Волк по имени Зайка (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 65

Я мигом перекинулась обратно в зайца, а Колин пошел открывать.

— Ваш поднос…

Действительно, Колин принялся на ночь приказывать приносить себе что поплотнее. Для меня, конечно. Я же не могу все время питаться, как заяц, мне и мясо нужно, и овощи, и сладкое мне нравится, но слуги?то об этом не знают!

Я обнюхала поднос.

О–ой…

А вот это уже интереснее.

Я перекинулась обратно.

— Колин, а тебя хотят усыпить.

— Как?

— А вот так. Варшас и таркас вместе дают такое своеобразное состояние… ты будешь как во сне — и не во сне.

— То есть?

— Вроде и не спишь, но думаешь в три раза медленнее.

— Интересно. И зачем это?

— Не знаю. Но это точно на тебя рассчитано. Только тебе подсыпали таркас. А может, и не только тебе…

— Моим людям?

— Дороговато это для твоих людей… но ты сходи, проверь, если хочешь?

— Закройся пока…

— ладно.

Колин ушел, а я принялась за трапезу. С аппетитом уплела мясо, овощи, не обращая внимания на таркас. Мне?то он ничего не сделает, если с варшасом не сочетать.

Колин вернулся достаточно быстро.

— Нет. У них все в порядке.

— Значит, это направлено только на тебя.

— и чего нам стоит ждать?

— не знаю, но вряд ли хорошего.

— Подождем.

Колин.

Заюшке я верил полностью. Если она говорит, что надо чего?то ждать, значит будем. Не просто так меня будут опаивать.

Пришлось моей девочке перекинуться обратно в зайца и ждать. Я валялся на кровати, изображая абсолютно одурманенного человечка и ждал.

Недолго.

Скрипнула дверь.

Как уж смогли убрать стражника от моей двери — не знаю. Ну да вариантов много. В комнату заявилась Дайрин.

В одной рубашке и накинутой шали.

— Мой лойрио…

Я одурманенно поглядел на нее. Видимо, женщина осталась довольна, потому что рубашка полетела на пол. Она скользнула ко мне на кровать и к чему?то прислушалась.

— Ага…

Заволновалась зайка. А я, кажется, понял, в чем суть игры.

Но как только шаловливые ручки принялись за шнурки, я перехватил их и посильнее сжал.

— и чем это вы, кана, хотели со мной заняться?

Дайрин только что ресницами хлопнула.

— А… э…

Я ухватил женщину за руку, нещадно ее вывернув.

— а ну пошла!

Стащить ее с кровати было делом умения, а его в меня вколачивали беспощадно. И вовремя. За дверью слышался шум.

Я успел в последнюю минуту — распахнуть дверь и предстать перед кучей народа во главе с лойрио Ройлом. За его спиной были Аделия, лайри Элерия, соседи… а тут я — и с голой девкой.

Да, застань нас в кровати — точно тут бы и окрутили. А так — нетушки, переигрываем.

— лойрио Ройл,, — громко произнес я, опережая всех желающих. — Я уже просил изолировать эту девицу от людей. Тто она бросается на меня и уверяет, что вы пытаетесь меня убить. То является голой в спальню и хочет изнасиловать. Я боюсь оставаться с ней под одной крышей и прошу принять меры.

— Колин, но тебя не изнасиловали?

Я с благодарностью поглядел на лайри Элерию.

— Нет, лайри. Я сопротивлялся.

— Вот и чудненько. Пойдемте, любезнейшая, — это уже Дайрин. — Юноше надо отдыхать, а нам вы расскажете, почему бегаете с голым задом по замку, пугая мышей.

Ройл побагровел, скинул с себя камзол и закутал девицу.

— кана Дайрин оденется — и придет…

— Значит, добежать до комнаты мальчика в голом виде она не стеснялась, а показаться перед людьми не желает? А зря. Вы бы выставились получше, деточка, надо же покупателю товар… гхм… лицом показать. Хотя бы и так.

Я закрыл дверь и уткнулся носом в подушку. М–да, чудны дела твои, Четырехликий, каких только дураков ты не рождаешь!

Колин.

Материнский тайник я вскрыл ночью.

Почему?

Ну, хотя бы потому, что Рыло был занят. И Дайрин некогда было шпионить. Будем надеяться — и остальным тоже. А у меня как раз хватит времени достать все, разобраться…

Увы.

