Околдованная - Смолл Бертрис - Страница 86

— Совершенно верно, — согласился король. — Я не знал, что в родословной госпожи маркизы есть и такие страницы.

Значит, наши семьи были связаны и раньше! Жаль, Монруа, что в ее жилах нет королевской крови! Какой идеальной королевой она могла бы стать!

— И правда, ваше величество, — поддакнул придворный, снова кланяясь. — А ваше величество ничего не желает написать госпоже маркизе? Несколько добрых слов пришлись бы весьма кстати.

— Позови кого-нибудь из секретарей, — приказал король и, когда граф исполнил повеление, продиктовал письмо к Отем. Заверил ее в дружбе и преданности. Выразил восхищение новостями и одобрил выбранные ею имена. Дал ребенку фамилию «де ля Буа» и отписал в его пользу доходы от маслоделен и сыроварен Шамбора и Шенонсо, которые будут выплачиваться регулярно начиная с этого месяца. Известил, что связь между ними будет поддерживать граф де Монруа, который станет сообщать королю о здоровье Отем и ее детей. И закончил послание просьбой нанять хорошую кормилицу, ибо ожидал появления Отем в Шамборе в октябре следующего года, когда приедет поохотиться.

Шамбор, по его мнению, потеряет всю свою привлекательность без его драгоценной.

— О, мама! — счастливо воскликнула Отем, прочтя письмо. — Ты была права! Я так счастлива!

— Неужели она любит его? — в ужасе прошептал граф герцогине.

— Нет-нет! — заверила Жасмин. — Просто чересчур чувствительна, как все женщины в ее положении. Пока вас не было, она успела убедить себя, что король забыл о ней и отречется от ребенка. Его великодушие вернуло ей уверенность в себе. — И погладив графа по руке, добавила:

— Бедняга Ги Клод! Лишен придворных развлечений и вынужден играть роль няньки chere amie11 короля. Я рада за свою дочь, но готова проливать слезы по вас.

— Честно говоря, — признался Монруа, — сам я предпочел бы остаться здесь. Париж — настоящая клоака для таких, как я, провинциалов, охотников за богатыми невестами. Город невыносимо грязен, и жить в нем весьма накладно. Нет, мадам, уж лучше жить спокойно в своем замке. К тому же мадам Сен-Омер нашла мне подходящую невесту. Я последую ее совету и посватаюсь.

— Кто она? — полюбопытствовала Жасмин.

— Единственная дочь зажиточного виноторговца и наследница своего папочки. Правда, кровь у нее не голубая, зато семья почтенная. Сама девушка воспитывалась в монастыре, так что приобрела некоторые познания заодно с манерами. Мой же род, пусть и благороден, но небогат и, уж конечно, невлиятелен. Кроме замка и земель, у нас почти ничего нет. Зовут мою будущую невесту Сесиль Буже.

— Когда же свадьба? — расспрашивала герцогиня.

— Скорее всего в будущем году. Но сначала мне нужно выполнить свой долг перед Отем и его величеством.

— Послушайтесь меня и женитесь после следующего приезда короля в Шамбор. Не стоит рисковать таким сокровищем, дорогой граф. Лучше всего прямо сейчас договориться о точной дате, — заметила Жасмин.

— Кажется, вы правы, — кивнул граф.

— Привозите ее в Бель-Флер и познакомьте со мной. В сложившихся обстоятельствах ей не стоит встречаться с Отем.

Не хотите же вы оскорбить ее папашу. Пусть лучше чувствует, какая честь ему оказана. Сама герцогиня удостоила его знакомством!

— Мадам, как мне благодарить вас? — улыбнулся Монруа, целуя ее руки.

— За что это он тебя благодарит? — вмешалась Отем и, выслушав объяснения матери, вздохнула:

— Вы так добры ко мне, Ги Клод! Когда скандал немного утихнет, приезжайте с невестой в Шермон. Простите за то, что задерживаю вашу свадьбу!

— О, я еще не перебесился, — усмехнулся граф. — Ну почему это женщины вечно спешат поскорее женить несчастного холостяка?

— Потому, что без нас вы вечно попадаете в беду, — со смехом пояснила Жасмин.

— А уж с вами одни неприятности! — парировал он. — В Париже только и разговоров, что о предстоящем браке короля. Анна Австрийская хочет сосватать ему свою племянницу Марию Терезию Испанскую, но ходят слухи и о Маргарите Савойской. Они с королем прекрасно ладят и, кажется, нравятся друг другу. Конечно, сейчас, когда король увлекся… — Граф прикусил язык и покраснел.

— Продолжайте! — попросила Отем. — Вы никоим образом не раните мои чувства! Нас с королем ничего не связывает, кроме постели! Это племянница кардинала Мария Манчини?

Он часто упоминал о ней.

— Да, — пробормотал Ги Клод. — Сплетничают, что кардинал крайне недоволен своей родственницей. Он не раз просил ее уйти с дороги его величества, но тот не позволяет, так что роман разгорается все сильнее.

— Она глупа! — воскликнула Жасмин. — Король все равно не женится на особе незнатного рода, но у нее не хватает ума отступить с достоинством.

— Она не сделает этого, пока король сам не удалит ее от двора. По-моему, он еще надеется бросить вызов всему миру и повести ее под венец, — возразил граф.

— Этому не бывать, — покачала головой Отем. — Король по-своему благороден, но долг прежде всего. Кардинал Мазарини недаром был его наставником, и он не разочарует ни его преосвященство, ни свою матушку. Женится на той, кого они выберут, и исполнит свои обязанности перед ними и Францией. Боюсь, мадемуазель Манчини ждет огромное разочарование. Я достаточно хорошо узнала короля, чтобы утверждать это.

— Ее выдадут замуж за богатого и влиятельного дворянина. Кардинал в состоянии дать ей великолепное приданое и тем самым погасить гнев оскорбленного тщеславия. Она не любит короля и к тому же чересчур горда. Больше всего на свете ей хочется стать королевой и властвовать над теми, кто презирал ее за низкое происхождение, — заметил Ги Клод.

— А король? Любит ее? — вырвалось у Отем.

— Воображает, что любит, но на самом деле скорее очарован самой идеей любви. Как вы убедились сами, он непостоянен. Женится, подарит Франции наследника и тут же заведет еще дюжину любовниц. При дворе немало красивых, готовых на все дам, а когда там появится королева, их станет еще больше.

— Удивляюсь, как это король вообще обратил на меня внимание, — призналась Отем, невольно поднося руку к животу, где уже зарождалось слабое биение жизни.