Смертельный эксперимент - Сойер Роберт Джеймс - Страница 56

— Трудно сказать, — отозвался Саркар. — Я ведь никогда раньше не писал вирусов. Дня два, пожалуй.

Питер вздохнул:

— Будем молиться, чтобы это сработало.

Саркар посмотрел на них.

— Я-то и так молюсь пять раз в день, обратившись лицом к Мекке. Возможно, нам больше повезет, если еще и вы оба по-настоящему будете молиться. — Он встал. — А теперь я лучше пойду. У меня куча работы.

ГЛАВА 39

Питер старался морально подготовиться к этой неизбежной встрече. И все же каждый гудок селектора вызывал у него учащенное сердцебиение. Первые пять раз он волновался напрасно, это была ложная тревога. Затем…

— Питер, — услышал он голос своей секретарши, — тебя хочет видеть инспектор Фило из городской полиции.

Питер сделал очень глубокий вдох, задержал дыхание на несколько секунд и испустил долгий шипящий выдох. Он коснулся кнопки селектора.

— Пусть она войдет.

Секунду спустя дверь его кабинета распахнулась, и вошла Александра Фило с маленьким черным чемоданчиком в руке. Питер ожидал увидеть полицейскую форму. Но на ней был короткий серый пиджак, какие носят деловые женщины, в тон ему широкие брюки и кофейного цвета шелковая блузка. В ушах переливались крохотные зеленые сережки. Коротко остриженные ярко-рыжие волосы прекрасно оттеняли пронзительно зеленые глаза. И она была высокого роста.

— Здравствуйте, инспектор, — сказал Питер, он встал и протянул ей руку.

— Здравствуйте. — Сандра ответила крепким рукопожатием. — Похоже, вы ждали меня.

— Хм, почему вы так думаете?

— Я не могла не прислушаться к вашему разговору с секретаршей. Вы сказали «пусть она войдет». Но она не назвала вам моего имени или чего-нибудь еще, позволяющего понять, что я женщина.

Питер улыбнулся:

— Вы отлично справляетесь с вашей работой. Жена рассказывала про вас.

— Я поняла. — Сандра смотрела на него выжидающе.

Питер улыбнулся:

— С другой стороны, я тоже отлично справляюсь со своей работой. И значительная ее часть состоит в том, чтобы встречаться с правительственными чиновниками, которые все обучались на курсах делового общения. Потребуется что-нибудь посерьезнее, чем просто затянутая пауза, чтобы я разоткровенничался.

Сандра рассмеялась. Вначале Питер нашел ее не слишком привлекательной, но когда она смеялась, то и в самом деле выглядела очень даже неплохо.

— Пожалуйста, присаживайтесь, мисс Фило.

Она улыбнулась и села в кресло, разгладив при этом свои брюки так, словно она привыкла носить только юбки. У Кэти была та же манера.

Несколько секунд оба молчали.

— Не хотите ли кофе? — предложил Питер. — Или чаю?

— Кофе, пожалуйста. Двойную порцию двойного. — У нее был несколько смущенный вид. — Это та часть моей работы, которую я не очень-то люблю, доктор Хобсон.

Питер встал и подошел к автомату-кофеварке.

— Пожалуйста, зовите меня Питером.

— Питер. — Она улыбнулась. — Мне не нравится, как обычно обходятся с людьми, замешанными в такого рода истории. Мы, полицейские, часто запугиваем их, не слишком заботясь о правилах хорошего тона и презумпции невиновности.

Питер протянул ей чашечку кофе.

— Итак, доктор… — Она оборвала себя и снова улыбнулась. — Итак, Питер, я собираюсь задать несколько вопросов и надеюсь, вы поймете, что это просто моя работа.

— Разумеется.

— Как вы уже знаете, один из сослуживцев вашей жены был убит.

Питер кивнул:

— Да. Мы пережили изрядный шок.

Сандра посмотрела на него, чуть склонив голову набок.

— Простите, — смущенно произнес Питер. — Я сказал что-то не то?

— Да нет, пустяки. Просто, по всем признакам, для того чтобы оглушить жертву, преступник воспользовался станнером. Ваше замечание об «изрядном шоке» показалось мне забавным. — Она сделала неопределенный жест рукой. — Простите меня; на этой работе становишься довольно толстокожей. — Пауза. — Вы когда-либо пользовались станнером?

— Нет.

— У вас есть станнер?

