Пеле-король футбола - Фонтан Алан - Страница 10

Словно из-под земли появился Лула. До этого он как будто не интересовался его маленькими проблемами, его попытками влиться в коллектив, привыкнуть. Правда, время от времени Пеле чувствовал, что за ним неотступно следует его огромная бдительная тень. Но об этом скорее можно было догадываться, чем реально ощущать.

Утром в понедельник — на следующий день после катастрофического матча — Лула вошел в раздевалку. Там не было никого, кроме Пеле, который не находил себе места. При виде тренера он хотел удрать, но Лула спросил:

— Скажи мне, Пеле, ты уже слышал что-нибудь о Фреденрайхе, Гране или Леонидасе?

Его мысли мчались с такой скоростью, что в этот момент он не мог что-либо понять. Пеле недоуменно покачал головой.

— Так вот, знаешь ли ты, что и этим выдающимся бомбардирам случалось промазывать пенальти, посылая мяч то мимо ворот, то в руки вратарю?

— Так, как сделал вчера я?

— Точно так, как сделал вчера ты.

Пеле хотелось спросить, говорит ли он ему правду или просто хочет успокоить. Но тренер опередил:

— Больше не думай об этом, продолжай тренироваться, бить пенальти, заниматься всем остальным. Ты — бомбардир и должен в этом себя убедить, а не отступать безвольно назад. Запомни: великие игроки благородны всегда и смотрят на вещи реально!

Он не стал ждать ответа. Пеле увидел, как удаляется его светлый и круглый силуэт. Стукнула дверь раздевалки, будто захлопнулась печь: обжигающий ветер пахнул в лицо молодого спортсмена.

Пеле поднялся, наспех оделся и побежал в пансионат. Схватил написанное родителям письмо и разорвал его. Ему давали еще один шанс. Жизнь прекрасна!

Праздник в деревне

Участливое отношение тренера Луиса Алонсо к Пеле было очень важно для юного футболиста. Лула был другом игроков и не имел себе равных в умении завоевывать доверие молодежи.

Это великое искусство. Но для толстого Лулы оно, казалось, не представляло трудности. А разве маловажно то, что «Сантос[15]» имел одну из лучших в мире футбольных школ? Лула никогда не делал шумных заявлений в прессе, не выдумывал каждое воскресенье новую тактику игры, не искал виновника для объяснения поражения. Ничего похожего. Было совсем другое — истинное знание футбола и людей, античная мудрость и немалая доля скромности.

Благодаря ему Пеле смог акклиматизироваться и в хороших условиях самым тщательным образом подготовиться к тяжелому ремеслу профессионального бразильского футболиста.

Сантос, сентябрь 1956 года. Только что закончилась южная зима. Большие серые тучи, оглушенные ветром и наступлением весны, начали кружиться над бухтой. Временами сильная жара, которой всегда предшествовал грозовой теплый дождь, внезапно раскалывала город, этот старый кофейный порт. Пеле уже были знакомы температурные скачки, свойственные побережью. Он глубоко проник в этот пейзаж воды и холмов, медленных трамваев, готовых к отплытию судов и мощеных улиц, ведущих все до единой на стадион его клуба «Вилья Бельмиро[16]». Это — его второй дом.

Однажды утром Лула взял Пеле за руку:

— В следующее воскресенье в 10 часов утра отправляется автобус в Санто-Андре. Ты поедешь с нами запасным.

Пеле хотел что-то объяснить, сказать, что он еще слишком молод, чтобы сопровождать все знаменитости команды, что есть более достойные игроки, но ни один звук не смог вырваться из его горла. Он стоял ошеломленный.

О том, что его берут в поездку, он решил пока никому не говорить. Во-первых, потому, чтобы не прослыть хвастуном; во-вторых, чтобы не огорчить кого-нибудь из своих партнеров. В следующее воскресенье он пришел в условленное место за час до отхода автобуса.

Усевшись в самой глубине автобуса, Пеле все путешествие рассеянно рассматривал мелькавший пейзаж. Рядом с ним сидели люди, которых уважала вся Бразилия. У него переплелись все эмоции — восхищение болельщика и робость дебютанта; он чувствовал себя счастливым, гордым, но смущенным, участвуя в этом путешествии.

