Нечисть в помощь - Снежная Дарья - Страница 1

Дарья Снежная

Агентство «ТЧК». Нечисть в помощь

Отчет № 1

О пропавших кинжалах

Примечание Сабрины: это не я! Он сам полез ее спасать!

Солнце уже давно заливало комнату ярким светом, так что мне с большим трудом удавалось не жмуриться. Из полуоткрытого окна долетал утренний шум: сигналили раздраженные бесконечными пробками водители, пыхтели автобусы на остановке, то и дело доносились надрывные вопли мигалок. Но я добросовестно притворялась спящей, дожидаясь, пока Игорь наконец уйдет на работу.

Он не торопился. Неспешно выпил свой утренний кофе, почитывая «Бизнес-журнал», потом долго полоскался в душе. Вышел оттуда такой свежий и благоухающий, что аж противно. Еще дольше топтался в комнате, всем своим видом демонстрируя, что выбирает одежду (в ряду совершенно одинаковых белых рубашек и темно-синих костюмов!), а вовсе не дожидается, что я проснусь и одарю его поцелуем.

Фиг ему!

Наконец моего виска коснулись сухие губы. Пришлось недовольно хныкнуть и натянуть одеяло на голову. Игорь прекрасно знал, что будить меня себе дороже, а потому поспешно убрался. Из коридора долетело прощальное звяканье ключей, после чего в квартире воцарилась тишина.

Я тут же откинула одеяло в сторону и блаженно потянулась на шелковых простынях. Этого постельного набора, привезенного Игорем специально для меня из Японии, мне определенно будет не хватать. Или с собой забрать? Решив, что это «богатство» в чемодан не влезет – да и что я, побирушка какая-то – белье красть? – я вскочила и занялась делом. На сборы есть не больше часа. Позже Игорек начнет названивать, чтобы пожелать мне доброго утра, поймет, что телефон отключен, и тут же примчится со скоростью света.

Аккуратность никогда не входила в число моих основных достоинств, а потому добрую половину своего гардероба я оставила Игорю на память, взамен прихватив фикус. Вообще-то это была орхидея с роскошными белыми цветками на хрупком стебле, которую я приволокла с улицы: кто-то умудрился забыть ее на автобусной остановке. Но слово «фикус» короче и понятнее. Готова спорить на какие угодно деньги, что на работе, где цветку предстояло теперь поселиться, его все равно именно так и обзовут.

Прощальные записки – мой конек. На составление послания не ушло много времени, но, думаю, Игорек оценит. И не обидится. А то, что порыдает пару дней, так оно и к лучшему. Потом найдет себе другую. Молодые, красивые и богатые бизнесмены в кровати одни долго не залеживаются.

В таком виде – с чемоданом в одной руке и с фикусом в обнимку, одетая во что пришлось, с нечесаной гривой волос – я выскочила из элитного лифта элитного дома, попрощалась с элитной консьержкой, раскланялась с элитным охранником, после чего едва ли не вприпрыжку направилась к метро. На мое счастье, я относилась к той уникальной категории людей, которые подземку любят. Нет, жаловаться на давку, духоту, грязь и грубость приходилось время от времени и мне. Но в общем и целом я решительно не понимала, как можно променять милый моему сердцу грохот вагонов под рев музыки в наушниках на унылое простаивание в многокилометровых столичных пробках. Права на вождение у меня имелись, и одно время я даже изображала отчаянную гонщицу и любительницу скорости, однако с недавних пор забросила их в самый дальний карман сумочки и больше не доставала. Ни права, ни сумку, уж больно отвратительный у нее был цвет.

«C’est le bien qui fait mal!»[1] – заверещал мобильник голосами французских исполнителей рок-оперы, и я запоздало спохватилась, что забыла его отключить. На мое сомнительное счастье, это оказался не Игорь, а Князь.

– Сабрина? – утвердительно осведомился холодный веский голос в трубке. – Где тебя черти носят, позволь узнать? Ты должна уже две минуты как быть на работе.

Я машинально сверилась с часами – девять же. Ах да, и две минуты!

– Скоро буду, – туманно отозвалась я, прикидывая, что в пределах Москвы час – это очень даже «скоро». Кто ж знал, что Игорю именно сегодня приспичит уйти на работу позже?

– Уволю к чертовой матери, – устало вздохнуло начальство и отключилось.