— В Онтарио они запрещены. Их могут иметь только полицейские.

Сандра улыбнулась:

— Но их легко купить в Нью-Йорке или в Квебеке.

— Нет, — ответил Питер, — я никогда им не пользовался.

— Простите, я обязана была об этом спросить, — сказала Сандра.

— Я понимаю, это специфика вашей работы, — успокоил ее Питер.

— Вот именно. — Она улыбнулась. — Вы знали убитого?

Питер постарался произнести ненавистное имя небрежно:

— Ханса Ларсена? Конечно, я встречался с ним — я встречался с большинством сослуживцев Кэти либо на неформальных сборищах, либо на рождественских вечеринках в ее фирме.

— Что вы о нем думаете?

— О Ларсене? — Питер отхлебнул глоток кофе. — Я думаю, что он был дурак.

Сандра кивнула:

— Похоже, многие разделяют ваше мнение, хотя есть и другие: некоторые отзывались о нем довольно лестно.

— Я подозреваю, что так обстоят дела почти с каждым из нас, — глубокомысленно заметил Питер.

— Почти с каждым. — Снова молчание, затем: — Послушайте, Питер, вы мне симпатичны и мне не хотелось бы вызывать неприятные воспоминания, но я знаю, что ваша жена и Ханс, как бы это…

Питер кивнул:

— Да, так и было. Но это кончилось очень давно.

Сандра улыбнулась:

— Верно. Но вам-то жена рассказала об этом сравнительно недавно.

— И вот теперь Ларсен убит.

— Да, — подтвердила Сандра. — И вот теперь Ларсен убит.

— Мисс Фило…

Она жестом остановила его:

— Можете называть меня Сандрой.

Питер улыбнулся:

— Сандра. — Не нервничай, мысленно приказал он себе. Сегодня или завтра у Саркара будет готов вирус. Все это скоро кончится. — Сандра, позвольте мне кое-что вам сказать. Я человек миролюбивый. Я не люблю жестоких видов спорта, таких, как борьба или бокс. Я ни разу никого не ударил с тех пор, как вырос из коротеньких штанишек. Я ни разу не ударил жену. И если бы у меня был ребенок, то и его никогда не стал бы шлепать. — Он отпил еще кофе. Достаточно ли он сказал? Может, еще что-нибудь добавить? Спокойно, черт возьми. Возьми себя в руки. Сейчас ему хотелось только одного: рассказать ей правду о себе — не об этих компьютерных двойниках, а о себе настоящем, из плоти и крови. — Мне… мне кажется, что многие проблемы в нашем мире порождаются насилием. Шлепая наших детей, мы приучаем их к мысли, что в определенных случаях можно бить тех, кого мы любим, а затем приходим в ужас, обнаружив, что эти самые дети, став взрослыми, считают в порядке вещей бить своих жен или мужей. Я даже не убиваю мух в своем доме, Сандра, я ловлю их в стаканы и выпускаю наружу. Вы спрашиваете, убил ли я Ханса Ларсена. Отвечу вам откровенно: я действительно мог злиться на него, мог его ненавидеть, но убивать или причинять физическую боль — это не в моем характере. Это как раз то, чего я просто не стал бы никогда делать.

— Или даже думать об этом? — спросила Сандра. Питер развел руками:

— Ну, все мы иногда подумываем о том, о сем. Но есть колоссальная разница между досужими фантазиями и реальностью. — Если бы ее не было, подумал Питер, я бы трахнул тебя, и мою секретаршу, и сотню других женщин прямо на этом столе.

Сандра слегка поерзала в своем кресле.

— Обычно я на работе не рассказываю о своей личной жизни, но недавно я оказалась в ситуации, очень схожей с вашей, Питер. Мой муж — мой бывший муж, вот уже несколько месяцев бывший, — обманывал меня. Я тоже не склонна к насилию. Я понимаю, звучит несколько странно, такое вряд ли свойственно офицеру полиции, но это правда. Однако когда я обнаружила, что сделал Уолтер, мне очень захотелось, чтобы он умер и чтобы она тоже умерла. Обычно я человек довольно сдержанный, но тут взяла и швырнула через всю комнату пульт дистанционного управления телевизором. Он грохнулся о стену и разбился; в месте удара до сих пор видна отметина. Так что, Питер, я на собственном опыте убедилась, что в подобных обстоятельствах даже у самых миролюбивых людей наблюдаются вспышки неконтролируемой агрессивности.