Властитель - Соколов Михаил - Страница 59

Тот же коридор, откуда несколько месяцев назад восемь человек паломников шагнули в неизвестность. Никого. Я прошел через комнату с грудой неподвижных тел роботов, сваленных у стены, попал в другой коридор, который тоже узнал по пустым и изредка заполненным отключенным электронным хламом нишам. В овальном кабинете сидел тот же или похожий на того, старого, робот.

– Я должен зафиксировать ваше появление, – сказал робот.

– Фиксируй, – согласился я, – но без подробностей. Не хватало еще привлечь к себе внимание.

Робот достал из настенного шкафа серую тетрадь, нашел графу и попросил расписаться. Я поставил какую-то закорючку и сказал, что этого довольно.

– Очень хорошо, – резюмировал робот. – Наконец-то есть прецедент.

– Ты же говорил, что уже был прецедент.

– Кому говорил? – спросил робот.

– Мне, нам, паломникам. Мы уходили отсюда четыре месяца назад.

– Сожалею, но вы ошибаетесь. Последнее паломничество ушло три недели назад. До этого – десять лет назад. В их составе вас не было. И никто никогда не возвращался обратно. Вы первый. Так что вы и есть прецедент.

Я помолчал, переваривая сообщение, а потом потребовал такси. Сиреневая машина прибыла через десять минут, и я некоторое время не мог понять, что меня привлекло… Пока не догадался – раньше машины здесь были только черные.

– Отель «Титан», – сказал я роботу-водителю и, когда мы взлетели, стал готовиться к новым открытиям.

Минут через пять машину сильно встряхнуло, и со скрежетом и визгом, чуть не сбив нас, мимо, сверху вниз, что-то пронеслось. Какой-то даже обескураженный водитель сообщил, что на нас свалился автоматический экипаж. Видимо, неисправность, объявил он.

Я смотрел, как эта «неисправная» машина вышла из пике и стала быстро набирать высоту. У меня зародилось нехорошее предчувствие.

– Свяжись с этим экипажем и выясни, что там происходит! – приказал я.

– Уже пытался. Автомат на вопрос не отвечает.

– Ну так делай что-нибудь! – закричал я, видя, что этот ярко-красный полированный болид готовится сделать новый заход на нас.

– Что я должен сделать? – меланхолически вопросил меня робот, но ответить я не успел, потому что в нас вновь врезался этот охотник и, наверное, повредился сильнее нас, потому что, расцепившись с нами корпусом, сам стал падать еще быстрее.

– Это нас и спасло, потому что первая машина взорвалась под нами, ударившись о землю в лесопарковой зоне, когда нам оставалось падать еще метров пятнадцать. Взрывная волна, подхватив нас, погасила скорость падения и со скрежетом и визгом металла вклинила корпус такси в ветви могучего, на дуб похожего дерева-великана.

Еще через пять минут с неба спикировала вызванная кем-то машина медобслуживания. Техник, не слушая возражений, обследовал меня рамкой искателя, повреждений не нашел, дал какие-то таблетки для успокоения нервов и даже доставил все еще раздраженного меня к вестибюлю отеля "Титан".

Тот же перламутровый робот успел сообщить, что меня в номере ожидает гость.

– Кто? – готовый ко всяким неожиданностям, холодно спросил я.

– Гость не назвался, чтобы сделать вам сюрприз, – уже девичьим лицом очаровательно улыбнулся портье, и я поднялся в номер, готовясь к сюрпризу. И не ошибся.

Когда я вошел, он машинально играл с пультом, доводя интерьер до совершенства. Это был Илья, Илья Бондарев. Но со здоровыми ногами. Так мне показалось, когда он вскочил, увидев меня.

– Илья!

Он вздрогнул, словно я его обругал, и большие, обычно добрые глаза его наполнились гневом:

– Ах ты!.. – словно зарычал он.

– Ах я, – передразнил я.

Все еще не пришедший в себя после автокатастрофы, я не стал сдерживаться. Тем более не видел причин для злобы.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я.

– Это я хочу тебя спросить, Орел, что ты тут делаешь? Какую еще гнусность затеял?

Я сел напротив него в голубое и непрозрачное (!) кресло. Своим поведением он несколько озадачил меня. По всему видно, он что-то знал такое, чего я не знал.

– Может, ты меня за другого принимаешь? – успокаиваясь по ходу дела, спросил я. – Меня зовут Сергеем Волковым. И я никакой не орел.

