не случалось. Шлепками и пинками Федор выгнал их наружу:

– Гулять!

Потянул носом. Пованивало… И не собаками. На помойке она ночевала, что ли?

– Слышь, иди в ванную.

Ванна была огромная, Федору она очень нравилась. Ни одна женщина, побывавшая здесь, не могла остаться равнодушной. Эта стояла посередине, оглядываясь и моргая на все, точно сова. Вода бодро и весело била в подымавшуюся пену. Федор деловито потрогал воду.

– Раздевайся, я сейчас тебе какой-нибудь халат…

Он не думал, что она воспримет его слова буквально, но когда вернулся, девушка уже сняла с себя все, вплоть до белья. Федор с разгону шагнул вперед, протягивая ей халат. Она замедленно взяла, хозяин буркнул:

– Мойся! – и остановился. – Это что?!

Проследив его взгляд, девица уставилась на огромный синяк, черневший над грудью.

– О, господи, откуда это? Когда это я так ушиблась?

Федор смотрел недоверчиво. «Ушиблась»? Такой удар может запросто сломать грудину. Остановить сердце. Не заметить его просто невозможно.

Она осторожно потрогала пальцами синяк. Вскинула глаза.

– Мне не больно! Совсем.

Федор машинально протянул руку, коснулся – и тут же отдернул.

– Ты ледяная! Ты где так замерзла?

– Н-не знаю…

– Лезь в ванную. Я горячей добавлю. Сиди подольше.

Ногой подгреб сброшенную одежду. Линялая красная широкая майка. Раздолбанные шлепки. Невозможного – парашютного – размера шорты. Девушка, осторожно влезая в ванну, пояснила:

– Я все в мусорных бачках нашла. Вы знаете, оказывается, выкидывают вполне приличные вещи!

Хмыкнув, Федор подобрал с пола «секонд-хенд».

– Ну, вот и я выкину.

Трусы, правда, ей оставил. Женского белья у него в доме не водилось.

Почти час в ванной, а лицо даже не порозовело. Правда, пахла она теперь только водой и шампунем. Оглянулась с прежним отсутствующим видом. Федор показал ей на диван.

– Садись. Есть будешь?

– Есть? – глубоко задумалась, будто он спросил ее нечто эпохальное. Потом очнулась, сказала с каким-то удивлением: – Нет. Я не хочу.

– А я буду.

Федор ел, поглядывая. Пожалуй, даже на том снимке она выглядела лучше. Правда, с тех пор прошло два дня… Два дня они пытались схватить ее за задницу.

– Почему тебя ищут? – спросил дружелюбно. Дело есть дело. Но интерес-то надо удовлетворить!

Она вздернула голову. Если б можно было, побледнела бы еще больше.

– К-кто?

– Конь в пальто!

Девица смотрела большими глазами. Федор знал, что они у нее серые, но сейчас, от расширенных зрачков, казались черными.

– Какой… конь?

– Вот я и спрашиваю… Ладно, ты кто?

Она утянула ноги с пола. В красном свете лампы ее невысохшие волосы отливали матовым теплом. Сказала себе в колени:

– Я уже и не знаю…

– Это как?

– Я думала – я Наталья. Беляева. А теперь не знаю…

Федор слушал. Она не врала, он бы понял. Глаза слабо поблескивали, когда Наталья взглядывала на него или в темное окно, где они отражались вместе с комнатой.

– У вас нет… штор? – спросила неожиданно. Он оглянулся.

– Нет. А что?

– Страшно, – просто сообщила Наталья.

Федор пожал плечами.

Эта девица – его добыча. Его деньги. Он выполнил задание, и ему плевать, почему ее ищут и что с ней будет потом. Один звонок…

Федор поднялся, сделав рукой неопределенный жест, который она приняла за приглашение. С сомнением оглядел комнату для гостей. Окна нет. Кровать, шкаф, тумбочка с аппаратурой. Дверь крепкая. Если запереть, она не сумеет удрать… Наталья, в смысле. Не дверь.

