Радуга завтрашнего дня - Смолл Бертрис - Страница 31

И она доверилась. Позволила бушующему прибою унести ее туда, где ждал ослепительный экстаз. Фланне и в самом деле показалось, что она умирает, но, как ни странно, ей было все равно. Тело горело и пульсировало горячечным теплом. Она словно лишилась веса и легко дрейфовала в море наслаждения, пока окружающий мир взрывался чистым восторгом. Но тут все кончилось так же внезапно, как началось. Фланна полетела в темноту, расступившуюся и нежно ее обнявшую.

Поток расплавленного семени ударил в лоно, опалил и наполнил ее. Фланна тихо вскрикнула и чуть не лишилась чувств. Патрик обмяк на ней, задыхаясь и ловя губами воздух. Немного придя в себя, он откатился и заключил жену в объятия. Большая ладонь гладила спутанную массу локонов, таких мягких и душистых. Даже сейчас, в этом состоянии, у него закружилась голова.

"Иисусе, — подумал он, — да ведь я люблю ее! Люблю эту невозможную дикарку! Но ведь я взял ее в жены только ради приданого! Как же теперь признаться? Она не поверит!

Невероятно! Этого просто быть не может!"

Фланна медленно подняла веки. Сердце так и не успокоилось. Ее щека прижималась к его влажной груди. В ноздрях стоял знакомый запах.

— Мы еще живы? — пробормотала она.

— Да, — со смешком заверил он.

— Такое часто бывает, Патрик?

— Далеко не всегда, девочка, — честно ответил он. — Это и делает такие минуты особенными и неповторимыми.

— А ты… — начала она, сама не понимая, что спросить, но Патрик кивнул:

— Да. Это было… поразительно.

— Это еще что? — удивилась она, приподнимаясь на локте и глядя в красивое лицо мужа.

— Мое собственное изобретение. И означает: поразительно, замечательно, великолепно!

Фланна, немного подумав, согласилась:

— Ты прав, Патрик. Это было поразительно.

— Пожалуй, в следующий раз, когда наденешь жемчуг, лучше не снимай одежду, — ухмыльнулся Патрик, теребя нить.

— Хорошо еще, что он не рассыпался по всему полу, — добавила Фланна, лукаво блеснув глазами.

Патрик собрал в руку ожерелье и потянул. Фланна послушно припала к нему.

— Поцелуй меня, жена, — тихо попросил он. — Похоже, я снова хочу тебя, Фланна Лесли. Ты и ангела соблазнила бы.

Их губы снова слились в страстном поцелуе. Чуть погодя Фланна с легкой улыбкой напомнила:

— До рассвета еще несколько часов, Патрик. Жемчуг — подарок на сочельник. А что у тебя есть для меня на Рождество?

— Больше, мадам, чем вы способны представить, — сообщил герцог Гленкирк своей красавице жене. — Гораздо, гораздо больше.

Глава 8

Назавтра Чарли сообщил, что покидает Гленкирк двадцать седьмого декабря и направится в Перт, где на первое января назначена коронация. Дети долго упрашивали отца не уезжать, но Чарли твердил, что до Перта далеко, а у него остается совсем мало времени, чтобы туда добраться. Его царственный кузен отчаянно нуждается в друзьях и родных, особенно в столь торжественный день. В Сабрине, Фредди и Уилли тоже течет кровь Стюартов, поэтому они должны, сознавая свой долг, проводить отца с добрыми напутствиями, а также молиться за победу короля. Дети нехотя, но все же согласились.

Фланна возблагодарила провидение за то, что деверь загодя объявил о своих планах. Отыскав молодого оруженосца, время от времени бросавшего на нее восхищенные взгляды, она тихо спросила:

— Тебя ведь Йеном зовут?

— Д-да, миледи, — выдавил молодой солдат, мучительно краснея, пораженный, что герцогиня знает его имя.

— Не сможешь оказать мне небольшую услугу и отвезти весть в Килликерн, моему брату, Олею Броуди?

— С радостью, миледи, — кивнул солдат.

Фланна ослепительно улыбнулась, но тут же опустила голову и смущенно переступила с ноги на ногу.

— Только мужу не говори, — прошептала она. — Не стоит, чтобы герцог знал, как сильно я тоскую по родным.

Хочу, чтобы мой маленький племянник немного погостил в Гленкирке. Герцог позволит ему пожить здесь, я точно знаю. Ну что, Йен, поможешь мне?

