Некроманты (сборник) - Перумов Ник - Страница 104

Запустила ноутбук. Все вокруг было такое странное, такое ненастоящее. Словно из картона и папье-маше.

«Оксана, соберись, – посоветовала я себе. – А то загремишь в «дурку», и поделом!»

Поставила телефон на зарядку. Перекинула с него файл с ТЗ на ноут, быстро проглядела – клевый проект, красивый. Сложный настолько, что придется основательно подумать над ним.

Включила скайп – Кирилл был уже там.

– Видела? – спросил он с ходу.

– Видела, – подтвердила я. – Интересная работа.

– Надо «вчера», – уточнил он.

– Это как всегда, – спокойно ответила я.

Он внимательно посмотрел на меня, наклонил голову вбок и пригляделся еще пристальнее. Было ощущение, что он меня не узнает.

– Ты под наркотой, что ли? – недоверчиво спросил он.

– Нет. – Мелькнула мысль рассказать ему про Испанца… Но тут же развеялась. Нельзя такое рассказывать после такого вопроса. – В общем, мне сделали операцию. И теперь нет моего порока сердца.

– Вот! – заорал неожиданно Кирилл. – Я же чувствую, что с тобой что-то не так! Поздравляю! Как же я рад за тебя!

Он был искренен – я видела, что у него даже слезы на глаза навернулись.

– Спасибо…

– И, это, – Кирилл перешел на шепот, – теперь у тебя нет причины не встречаться с парнями. Все, детство кончилось.

Внутри все похолодело.

Детство, мать его, кончилось.

Я на автопилоте добрела до холодильника, достала оттуда эклер – хороший, годный, – и выкинула его в ведро. Тяжело вздохнула. Пора влезать в платье от Веры Вонг. Мы снова будем принцессой! И надо уже съездить к родителям, поесть драников, объяснить матери, что моя жизнь – только моя.

Ну и намекнуть на то, что за внуками дело не станет.

Как только найду своего принца.

Рамзи не мог выбирать, куда переходить – портал открылся прямо в столицу, Истахан. Хуже был бы только дворец Владыки – но его закрыли придворные маги, а значит, попасть туда беглый распорядитель не смог бы, даже если бы ставил это целью.

Кварт наемников – маг, заклинатель и двое опытных бойцов – встретили его на подходе к родовому дому, в каменном саду. Это было их ошибкой – если бы они, понадеявшись на удачу, кружили по окрестным полям и наткнулись на него там – у них был бы шанс.

Но здесь, в месте, которое семья Карот обживала последние шестьсот лет, им ничего не светило.

Заклинателя затянуло в каменную плиту, с которой договаривался еще прадед. Магу проломило череп изваяние Манайской Гидры – хотя в процессе схватки оно и лишилось части голов и лап.

Дольше всего протянули в каменном саду обычные бойцы, тот, что помладше, даже пытался достать Рамзи, – но беглый распорядитель, хотя и не учился на профессионального воина, как человек благородный, имел всестороннее образование и мог за себя постоять.

Особенно если за него – весь каменный сад, полторы сотни статуй, надгробий, обелисков. Бессчетное количество плит и валунов – всего того, что сочли достойным гордости члены древнего семейства Карот.

И каждая песчинка в этом саду знает его, Рамзи. С каждым камушком его познакомили еще в раннем детстве.

Последний наемник – как раз тот, молодой – погружался постепенно в гранитную плиту сразу и руками и ногами. Прикоснувшись к камню, беглый распорядитель остановил это.

– Ты умрешь, – сказал он просто. – Ты пришел сюда, чтобы схватить меня и доставить к новому вазару, который не пощадил бы меня. Значит, я имею право убить тебя. Но смерть четверых здоровых людей все равно обременит мою карму, поэтому я спрашиваю твое желание – и если оно выполнимо и не связано с риском для моей жизни, я выполню его.

Воин смотрел на Рамзи спокойно. Не удивительно – его учили убивать и умирать, выбивали страх годами тренировок, и теперь он просто обдумывал ситуацию, пытаясь найти если не способ выжить – так хотя бы возможность получить хоть что-то.

– Я хочу умереть в другом мире, – сказал он наконец.

