Ворон - Смолл Бертрис - Страница 145

— Давай моего ребенка!

Не говоря ни слова, стражник швырнул Арвела в руки матери, и Уинн, прижав к себе сына, пролезла через опускную дверь и заторопилась вниз по лестнице. Она пролетела через покои Брайса, потом опять по следующей лестнице вниз в теперь уже опустевший зал. Едва ступив ногами на землю, она бросилась прочь из замка Кей, коснувшись на мосту подолом платья тела Брайса и, оглянувшись, посмотрела вверх.

Вдруг, к ужасу ее и Несты, раздался голос:

— Проклятая наглая птица!

И откуда-то из-за рядов стоящих воинов вылетела стрела, попав ворону в грудь. Птица тяжело упала на землю. С криком Уинн толкнула Арвела к Гите и бросилась к тому месту, где лежал ворон. Упав на колени, она взяла бедную птицу на руки и услышала его слабый голос:

— Мейдок из айнм дом. Мейдок из айнм дом. Ти… си… Мейдок!

Стоящие вокруг них испуганные воины одновременно отпрянули назад от неожиданности.

— Это принц! — услышала она.

— Моя дорогая любовь, — причитала Уинн, и слезы текли по ее бледному лицу — Чем ты заслужил такой конец?

— Я убил брата, — слабо ответил он. — Увы, дорогая, кажется, иного пути не было.

— С Арвелом все в порядке, — сказала она, когда дрожь прошла по всему телу.

На миг затуманившиеся глаза Мейдока прояснились, и он прошептал:

— Покажи мне моего сына.

— Гита! Принеси Арвела! — закричала Уинн.

И когда Гита, испугавшись, попятилась назад, Неста взяла племянника из рук саксонской девушки и поднесла его Мейдоку.

Мейдок полюбовался сыном и с удивлением сказал:

— Он похож на меня. Это хорошо, дорогая.

Затем глаза его быстро начали тускнеть, и, видя это, Уинн горько заплакала.

— Мейдок! Мой господин и моя любовь! Не оставляй меня!

Она нежно прижала его к себе, ее темные волосы, которые распустились во время погони за Брайсом, теперь закрыли их, как занавес.

Ее обильно текущие слезы намочили спереди ее платье и его кафтан.

— Ты выживешь, дорогая, — так тихо прошептал он, что ей пришлось наклониться к нему еще ближе, чтобы услышать его. — Ты должна! — Потом его душа покинула тело, и он ушел от нее.

— Мейдок! Мейдок! — отчаянно звала она. — Не уходи, любовь моя!

Не уходи! Ты должен узнать Арвела! И есть другой! Я не сказала тебе о новом ребенке, которого должна родить тебе и который растет у меня под сердцем! Ребенок нашего воссоединения! Мейдок!

Неста, вернув Арвела Гите, теперь наклонилась и нежно помогла Уинн подняться на ноги. Она тоже заплакала при виде мертвого тела ее любимого брата. Риз, шатаясь, появился на подъемном мосту, все еще полуслепой от песка, который бросил в него подлый противник — Что случилось?

— Ты разве не видел? — проговорила Уинн.

— Что не видел? — спросил Риз. — Я почти одолел Брайса, когда этот ничтожный ублюдок бросил мне в лицо грязь, и я на некоторое время ослеп. Все, что я мог слышать, это хлопанье крыльев и крик птицы. Я ничего не видел.

— Мейдок спас тебя, — сказала ему Уинн. — Хотя он поклялся никогда больше не изменять облик, он нарушил клятву, чтобы поразить Брайса и спасти тебя, Риз. Теперь он мертв! Прострелен стрелой одного из наших людей. — На мгновение слезы опять бурно потекли из ее глаз.

Потом она проговорила:

— Пойдем, мой господин. Я должна приготовить тебе из трав примочки для твоих глаз. Не думаю, чтобы серьезно пострадало зрение, но глаза скорее всего поцарапаны и требуют моего ухода. Неста, отведи мужа в замок — У нее такое холодное сердце, — сказал Риз Несте, когда они вновь вошли в Кей. — Ее муж умер, она всплакнула, а потом сказала, что полечит мои глаза. Слава Богу, у меня ты, мой ангел!

— Дорогой Риз, — ласково сказала Неста, — ты никогда не понимал Уинн Гарнока. Она любит моего брата всем своим существом. Она до смерти будет оплакивать его, и обещаю тебе, она никогда не выйдет второй раз замуж. Она вырастит Арвела и нового ребенка, которого носит, в любви к отцу, словно он живет рядом с ними. Они будут знать его, как живого, а не просто чтить его память. Ее скорбь будет всегда ее тайной скорбью, как и ее любовь к Мейдоку Она холодна сердцем! Нет, ее сердце разбито, но она будет продолжать жить, как хотел этого Мейдок, и она выживет, чтобы вырастить своих детей. Мейдок всегда будет в ее сердце и повседневных мыслях. Что у них есть, было и будет снова — это любовь, которую время не может уничтожить. Дорогой Риз, мой дорогой господин! Я так тебя люблю! — И Неста Пауис обвила руками мужа и страстно поцеловала его. — Я никогда не смогу отблагодарить Мейдока, — проговорила она, и Риз знал, что именно имела в виду его жена. Мейдок спас ему жизнь.

Он ласково освободился из объятий Несты.

— Мы должны помочь Уинн, — сказал он.

— Ты должен предложить ей помощь, но позволь ей самой решить, принять ее или нет, — ответила Неста, и он кивнул в знак согласия.

А за стенами замка тело Брайса подняли с моста.

— Что нам с ним делать, госпожа? — спросил Уинн капитан стражи, не видя поблизости никакого другого авторитета.

— Положите его в замке на высокий стол. После того, как я полечу глаза лорда Сант-Брайда, мы покинем это место, но прежде подожгите замок Он должен быть полностью уничтожен.

— Но уже ночь, госпожа, — запротестовал капитан.

— Ты будешь искать здесь приют? — спросила его Уинн, и он отрицательно покачал головой.

— А что с моим лордом Мейдоком? — взволнованно спросил капитан.

— Мы отвезем моего господина в Скалу Ворона. Приготовьте носилки для его тела, чтобы можно было нести с почетом и достоинством, которых он заслуживает.

— Мне найти лучника, госпожа?

Зеленые глаза Уинн сурово посмотрели на воина.

— Зачем? Он не знал, что делает. Я не хочу никого наказывать. Я прощаю лучнику, кто бы он ни был. И кто он был, не хочу знать!

Она отвернулась от капитана и вошла в зал, чтобы заняться глазами Риза.

Ее желания были немедленно исполнены. Когда она закончила лечение глаз лорда Сант-Брайда, Брайса положили на стол, холодного, одеревеневшего. Они навалили на него мебель, тряпки, хлам — все, что могло хорошо гореть. В верхних помещениях замка по углам, щелям уже разбросали пылающие головешки. И вот Уинн взяла факел и зажгла погребальный костер Брайса. Алые языки пламени взметнулись вверх, бросая на стены замка темные пляшущие тени. Несколько минут Уинн стояла, наблюдая, не в силах уйти, пока не увидела, как огонь начал пожирать тело Брайса.