В окрестностях Сан-Паулу установилась изумительная погода. На стадион пришло довольно много зрителей. «Сантос» выставил следующий состав: вратарь Манга, защитники Хельвио, Рамиро, Урубатао, Иван, полузащита Жаир Пинто и Зито, нападающие Альфредино, Дель Веккио, Альваро и Тите. Они начали очень быстро: за 20 минут забили три гола. Затем потребовалась передышка. Местные футболисты сократили разрыв в счете. Тогда вместо Рамиро вышел Риоти. Но в первом тайме больше ничего не изменилось.

Вскоре после начала второго тайма массажист Маседо похлопал по плечу Пеле, который с восхищением наблюдал за комбинациями своих товарищей по клубу.

— Сеньор Лула мне сказал, парень, чтобы я тебя помассажировал.

Он стал на колени, а его проворные руки начали бегать по ногам дебютанта. Пеле почувствовал, как его живот утрачивает гибкость. Но вот зрители приветствуют четвертый гол «Сантоса». Игроки поздравляют друг друга, а массажист звонко шлепает его по бедру, которое только что массировал, и улыбается.

— Как только мяч выйдет из игры, ты заменишь Дель Веккио.

Пеле встал. Ему казалось, что ноги у него дрожат. Его черные глаза на какой-то момент скользнули по лицу тренера, потом стали тревожно следить за перемещением мяча в ожидании того, когда он выйдет из игры. Но игроки отлично контролировали мяч. Вот и сейчас они двинулись вперед, по очереди передавая мяч друг другу. Почему они так долго его держат? Честное слово, это делается нарочно! Они смеются над ним. Курчавый мальчишка нервно прыгал за воротами; он еще не понимал, что в этом одна из особенностей бразильского футбола. Сколько времени может оставаться мяч в игре, не покидая границ поля? Может, существует какой-то рекорд, который сейчас стремятся превзойти двадцать два актера!

Еще одна атака. Высокий мулат, удачно играющий в центре защиты «Сантоса», принял с лета мяч и отправил его далеко в публику. Уф! Пеле вздохнул и посмотрел на Лулу.

— Ступай и предупреди судью, мальчик! — крикнул ему тренер.

Пеле не заставил повторять дважды. Он бросился к центру поля и с явно выраженной отвагой, свойственной застенчивым людям, подбежал к судье и пожал ему руку.

— Счастлив познакомиться с вами, господин судья.

— И я также, но что тебе нужно, малыш? — удивленно спросил тот.

— Я меняю Дель Веккио.

У судьи поднялись брови. Потом он бросил:

— Эй! Дель Веккио, оставь поле, тут один гигант явился заменить тебя!

К новому игроку подбежал Дель Веккио, хлопнул его рукой, обнял и дружески напутствовал:

— Желаю удачи, парень.

Игра возобновилась. К Пеле приблизился Жаир.

— Какие указания от Лулы? — спросил он.

— Не знаю, — ответил мальчик. — Он мне ничего не сказал.

— Ладно. Тогда будешь играть выдвинутым левым полусредним.

Пеле занял указанное место. Он подумал о своих родных, которые, возможно, сейчас сидят на кухне и слушают трансляцию матча. Как они удивятся: их сын рядом с великим Жаиром!

Жаир пытался помочь Пеле, стараясь как можно чаще передавать ему мяч. Пеле очень благодарен Жаиру, доброму и умному человеку, который верит в молодых и делает все для того, чтобы они стали звездами.

Он регулярно направлял мячи своему юному партнеру. В какой-то момент Жаир овладел мячом, а Пеле помчался на свободное место, чтобы получить пас. И он его получил — быстрый, точный, исключительно удобный.

— Вперед, бей! — закричал Жаир.

Пеле бросился вперед и обошел соперника. Блестяще сделал ложное движение корпусом перед центральным защитником, отошел слегка влево, ворвался в штрафную площадку и в тот момент, когда голкипер бросился к нему навстречу, пустил мяч в угол ворот. Стадион взорвался бурей аплодисментов. Пеле бегом направился к Жаиру. Его мальчишеское лицо светилось невыразимой радостью, но Жаир не улыбался. Он вдруг показался Пеле задумчивым, далеким, этот старый Жаир Пинто. Он, который столько повидал на своем веку, он, который играл рядом с Леонидасом и Адемиром[17]… Публика, потрясенная чисто выполненным ударом, продолжала аплодировать. Жаир почесал свой бритый затылок, внезапно поднял голову и схватил Пеле за плечи: