Охота на волков (Живым не брать) - Соболев Сергей Викторович - Страница 82

— Ну что, связался с Черепом? Какие-нибудь инструкции уже получены?

Они прошли в дальний конец коридора.

— Череп зарядил твое сообщение в Гудермес, — вполголоса проговорил прапорщик. — Оттуда велели передать, что «родственников» следует немедленно доставить в комендатуру. Сказали, что примерно через два часа приедут какие-то знакомые тебе сотрудники и заберут их с собой... Сказали еще, что «как только, так сразу» тебе следует самому связаться по «Акведуку» с базой в Гудермесе.

Он в задумчивости смотрел на бушминский «Кенвуд».

— Кажись, все, командир.

— Вот что, Иван... Придется нам в комендатуру еще раз смотаться, доставить туда «родственников». Поэтому свяжись-ка ты по рации с комендатурой, позывной «Рубин», а наш «Сапфир». Скажи, чтоб ср-рочно подали «карету»! Микроавтобус, на худой случай сгодится «Нива». И чтобы тачка у подъезда миссии стояла не позже чем через полчаса! Заодно пройдись вокруг дома, посмотри, все ли спокойно. Так, на всякий случай... А я местному начальству еще словечко скажу...

Прапор быстро спустился по лестнице. Бушмин же наведался в кабинет, с посещения которого и завязал знакомство с сотрудниками миссии.

Помимо мужчины в очках, он застал там и Веру Николаевну.

— У меня к вам одна просьба, — сказал Бушмин. — Мы стараемся не афишировать работу нашего ведомства, поскольку это связано с необходимостью обеспечить безопасность как наших людей, так и тех, кому мы стараемся помочь. Поэтому крайне желательно, чтобы наш нынешний визит остался в тайне. Договорились, Вера Николаевна?

Аксенова хотела что-то сказать, но ее неожиданно опередил коллега:

— Что мы, неграмотные? То же самое говорили товарищи, которые приходили в миссию сегодня утром...

— Какие товарищи? — опешил Бушмин. — По какому поводу они сюда наведывались?

— Вдвоем приходили, как и вы, — ответил мужчина. — Вера Николаевна отсутствовала по делам, так пришлось мне с ними общаться... А вы разве не из одного учреждения?

Бушмин насторожился. О том, что Дольникову разыскивает еще одно учреждение, ему не было известно ровным счетом ничего.

— Что им нужно было от вас? — спросил Бушмин. — И что именно их интересовало?

— Да то же самое, что и вас, — поправив очки, немного раздраженно проговорил мужчина. — Расспрашивали про Дольникову... Сколько времени она здесь жила, куда и когда уехала, собиралась ли вернуться обратно... Я не знал, что Вера Николаевна вернется из лагеря еще засветло, поэтому посоветовал им прийти к семи часам вечера.

— А почему мне об этих визитерах ничего не сказали? — Аксенова смерила коллегу удивленным взглядом, затем посмотрела на Бушмина: — Я нич-чего не понимаю...

— Надо же, совсем из головы вылетело, — растерялся коллега Аксеновой. — Знаете ли, голова у меня совсем другим занята.

Бушмин хотел обложить «рассеянного» многоэтажным матом, однако удержался. Ведь, по большому счету, мужик ни в чем не виноват. Что же касается всего остального, то дело, кажется, оказалось не таким простым, как думалось.

— Вы запомнили, уважаемый, из какого они ведомства? Они ведь должны были как-то представиться? Заодно вспомните, пожалуйста, как они выглядели.

Рассеянный мужик пожал плечами:

— Признаться, я документы у них не спрашивал. Показали какие-то корочки, но я в них толком и не посмотрел. А выглядят... Да вот примерно так же, как вы с вашим коллегой.

Чертыхнувшись, Бушмин покинул комнату. Тратить время на «штафирку» — дело бесполезное, от такого толку не добьешься.

Вспомнив, что передал свой «Кенвуд» Гарасу, Андрей направился к лестнице. Спускаясь, думал о том, что следует срочно связаться с Черепом, чтобы немедленно выслал людей...

Это была последняя мысль Бушмина. В следующее мгновение его ослепила ярчайшая вспышка. А затем он погрузился в аспидную, как ичкерийская преисподняя, темноту...