— Да, миледи, — согласился тот, счастливый от того, что может быть полезным предмету своих грез.

— Поезжай и передай Олею Броуди, что герцогиня Гленкирк, твоя хозяйка, просит немедленно привезти его сына, Фингала. Броуди будут уговаривать тебя пожить у них несколько дней, но ты поблагодари их и скажи, что герцогине хочется поскорее увидеть племянника. Ты меня понял? Сегодня же поезжай обратно. Погода установилась, и метель нам пока не грозит.

— Я немедленно отправляюсь в дорогу, миледи, — заверил Йен.

— Возьми на конюшне еще одну лошадь для мальчика, но смотри, чтобы тебя не увидели, — предупредила Фланна.

— Понимаю, миледи, — с поклоном ответил Йен и поспешил прочь.

Родные Фланны набросились на него с расспросами, но он упрямо повторял слова хозяйки, вежливо добавив, что, хотя она и вполне довольна судьбой, все же скучает по родственникам и что герцог не будет возражать против приезда племянника по жене.

— Это прекрасная возможность для нашего Фингала, — заявила довольная Уна. — Если он угодит герцогу, тот, возможно, решит дать ему образование, и тогда парень сумеет подняться выше, чем любой из отпрысков Броуди. Хорошо бы ему повезло! Фланна всегда выделяла нашего Фингала.

Он наш последыш, которого я родила тебе после смерти нашей Мэри. Помнишь, как Фланна вечно таскала его за собой? Думаю, ей хочется отблагодарить нас за то, что я заботилась о ней, когда ее ма отправилась на небо, а па потерял интерес к дочери.

— Но у него и так все есть! К чему искать лучшей доли? Что есть такого в Гленкирке, чего нет у нас? — возмутился муж.

— Прежде всего он должен научиться читать и писать, — напомнила Уна. — И кто знает, может, он даже станет священником!

— фингал? — громогласно рассмеялся Олей. — Да он такой же дикарь, как сама Фланна! Сколько раз ему попадало на орехи!

— И неудивительно, — отмахнулась она. — Фингал — самый младший, поэтому ему вечно достается от остальных!

Не умей он постоять за себя, его просто пришибли бы! Пусть Фингал едет в Гленкирк! Хочу, чтобы у него был шанс на лучшую жизнь. Кроме того, твоя сестра сама послала за ним.

Не оскорбишь же ты отказом герцогиню Гленкирк! Она важная дама. Да и для чего тебе парнишка? Тут ему все равно нечего делать.

— О, так и быть, женщина, прекрати нытье! Пусть едет, если так уж приспичило, — отмахнулся Олей и обратился к солдату:

— Ты поужинаешь с нами? Завтра утром и отправитесь?

Йен почтительно поклонился.

— Я бы с удовольствием, сэр, но хозяйка велела немедленно привезти мальчика. Она даже дала для него лошадь.

Кузен короля гостит в Гленкирке, и, думаю, она хочет, чтобы парень увидел столь знатную особу.

— Какого еще короля? — бросил Олей.

— Карла, разумеется, Карла Стюарта, внука последнего Якова. Его изгнали из Англии, но с распростертыми объятиями встретили в нашей прекрасной Шотландии и на следующей неделе коронуют в Сконе, как повелел Господь.

— Сейчас же приведу сына, — взволновалась Уна. — Подумать только, Олей, наш сын увидит самого принца!

Она проворно выбежала из зала.

— Не принца, — поспешно поправил Йен, — а королевского кузена. Он герцог Ланди и тоже зовется Чарлзом Стюартом.

— Брат — бастард Гленкирка? — напрямик спросил Олей.

— Да, сэр, — ответил Йен, инстинктивно понимая, что здесь не стоит вилять и уклоняться от ответа. Кроме того, Олей Броуди, очевидно, знал куда больше, чем казалось окружающим. — Его прозвали Стюарт-с-другой-стороны-одеяла. Он вдовец и попросил укрыть в Гленкирке своих детей.

— Мудро, весьма мудро. Думаю, моя сестра как следует позаботится о малышах. Теперь я понимаю, почему она позвала Фингала. У этого герцога есть сыновья, верно?

— Двое и одна дочь, — подтвердил Иен.

— Фланна желает, чтобы парень помог ей, и хотя Фингал — завзятый озорник, все же на него можно положиться.

Моя сестра уже носит ребенка?

Йен вспыхнул до самых корней каштановых волос.