Новая любовь Розамунды - Смолл Бертрис - Страница 47

— Он безупречно честен, баронесса, и только честь удерживает его от вступления в «Священную лигу». Франция всегда была союзником Шотландии. У короля Якова нет причины предавать короля Людовика, и он не собирается этого делать. Генрих Тюдор знает об этом и решил воспользоваться своим знанием, чтобы натравить папу на Францию и посеять раздор между Шотландией и Святым престолом. Генрих Тюдор — честолюбивый и опасный человек. Полагаю, баронесса, что ваш император понятия не имеет о том, каким коварным союзником он обзавелся в лице английского короля.

— Но чего же вы хотите от императора, милорд? — недоуменно спросила баронесса. — Император Максимилиан тоже человек чести. Он уже присягнул на верность папскому союзу. Вы сами понимаете, что выбора у него не было, так как правит он лишь с благословения папы.

— Я понимаю, что ваш король не менее верен данному слову, чем мой, — ответил граф. — Но Шотландия считала своим долгом предупредить Максимилиана о том, что он имеет дело с ненадежным партнером в лице Генриха Тюдора. Мой господин просит вашего лишь осознать, что Англия не ударит и пальцем о палец, если не будет считать, что это ей выгодно. Скажите честно, вы хотя бы на миг поверили в то, что король Генрих отправит свои войска на континент для войны с Францией? Возможно, пошлет. А возможно, и нет. Все его действия направлены на то, чтобы развязать войну с Шотландией и при этом получить полную поддержку папы, Испании, Венеции и вашего императора. Но какую выгоду принесет императору война Англии с Шотландией? Тем более что сама Шотландия благоденствует и процветает. Мы довольны своей жизнью и не желаем ни с кем воевать.

— А разве ваша королева не родная сестра Генриха Тюдора? — удивилась баронесса.

— Да, это так. Но для короля Англии это не играет никакой роли. Возможно, вам доводилось слышать о том, что бабушка королевы Маргариты завещала разделить свои драгоценности на три равных части между двумя внучками и внуком. Однако король Генрих не пожелал отдать ту долю, что предназначалась королеве Маргарите. В конце концов наша королева не без горечи должна была сказать своему младшему брату, что он может оставить эти вещи себе, потому что король Яков подарил ей в два раза больше. Галантный жест, потому что королеву Маргариту не волновала их стоимость. Их ценность для нее заключалась в другом: это была память о любимой бабушке королевы. Маргариту недаром окрестили в ее честь. Вот вам подтверждение того, каков характер у Генриха Тюдора, короля Англии.

— Это чрезвычайно любопытная информация, милорд, и я очень признательна за то доверие, которое вы продемонстрировали, поделившись ею со мной. Тем не менее ваш король должен знать, что император Максимилиан не откажется от союза, заключенного с папой и его сторонниками. — Баронесса произнесла эти слова твердым голосом, но Патрик сумел различить в нем нотки сомнения. Граф поделился с баронессой весьма ценной информацией, ей очень не хотелось его разочаровывать. Она попыталась смягчить свой отказ сочувственной улыбкой. — Как жаль.

— Король Яков никогда не предложил бы благородному джентльмену нарушить данное им слово, баронесса, — продолжал граф со сдержанной улыбкой. — Он лишь надеется на то, что переданные им подробности помогут императору составить более полное представление о характере Генриха Тюдора и заставят относиться к нему с крайней осторожностью.

— Я непременно сделаю так, что императору станет известно обо всем, что вы мне сегодня рассказали, милорд, — пообещала баронесса, вставая с кресла. — Полагаю, теперь нам лучше вернуться на террасу и постараться сделать это как можно незаметнее. В противном случае наши отношения немедленно станут предметом для сплетен. Меньше всего я бы хотела доставлять неприятности вашей любовнице. Она очень красивая женщина. По-моему, она не шотландка.

— Да. Она англичанка, — немного оторопев, отвечал Патрик. Баронесса действительно шла к цели напролом, с жадностью добывая любые крохи информации. — Розамунда — близкая подруга королевы.

— Ах, так вот где вы познакомились! При дворе короля Якова! Ну конечно, а как же иначе!