Рамзи расхохотался. Это было забавно. Воин не отрицал необходимости собственной смерти, к тому же просьба его была вполне выполнимой. Но при этом он явно собирался получить шанс выжить.

– Ладно, – сказал он. – Но сейчас ты должен будешь оставить мысль убить меня, а в новом мире – который снимет твои старые клятвы – присягнуть мне на верность.

– Согласен, – кивнул воин.

Бывший распорядитель строительства тронул ладонью каменистую почву, и та расступилась. Здесь, вблизи родового гнезда, все неживое было послушно и понятливо.

Отпущенный камнем, наемник последовал за Рамзи в глубь сырого тоннеля. Стены слегка светились, скрашивая короткую дорогу – через полторы сотни шагов путь преградила стена из песчаника, рассыпавшаяся от прикосновения одного из рода Карот.

Двое вошли в мрачное и сырое подземелье, погруженное в полную тьму, – и тут же шорканье шагов показало, что они здесь не одни.

– Он со мной, – сказал Рамзи, и шорканье прекратилось.

А через мгновенье появился свет. Одна из стен подземелья превратилась в портал – и в нем было видно, как суровые зеленоглазые мужики в одеждах из шкур верхом на громадных медведях прямо на снежном поле играют в странную игру, перекидывая друг другу что-то похожее на козлиную тушу.

– Странный мир, – позволил себе фразу воин.

– Там есть магия и там живут люди, – пожал плечами Рамзи. – Или ты хочешь умереть здесь?

Выхваченные светом из портала, рядом с ними стояли несколько неживых в старинных одеяниях. Они просто стояли – и ждали приказов. Идеальные работники, идеальные охранники, молчаливые и неприхотливые.

– Нет, пожалуй, – вздохнул наемник, взглянув на этих соседей. – Я с тобой.

Они шагнули в портал, прямо в снежное поле.

Там воин встал на колени и склонил голову, а Рамзи положил ему на чело руку.

За этим наблюдали безмолвные неживые с этой стороны – и остановившие свою варварскую игру мужчины на медведях – с той.

Потом свет портала угас, и в старинном подземелье остались только тишина и мрачный покой.

Наталья Колесова

Я умерла

Старик, как водится, начал с него. Выказывал таким образом свое уважение, что ли?

– Федор, мне очень не нравится, как вы выглядите.

В комнате полумрак, но у Старика совсем не старческое зрение. Федор придавил дергавшуюся щеку.

– Погудел вчера…

– Надеюсь, это никоим образом не отразится на ваших способностях?

Была у Старика раздражающая манера говорить округлым полно-литературным языком.

– Никоим, – подтвердил Федор.

Старик повернулся к заказчику – плюгавому невзрачному мужику. Тот старался не дергаться. Удавалось плохо.

– Ты при деньгах? – толкнул Федора в бок чернявый Юрик. Федор только пожал плечами – денег не было. То есть совсем. Потер коротко стриженную голову. Такие стрижки уже выходят из моды, но он с трудом менял привычки. И оружие любил старое. И друзей. А, может, просто сам стареет?

– Итак, Охотники, – сказал Старик, – вот ваша задача на сегодняшний день…

Юрик вновь толкнул его в бок. Федор подавил желание ответить тем же – и поувесистей. Юрик сказал возбужденно:

– Гляди, баба!

И впрямь – баба. Девка, скорее. Напряженное лицо. Напряженные глаза. Напряженный, плотно сжатый рот. Под дулом пистолета ее снимали, что ли?

– Не-ет, мужики! – хлопнул по коленям Давыд. Поднялся. – Я так не договаривался. Я ни баб, ни детей…

– Вы сядьте, Давыд, – тихо сказал Старик. – Я еще сумму не назвал.

Он назвал, и Давыд сел. Да за такие деньги и баб, и детей… Юрик присвистнул:

– Это что ж она такое вытворила?

Федор с новым интересом всматривался в снимок, втягивая, впитывая каждую черточку. Ничего особенного – сотню раз за день мимо пройдешь и не заметишь-не запомнишь. Старик раздавал снимки и распечатки с данными. Имя. Адрес. Рост. Вес. Цвет глаз, волос. Имена и адреса родственников, ближайших друзей. Место работы.