Околдованная - Смолл Бертрис - Страница 99

— Мама будет в бешенстве, — предупредил Чарли.

— Мы отвлечем ее, заняв поисками жены для тебя, — решила Отем.

— Не нужна мне жена, — проворчал он, — что бы я там ни плел матери. Кроме того, у меня уже есть наследники.

— Да, два сына, которых ты не видел несколько лет и которые наверняка стали маленькими дикарями, — отпарировала Отем. — Что тебе следовало бы — так это привезти их и Сабрину из Шотландии, пока не началась зима!

В глазах Чарли зажегся огонек.

— Да, ты права! — ахнул он. — Ты, моя маленькая умная сестричка, абсолютно права. Мы легко отвлечем маму, обременив ее троицей сорванцов! Я подожду несколько дней, пока ты не освоишься при дворе. Потом, если ты предоставишь мне свободу, немедленно отправлюсь в Шотландию и появлюсь на пороге Королевского Молверна с кучей ребятишек.

У мамы просто не останется времени задавать вопросы, на которые у меня нет желания отвечать. Так что придется во всем оправдываться тебе, дражайшая сестрица.

— Согласна! — жизнерадостно воскликнула Отем.

— В таком случае познакомься со всеми, кого здесь следует знать, — решил Чарли и подвел ее к Джорджу Вилльерсу, герцогу Бекингему, и Габриелу Бейнбриджу, герцогу Гарвуду.

— Мои родители дружили с вашим отцом, — сообщила Отем Бекингему, — и даже прозвали его Стини.

— Я не знал своего отца, — вздохнул тот. — Его убили, когда я был совсем маленьким, а мать носила моего брата.

— Как грустно! — искренне посочувствовала Отем. — Я так рада, что успела узнать своего!

— Да, вы счастливица, госпожа маркиза, — согласился герцог.

Они вернулись в покои Чарли за плащом Отем и спустились в Грейт-Корт, где ожидал экипаж. Отем уже хотела подняться по ступенькам, как к ней приблизился скромно одетый джентльмен.

— Госпожа маркиза, — шепнул он, — я Уильям Чиффинч, слуга его величества, и послан за вами. Прошу вас следовать за мной.

Лицо Отем исказилось от ярости.

— Сэр, — холодно бросила она, — можете передать его величеству, что я не какая-то жалкая шлюха, которую можно подобрать на улице. Я живу в доме графа Линмута на Стрэнде. Если его величеству угодно видеть меня, пусть приезжает, когда захочет. — И повернувшись, уселась в карету. — Чарли Ты идешь или остаешься во дворце?

Герцог Ланди безмолвно махнул сестре рукой, не зная, смеяться или сетовать. Карета медленно выкатилась через Уайтхолл-гейт.

Первым прервал напряженное молчание Бекингем:

— Ну и ну! Черт меня побери, если твоя сестра не перешла все границы! Подумать только, женщина, которая заставила короля плясать под свою дудку! Не могу дождаться, когда расскажу своей кузине Барбаре! Если он поедет, она будет рвать и метать, хотя даже Барбара не настолько глупа, чтобы поверить, будто король все это время станет жить в целомудрии. Но что бедняга может поделать с таким огромным животом! — фыркнул Бекингем.

— Не считаете, что король оскорбится? — встревожился Чарли.

— Черт возьми, нет! — заверил Бекингем. — Наоборот, будет заинтригован, что какая-то женщина отказалась покорно последовать за мистером Чиффинчем. Не так ли, мистер Чиффинч? — осведомился герцог, весело ткнув слугу локтем под ребро.

— Мне не полагается обсуждать подобные вещи, милорд, — ответствовал тот, хотя в уголках его губ играло некое подобие улыбки.

— Что ж, так и передайте хозяину, Чиффинч, — посоветовал Бекингем. — Я бы дал золотую монету, лишь бы присутствовать при этом, но, думаю, вы не позволите нам, Чиффинч, не так ли?

— Боюсь, не имею права, ваша светлость, — кивнул слуга и с поклоном отошел.

— Пойдемте, джентльмены, — предложил Бекингем, — сыграем партию в карты.

Габриел Бейнбридж, до сих пор молчавший, вдруг рассерженно вскинул голову.

— Как вы могли допустить это, Чарли?

— Скажите лучше, как я мог помешать? Отем не ребенок, милорд. Она взрослая женщина, вдова и имеет собственное состояние.

Герцог Гарвуд вздохнул.

— А я хотел поближе узнать ее, — грустно признался он.

— У вас еще будет шанс, — утешил Чарли. — Как только мадам Барбара появится при дворе, она немедленно позаботится о том, чтобы моя сестра убралась восвояси. Отем — всего лишь развлечение, и притом временное. Король и леди Барбара вместе выросли, вместе перенесли ссылку и имеют друг с другом куда больше общего, чем с моей сестрой. Кроме того, его величеству предстоит в скором времени выбрать королеву, и тогда, друг мой, у него не останется времени на развлечения.

— Вы так небрежно рассуждаете о бесчестии сестры? — удивился герцог Гарвуд.

— Думаю, нет никакого бесчестия в том, чтобы прослыть любовницей короля, — возразил Чарли. — Во всяком случае, так всегда считали женщины моей семьи. Вы помните мою сестру как отважную глупенькую девчонку, застрелившую вашего солдата. Но она давно уже другая. Отем — женщина, которая любила, родила мужу ребенка, жестоко страдала, оставшись вдовой, была в милости у короля Людовика, который принудил ее стать своей любовницей всего через год после кончины Себастьяна. Ее вторая дочь — ребенок Людовика. Отем давно выросла. Теперь она зрелая умная женщина.

— Ваша сестра сказала правду: она не дешевая шлюха! — внезапно взорвался герцог Гарвуд. — Она великосветская куртизанка, милорд, а вы ничем не лучше ее сутенера!

— Я не потребую удовлетворения за эти оскорбления, милорд, поскольку вижу, что вы питаете к моей сестре неразделенную любовь. Вы разочарованы и несчастны, но на этот раз я вас прощаю. Я тоже был молод и влюблен.

— Но я вовсе не влюблен! — запротестовал Габриел.

Однако Чарли понимающе усмехнулся и качнул головой.

— Ваше время придет, сэр, — пообещал он, — но учтите, ни я, ни мои братья не позволим пренебрежительно обращаться с Отем и тем более ее оскорблять. Надеюсь, вы это понимаете?

— Этого можете не опасаться, ваша светлость, ибо я не собираюсь впредь иметь ничего общего с этой особой, — сухо процедил Бейнбридж.

— Тем хуже для вас, — пожал плечами Чарли, гадая, что сказала бы на это сестра.

Правда, он не собирался передавать этот разговор: скоро у Отем и без того будет полно забот. Если она в самом деле верит, что положение тайной любовницы Людовика ничем не отличается от роли явной и к тому же временной забавы Карла, то сразу же обнаружит, как жестоко ошибалась.