— Да, — подтвердил граф и взял Ирину фон Крюзенкам за руку, чтобы провести по темному коридору от библиотеки до террасы, где веселились остальные гости.

— Лорд Ховард знает ее? — продолжила свои расспросы баронесса.

— Розамунда говорит, что они не были знакомы, — ответил Патрик, задержавшись у входа на террасу.

— И вы ей верите? — Баронессу явно заинтересовали отношения между шотландским графом и английской леди, являвшейся подругой королевы и в то же время незнакомой с английским послом. Ведь если леди действительно подруга королевы, они непременно должны были встречаться с лордом Ховардом при дворе Генриха Тюдора.

— А почему я не должен ей верить? — удивился Патрик.

— Милорд, что я слышу? Неужели вы и правда так наивны? — воскликнула Ирина фон Крюзенкам.

— Патрик не удержался от смеха — он отлично понимал, что ее так удивляет.

— В детстве Розамунда некоторое время состояла при английском дворе. Тогда они и подружились с Маргаритой Тюдор, но почти всю жизнь Розамунда провела дома, в Камбрии, что на самой границе Шотландии и Англии. Вот почему при дворе короля Генриха Восьмого она не имеет никаких связей.

— А равным образом и мужа, — подхватила баронесса.

— Да, Розамунда — вдова, — сообщил Патрик и добавил, опережая очередной вопрос баронессы: — С тремя дочерьми и довольно большим поместьем. Вы это хотели знать, мадам?

Баронесса густо покраснела, от чего неглубокие оспины на ее лице стали гораздо заметнее.

— Простите мою назойливость, милорд. Но мой долг — собрать для императора как можно больше сведений. Однако сегодня я позволила себе переступить границы приличий и прошу меня извинить.

— Для меня просто немыслимо не простить вас. — Патрик улыбнулся, задержав взгляд на выдающемся бюсте баронессы, затем поднес ее руку к губам и запечатлел на ней вежливый поцелуй.

— У вас весьма учтивые манеры, милорд, — заметила низким грудным голосом баронесса и нехотя отняла руку, подумав про себя о том, что не прочь была бы соблазнить этого горца. Он далеко не молод, но его совсем еще юная любовница, по-видимому, вполне удовлетворена. Баронесса посмотрела на графа с некоторым интересом.

— Я польщен, — учтиво поклонился граф, — но слишком влюблен в мою леди.

Баронесса снова залилась краской.

— Вы умеете читать мысли, милорд? — со злостью в голосе спросила она, злясь не столько на графа, сколько на себя за свою несдержанность.

Патрик слегка усмехнулся и сказал:

— Не надо злиться, милая Ирина! Я действительно польщен вашим вниманием.

Патрик раскланялся с собеседницей и вернулся на террасу. Незаметно проскользнув на свое место возле Розамунды, он наклонился и поцеловал ее в плечо.

— Она выглядит обиженной, — заметила Розамунда. — Что ты сделал?

— Я ее отверг, — прошептал в ответ граф.

— Полагаешь, это было разумно? — спросила Розамунда.

— Что я слышу? По-твоему, я должен был ее соблазнить? — Патрик казался явно удивленным.

— Нет! Но ты мог бы дать ей повод надеяться и тем самым сохранить дружеские отношения, — объяснила Розамунда.

— Она задает слишком много вопросов, — пояснил граф.

— И в основном обо мне, насколько я могу судить. Конечно, она будет обо мне расспрашивать. Говорят, она очень дружна с лордом Ховардом. Во всяком случае, он так считает.

— Ну да, его нетрудно заставить во что-то поверить. Но положись на мое слово, Розамунда, когда я тебе скажу, что милая Ирина не ступит и шагу, прежде чем не прикинет, как к этому отнесется император и как это повлияет на ее положение. Соблазняя английского посла, она не принесет пользы ни себе, ни императору Максимилиану, — сделал вывод Патрик и, усмехнувшись, добавил: — А вообще-то она довольно лакомый кусочек! Хотя и немного тяжеловесный!

Патрик рассмеялся еще громче в ответ на убийственный взгляд Розамунды.