Меня ожидало жестокое разочарование. Листок, исписанный неровным почерком, маленький мешочек с гарлайном и чуть побольше — с драгоценностями.

Их я узнал. Это те, что отец не дарил матери. Фамильные.

Старая цепь с изумрудами, принадлежавшая еще первому из Торвальдов, пара колец, тяжелый браслет…

Интересно, где сейчас мамины побрякушки?

Хотя чего гадать?

У Ройла…

За письмо я взялся в последнюю очередь.

Неровный почерк, буквы прыгают…

Колин, любимый мой сынок.

Увидеть тебя мне уже не доведется. Ройл убьет меня. Уже убивает. Мне что?то подсыпают в еду, не дают выходить из комнаты, я могу есть только то, что мне приносят. Даже этот листок я добыла чудом.

Бойся его.

Он опасный человек.

Он договорился с пиратами. С островов приплывают корабли, выгружают гарлайн, Ройл хранит его и переправляет дальше. Где?то на побережье у него есть логово…

Есть тайник в замке, в кладовой. Там я нашла гарлайн. Он в мешочке, это доказательство преступления Ройла.

Я и половины о его делах не знаю, но если найдете его — схватите лиса за хвост.

Я люблю тебя малыш.

Не забывай меня, а я присмотрю за тобой с неба.

Мама.

Заюшка, перекинувшаяся в человека, обняла меня.

— Она тебя любила.

— Она мертва…

— она хотела, чтобы ты жил. Если показать это письмо королю — тебе поверят?

— у короля есть придворные маги. Думаю, мне поверят.

— Должны поверить!

— Особенно, если мы найдем логово.

— Конечно! Ты проедешься со мной завтра по берегу?

— Колин, не стоило бы. Лучше, когда король приедет…

— Зай, они тогда наружу не вылезут…

— а так — вылезут. От стрелы в спину даже я тебя не спасу.

Тут она была полностью права. Но…

— Ловушку ему устроить?

— А где потом пленника держать?

И тут моя девочка была права. Полностью. Не в замке ж… а мы тут притащили, он утверждает, что вы его наняли меня убить. Пусть посидит до королевского визита.

Весело получится. Нет, это не выход.

Я засунул все обратно в тайник и закрыл панель.

— пойдем вниз, малышка?

Вместо ответа девушка чуть сосредоточилась. Тело ее мягко расплылось, словно на девушку плеснули водой.

Вдох — и вот сидит уже зайка, смешно шевелит ушками.

Пришлось подхватить и крепко поцеловать в розовый нос.

— я тебя люблю, родная моя.

Зайка смешно чихнула. Почему?то я не сомневался, что меня тоже любят.

Корт Шакр, десятник стражи.

Когда Колин показал мне письмо матери, я только головой покачал.

— Лойрио, и что теперь делать?

— мне — сидеть дома. Тебе… назначь пару–тройку людей, чтобы побродили по окрестностям. Поохотились, там, или порыбачили.

— А где лучше поискать? Вы же здесь выросли, лойрио…

— Не знаю. Побережье все изрезано. Там есть и гавани, и бухточки, и пещерки, здесь же не песчаный берег. Здесь галька. Кости земли, можно сказать.

— Нам от этого не легче.

Я понимал, что не легче, но и выбора не было. Мама не писала, что, где, как… Ищи то, не знаю где и что.

Шакр пожал плечами, но выбора у нас не было. Только искать.

Глазами одной серой мышки.

Если бы мыши могли говорить — они могли бы рассказать многое.

Если бы еще пожелали связываться с такими странными существами, как люди.

А конкретно эта мышь могла бы рассказать, как пробегала по своим мышиным делам, когда заметила затаившегося человека. Пришлось его обежать поверху — и сверху она увидела еще одного.

Второй не скрываясь шел по коридору к лестнице. Шел, пока не поравнялся с первым.

Тот пропустил его, оказался за спиной у идущего — и нанес один удар. Сзади, по затылку.

Раздался мерзкий хруст.

Человек подхватил тяжелое тело и с трудом потащил его к лестнице, где и скинул вниз.

Мышь замерла в своем укрытии, страшась, что человек начнет охотиться и на нее, но на этом, видимо, дела первого человека закончились. Он пару раз взмахнул рукой, отчего в воздухе появился на редкость неприятный привкус. Мышь чихнула и бросилась наутек.