Из пушки на Луну - Верн Жюль Габриэль - Страница 66

— Комета? Куда только не суют свой нос эти кометы! Любезнейший Мишель, твое объяснение не лишено остроумия, но комета здесь не нужна, можешь ее убрать. Эта звездообразная трещина могла произойти просто от быстрого сжатия лунной коры под влиянием охлаждения. Таково мнение английского ученого Нэсмита, и оно кажется мне совершенно достаточным для объяснения этого явления.

Путешественники долго еще любовались великолепием горы «Тихо». Снаряд, утопавший в двойном сиянии — лучей Луны и Солнца, — сильно накаливался. Вместо холода наступила жара. Природа подготовляла путешественников к превращению их в жителей Луны.

Превратиться в обитателей Луны! Эта мысль опять навела на разговор относительно обитаемости Луны. Ардан начал снова допрашивать своих товарищей и непременно требовал, чтобы они без всяких уверток ответили ему: есть ли на Луне представители животного мира и живут ли там люди?

— Я думаю, что на это можно ответить, — сказал Барбикен. — Только, по-моему, вопрос должен быть иначе поставлен.

— Ну, ставь его иначе! — ответил Ардан.

— Хорошо. Задача тут двойная и требует двойного решения: обитаема теперь Луна или нет? Была ли Луна вообще когда-нибудь обитаема?

— Ладно, — сказал Николь, — рассмотрим сначала первый вопрос: обитаема ли Луна теперь?

— Говоря по правде, я ничего об этом не знаю, — ответил Мишель Ардан.

— А я отвечу отрицательно, — сказал Барбикен. — В том состоянии, в каком теперь находится Луна, — примите только в соображение ее разреженную атмосферную оболочку, ее высохшие моря, резкие переходы от тепла к холоду, — мне кажется, она не может быть обитаемой. Как при этих условиях может на ней развиваться живой организм?

— Согласен, — ответил Николь. — Но, может быть, на Луне живут существа, имеющие совершенно особую организацию?

— На этот вопрос труднее ответить, но я все-таки попробую. Скажи, пожалуйста, как ты думаешь: жизнь, при какой бы то ни было ее форме, может ли не сопровождаться движением?

— Разумеется, нет, — ответил Николь.

— Ну, а мы наблюдаем лунные материки с расстояния в 50U метров и никакого движения на поверхности Луны не заметили. Присутствие какой бы то ни было жизни выдало бы себя изменениями лунной поверхности, различными постройками, даже развалинами. А мы что видели? Повсюду и всегда деятельность природы, но никогда и нигде работу человека. Значит, если представители животного царства и существуют на Луне, то они скрыты в неизмеримых впадинах, куда не может проникнуть наш взор. Этого я не могу допустить, потому что они все-таки оставили бы какие-нибудь следы на равнинах, которые покрыты слоем, хотя и весьма редким, атмосферного воздуха. Таких следов нигде не видно. Остается одно: предположить, что здесь обитает порода живых существ, которым чуждо движение.

— Ну, это все равно, что сказать: вот живые существа, которые не живут, — возразил Ардан.

— Именно, — ответил Барбикен.

— Значит, можно резюмировать прения? — сказал Ардан.

— Можно, — ответил Николь.

— Ладно, — продолжал Мишель Ардан. — Ученая комиссия, заседающая в снаряде Пушечного клуба, на основании новых фактов, большинством голосов решает, что Луна необитаема.

— Теперь, -сказал Николь, — примемся за второй вопрос. Я спрашиваю: была ли Луна вообще когда-либо обитаема?

— Слово принадлежит гражданину Барбикену, — сказал Ардан.

— Любезнейшие друзья, — ответил Барбикен, — еще прежде чем отправиться в это путешествие, я уже решил, что Луна была когда-то обитаема. Прибавлю, что наши личные наблюдения только подтвердили мои прежние догадки. Полагаю, даже утверждаю, что Луна была обитаема человеческими существами, имевшими одинаковую с нами организацию, что на ней водились животные такого же строения, как и земные; но и человеческие существа и животные отжили свое время и теперь совершенно исчезли.

— Так, значит, Луна образовалась раньше Земли?- спросил Ардан.

— Нет, — ответил Барбикен. — Она только гораздо раньше состарилась: она образовывалась и разрушалась несравненно быстрее Земли. Организующие силы внутри Луны действовали значительно сильнее, чем внутри нашего земного шара. Теперешний наружный вид лунного диска, покрытого трещинами, впадинами, буграми, ясно доказывает это. Можно сказать наверное, что, когда наша Земля находилась еще в полужидком состоянии, Луна уже отвердела под влиянием охлаждения и могла быть обитаемой.

— Да, это верно, — сказал Николь.

— Тогда, — продолжал Барбикен, — Луна была окружена атмосферой. Водяные пары, удерживаемые газообразной оболочкой, не могли рассеиваться. Под влиянием воздуха, воды, света, солнечного тепла и тепла внутреннего растительность должна была быстро развиваться на подготовленной для нее почве, и, конечно, на Луне, должна была появиться жизнь, потому что природа никогда не расходует своих даров зря: мир, годный для обитания, должен быть обитаем.

— Однако, — возразил Николь, — на Луне имеется, много причин, которые должны были препятствовать развитию растительности и животного царства. Хотя бы, например, эти дни и ночи, длящиеся по 354 часа…

— На земных полюсах они длятся по шести месяцев, — заметил Ардан.

— Ну, это аргумент не особенно сильный, потому'; что полюсы как раз и необитаемы.

— Заметьте, друзья мои, — сказал Барбикен, — что если в настоящее время эти длинные ночи и длинные дни служат причиной образования температуры, невыносимой для организма, то в древнюю эпоху это было не так. Тогда атмосфера облегала лунный диск густым покровом, а это умеряло жгучесть солнечных лучей и задерживало ночное лучеиспускание… Кроме того, я вас удивлю…

— Удиви, — охотно согласился Мишель Ардан.

— Я полагаю, видите ли, что в эпоху обитаемости Луны ночи и дни не длились по 354 часа.

— Почему?

— Потому, что тогда, вероятно, период вращения Луны около своей оси не равнялся времени обращения ее вокруг Земли, — это равенство, как известно, подставляет каждую точку диска действию солнечных лучей в продолжение целых 15 суток.

— Согласен, — ответил Николь, — но почему же эти периоды тогда не были равны, если они равны теперь?

— Потому, что равенство установилось только постепенно, вследствие земного притяжения.

— Итак, человечество исчезло с Луны? — спросил Ардан.

— Да, — ответил Барбикен, — исчезло, но, продержавшись, по всей вероятности, целые тысячи веков. Затем мало-помалу атмосфера начала редеть. Луна сделалась необитаемой, как сделается необитаемой когда-нибудь и наша Земля.

— Ты думаешь, что та же участь ожидает и Землю?- переспросил Ардан.

— Очень вероятно.

— Значит, мы решаем, что Луна была обитаема?- спросил Николь.

Последовал утвердительный ответ.

Между тем снаряд быстро несся к лунному экватору, постепенно удаляясь от лунной поверхности.

Скоро горы смешались в отдалении, исчезли их очертания, и от прежнего чудесного зрелища осталось одно только воспоминание.

ГЛАВА XIX

Борьба с невозможным

Долго Барбикен и его спутники безмолвно и задумчиво глядели на этот мир, от которого они безвозвратно удалялись.

Положение снаряда относительно Луны изменилось; теперь дно его было обращено к Земле.

Барбикена такая перемена озадачила. Если снаряду суждено было обращаться вокруг Луны, так отчего же он не повернулся к ней своей наиболее тяжелой частью?

Наблюдая за движением снаряда, можно было заметить, что он следовал, уклоняясь от Луны, по такой же кривой линии, какую он описывал, когда к ней приближался, то есть перемещался по очень растянутому эллипсу и, по-видимому, возвращался к той точке, где уравновешиваются притяжения Земли и ее спутника.

Так, по крайней мере решил Барбикен на основании своих соображений.

— Что же с нами будет, когда мы достигнем этой мертвой точки?-спросил Ардан.

— Неизвестно, — ответил Барбикен.

— Но можно сделать какие-нибудь предположения?