Я начинал кое-что понимать, но пока предпочитал свои соображения держать при себе.

– Я имею в виду именно тебя. И раз ты вернулся, да еще с таким треском, значит, опять что-то затеял. А с учетом того, что ты сбросил свою овечью шкурку, здесь скоро станет жарко. Я прав?

– Жарко будет, – пообещал я. – Какая-то машина только что пыталась сбить такси, в котором я летел.

– Жаль, что попытка не удалась. Я много бы дал, чтобы оказаться за водительским креслом в той машине.

– Тогда ты был бы трупом. И вообще, откуда такая любовь ко мне?

– А ты не знаешь? – ехидно спросил он.

– Откуда? Впрочем, до этого еще дойдем. Предлагаю прекратить глупую пикировку и заключить перемирие.

– Ты предлагаешь! Да я при любом удобном случае сломаю тебе шею.

– Заткнись! – приказал я. – Меня здешнее гостеприимство начинает утомлять. А па счет шеи… я ведь после Урана, так что не советую пробовать.

– Ну, ну, – сказал Илья с гаденькой усмешкой. – В детстве я всегда клал тебя на обе лопатки. А попозже с синяками от моих кулаков ходил ты, а не я.

– Уймись и расскажи мне обо всем. Расскажи так, будто меня не знаешь и разговариваешь с посторонним человеком. Выложи мне все. – Я намеренно решил использовать ту же уловку, которой воспользовался, беседуя с Ильей номер один. Я уже понял, что этот мир, вероятно, несколько отличается от моего. Предстояло узнать, в чем отличие.

– С какой стати? – вопросил он.

– Я тебе потом тоже кое-что сообщу интересное.

Колебался он недолго. Да и подумать? Что он терял?

– Я немного знаю. Впрочем, как и все.

– Не важно. Расскажи все с самого начала.

– Ну что же. Ты – Николай Орлов. В детстве мы с Мариной называли тебя Орлом. Ты родился здесь, в Мечтограде. Учился в нашей дворцовой школе. После смерти отца ты должен был стать нашим Премьер-Министром. Потом ты убил своего отца.

Он вытащил сигарету и закурил. Сигарета прыгала в его пальцах.

– Кроме того, ты соблазнил и ее. Ты только перед ней и строил из себя героя, вот она и поверила…

– Кто?

Илья поднял на меня взгляд. И должен сказать, я редко видел у людей такие вот, полные бешенства, ужасные взгляды вечной неугасимой ненависти.

– Марина Вронская. Чудесная девушка, которая была достойно лучшей судьбы.

Так. Все совпадало. Может, только детали?.. Я вежливо осведомился;

– И конечно, это я помешал устроить ее судьбу?

– Что б ты пропал! – Он закатил глаза и говорил, говорил… Я отодвинулся – брызги его бешенства долетали до меня. – Да, Марина увлеклась тобой. А ты погубил ее, уничтожил. Даже когда тебя осудили, даже тогда она осталась тебе верна. Только ради ее памяти я разговариваю тут с тобой.

– Да, теперь я вижу, какой я отпетый негодяй. Он взял себя в руки. Потухшим взором посмотрел на стол.

– Раньше я мечтал убить тебя. Бесполезно, все бесполезно. В общем, когда после убийства Премьер-Министра тебя осудили, она… Я до сих пор не могу понять, почему, когда тебя отправили на Уран, она не вернулась ко мне, а связалась с этим подонком Мирабом. Не из-за власти же! Она ведь племянница нашего нынешнего Премьер-Министра. А пить и принимать наркотики она начала из-за тебя, подлеца. Но как ей удавалось несколько лет держать в руках Мамедова до такой степени, что он просто молился на нее?

– Несколько лет? А потом?

– Потом она исчезла. – Илья в тоске наклонил голову и качал ею в такт словам. – Какой же ты вонючий подонок! Как же ты еще можешь жить после всего, что ты натворил?

Он бросился на меня так внезапно, что я не успел среагировать. Я немного отвлекся, пока он упивался своим мазохизмом, потому и пропустил бросок. Руки его неожиданно сильно сдавили мне горло, но я все-таки смог прошептать;

– Николай Орлов умер.

Он уставился на меня, как на сумасшедшего. И поверил – я прочел это в его глазах, – но не перестал душить меня.