– Будешь спать здесь.

– Вы что, такой добрый?

Он аж дернулся. Пробурчал:

– Даже и не думал…

Закрыл за собой дверь – пока не на замок.

Голос Старика был сонным и недовольным.

– Зачем он вам, Федор? Вы же знаете наши правила. Все вопросы – только через меня. Ну, хорошо, он перезвонит вам на мобильный.

Федор смотрел на собак. Они, против обыкновения, оставались в коридоре. Дремали у самой двери и даже жратву не трогали. Ральф под его взглядом приподнял одну рыжую бровь.

– Он мне нужен лично.

– Вы с ума сошли!..

– Я знаю точное местонахождение девчонки.

Голос Старика из брюзжаще-недовольного стал бодрым и деловым:

– Вот даже как? Вы ее нашли?

– Да.

– И где же она, если не секрет?

Федор начал смеяться:

– На кладбище!

Молчание.

– Федор, – задумчиво произнес Старик. – Это не смешно.

– Вы просто ему передайте.

Старик привез заказчика через час. Пробурчал что-то нелюбезное в адрес Федора и ушел досыпать во вторую гостевую спальню. Заказчик сел в кресло, уставившись на хозяина воспаленными глазами. Сейчас он казался гораздо старше, чем в первую встречу.

– Меня… э?э?э… Сергей Сергеевич обнадежил, что вы лучший из Охотников.

Федор кокетничать не стал.

– Да.

– Что, если уж вы не найдете, другим это будет явно не под силу.

Ха-арроший пиарщик наш Старик!

– Я нашел, – сказал Федор. Заказчик приподнялся, вцепившись в массивные подлокотники. Федор посмотрел и хмуро продолжил: – Только не пойму, за что вы такие бабки отваливаете, если и так знаете, где она? Я что, тело должен выкапывать? Так это другая работа… Наймите «падальщиков».

Заказчик осел обратно, устало потер лоб.

– Я так и знал, что возникнет путаница!

– Похоронена не она?

– Она.

– Тогда кого мы ищем?

– Ее.

Федор посмотрел в потолок. Иногда он жалел, что бросил курить. Проверяет ли Старик заказчиков на предмет вменяемости? Ладно, попробуем с другого боку…

– Почему вы ее ищете?

– Нарушен закон.

– Какой закон?

– Непреложный. Мертвые должны оставаться мертвыми.

– А что, кому-то удается… избежать? – спросил Федор с искренним любопытством.

Заказчик вздохнул.

– Не согласитесь съездить со мной в одно место?

– Какое?

– На первое городское кладбище.

Федор моргнул. Отвернул рукав и посмотрел на наручные часы. Два часа ночи. Самое время для кладбищ.

– Зачем?

– Там вы получите ответы на все свои вопросы.

А здесь, конечно, их получить невозможно. Ехать (и почему только?) не хотелось. Федор со вздохом поднялся.

– Ладно. Идите к машине, я сейчас.

Протащил за шкирку вяло сопротивлявшегося Ральфа до гостевой спальни номер один. Уложил у запертой двери.

– Охраняй!

Главное – Старика туда не впустить – а то вдруг его бессонница замучает, начнет шастать по дому… Старика Федор тоже проверил: в гостевой спальне номер два витал деликатный храпок. Из-за угла выглядывал Хан. Увидев, что Федор на него смотрит, шмыгнул и затерялся в просторах дома. Побоялся, что хозяин его тоже к делу приспособит.

– Ну, пока, – сказал Федор дому.

И отъехал на кладбище.

Луна была круглой и яркой, как прожектор. Полнолуние, самая пора для всяческих психов, оборотней и… прочих прелестей. Заказчик явно знал дорогу, шустро огибая нагромождения разнообразных памятников. Федор старался не отставать. Мучило его раздражение и любопытство. И кое-какие страхи. Потому как получил Федор в свое время хорошую порцию триллеров и стивенов кингов.

– А вы покойников не боитесь? – не выдержал он наконец.