Отсутствие пунктуальности было для Князя самым страшным и в принципе единственным грехом. Все остальные он не признавал и с удовольствием им предавался во внерабочее время. Специфическая вампирская физиология исключала разве что один из них. Но что поделать, ради вечной жизни можно и отказаться от такой малости, как постельные утехи.

Не успела я ткнуть в спасительную кнопку «отключить», как телефон разразился очередной трелью. На этот раз веселым «А нам все равно: не боимся мы волка и сову».

– Сабрина, тут… приперлись… Князь… всех убьет… никого… – Отчаянный шепот Фея долетал до меня через раз, однако стоило вагону остановиться на станции, как прозвучало совершенно несчастное: – А я не знаю, что мне делать с толпой одетых в кожу и цепи мужиков!

– Спроси, что они предпочитают: хлыст или плетку, – хихикнула я, вызвав испуганное недоумение на лице сидящей рядом девушки и прицельную заинтересованность во взгляде парня напротив.

Мученический стон на том конце стал мне ответом.

– Проводи их в кабинет и предложи выпить. Только не молочные коктейли, хорошо? Я скоро буду. – В конце концов, если я не стесняюсь врать начальству, то коллеги пусть тоже терпят.

Телефон наконец был выключен, громкость в наушниках усилена, и я закрыла глаза, откинувшись на спинку сиденья. Почувствовала, как паренек, отчаявшись привлечь мое внимание, переключил страстный взгляд на мою соседку и как мужчина неподалеку, наоборот, оживился. Только привлекли его не мои сомнительные в отсутствие утреннего туалета прелести, а чемодан, который я поставила чуть в сторонке, чтобы не мешал. Я насмешливо взглянула ему прямо в глаза, мужчина тут же смутился и с нарочитым интересом начал изучать рекламу средства от поноса. А напротив меня висел плакат с мистически сверкающими в глубине голубого магического шара глазами без зрачка и радужки. Очередная Ванга предскажет будущее, сделает приворот, отворот… и от ворот поворот, если денег у вас для этого недостаточно. Я невольно скривилась. Подобную рекламу давали лишь шарлатаны. На действительно имеющие хоть какое-то отношение к миру магии и мистицизма конторы вроде нашей можно выйти только путем перешептываний и слухов, и, как ни странно, недостатка клиентов у нас не наблюдалось.

Человечество меня удивляло. Массово отрицая наличие любой сверхъестественности, не обоснованной научными доводами, оно тем не менее так же массово зачитывалось фантастической литературой, засматривалось фильмами про супергероев и могучих волшебников, верило в дурные приметы и тратило миллионы на гадалок и экстрасенсов. И даже когда этих «нормальных» людей ткнешь носом в нечто явно ненормальное, они все равно обязательно придумают этому логическое объяснение. Вот, например, стоит мне сейчас вскочить и начать швыряться огненными шарами, в «Новостях» это потом назовут экстремальной выходкой, а выложенный в сеть ролик очевидца сочтут умелым монтажом. Впрочем, это сплошные фантазии: швыряться огненными шарами я не умела. В конце концов, я же не какой-то там темный маг, а всего лишь суккуб. Зато, в отличие от тех же темных магов, редкий вид – хватай, а то убежит.

Я усмехнулась про себя и машинально поправила спускающийся чуть ниже ключиц овальный металлический медальон с замысловатым китайским иероглифом «Змея»[2]. Носить такие заставили всех мне подобных еще в начале прошлого века, чтобы не смущать прочую нечисть и ставить ее в известность, с кем имеют дело. Не знаю, кому это помогло, ведь наши так называемые чары не на магии основаны, а на особой чувствительности к мужским желаниям и способности мгновенно изменять внешность. Когда к мужчине подходит девушка из самых смелых его фантазий и предлагает прокатиться в то место, о котором он давно мечтал, попивая любимый «Джек Дэниэлс», под звуки обожаемых «Роллинг Стоунз», ему частенько совершенно наплевать на то, что там болтается у нее на шее, если только у него нет аллергии на китайский. И хотя мои немногочисленные «родственницы» с тех пор не уставали твердить, что это является ущемлением их прав на самовыражение и индивидуальность, ведь на оборотней, например, никто не вешает табличку «Осторожно, злая собака!», – лично мне медальончик нравился, коллегам нравился его смысл, так что все были довольны.