Невольница любви - Смолл Бертрис - Страница 9

И, не откладывая дела в долгий ящик, Индия совершила набег на склады торговой компании «О'Малли — Смолл», где хранились великолепные материи, привезенные матерью с родины почти двадцать лет назад. Их оказалось столько, что вполне можно было одеть Индию, Фортейн, да еще останется на приданое младшей сестренке Отем. Она тщательно выбирала цвета и оттенки, выгодно сочетавшиеся с темными волосами и белоснежной кожей, а потом лично надзирала за шитьем новых туалетов, выглядевших куда богаче и роскошнее, чем обычно носили при английском дворе. Уверенная в том, что ее наряды ничуть не уступают нарядам королевы и ее фрейлины, Индия с нетерпением ждала минуты, когда отправится во дворец.

Король и королева повторно обвенчались в аббатстве Святого Августина, что в Кентербери, и отправились в Лондон по реке, поскольку в городе началась чума. Появление царственной четы в городе отмечалось далеко не столь парадно-торжественно, как ожидала Генриетта-Мария. Тем не менее молодая королева милостиво махала ручкой в окно барки собравшимся на берегу Темзы толпам любопытных, мокнувших под проливным дождем. К тому же дул почти штормовой ветер и холод был неимоверным. Король вел себя куда более сдержанно, с величественным видом и хмурым лицом принимая знаки восхищения. Потом, однако, королева поспешно удалилась в свои покои, где несколько дней приходила в себя после долгого путешествия. И только в конце июня объявила, что полностью оправилась и готова к официальному оглашению их свадьбы.

Церемония состоялась в парадном зале дворца Уайтхолл. Король и королева сидели на тронах во время чтения брачного контракта собравшимся придворным и высшим сановникам церкви и государства. Индия почти ничего не слышала, поскольку непрерывно вертела головой, и успокоилась, лишь убедившись, что одета лучше всех англичанок. Фортейн, конечно, хихикала и закатывала глаза, когда Индию затягивали в узкий корсет, но та считала, что результат стоит всех мук и неудобств: маленькие груди соблазнительно вздымались над глубоким квадратным вырезом. Само платье было сшито из винно-красного шелка, с широким кружевным воротником, закрывавшим плечи. Рукава доходили до локтя, а в прорезях переливалась золотом и слоновой костью дорогая парча в тон изящным нижним юбкам, видневшимся в разрезах верхней. Герцогиня не дала дочери свои знаменитые рубины, считая, что девушкам больше подходит жемчуг. Прическа Индии была не менее модной: густые локоны, собранные в узел на затылке, одинокая кокетливая прядь, перевитая лентой, свисает над левым ухом.

— Будь я проклят, если это не самая пленительная фея, которую когда-либо видел свет! — прошептал Адриан Ли, виконт Туайфорд, своему другу, лорду Джону Саммерсу.

— Не про твою честь. Слишком богата, — сухо бросил тот.

— Ты знаешь ее, Джонни? И почему это вдруг я не имею права добиваться столь великолепного создания?

— Потому что она дочь герцога Гленкирка и сестра маркиза Уэстли. Девственница и к тому же наследница целого состояния. Я же сказал — не по себе выбираешь. Кроме того, ты и не думаешь о женитьбе и стремишься лишь соблазнить очередную доверчивую простушку. Попробуй проделать это с ней — и дни твои сочтены. Леди Индия Линдли — слишком лакомый кусочек, и кого бы ни выбрали для нее родители, ты в число счастливчиков не входишь.

— Но я рано или поздно стану графом Окстоном, Джонни, — возразил виконт. — И какая же из нее выйдет графиня! Индия? Какое странное имя!

— Герцогиня Гленкирк, ее мать, родом оттуда, хотя ее мать не то англичанка, не то шотландка. Не знаю точно. Но семья их знатна и богата и к тому же в дальнем родстве с его величеством. Сводный брат леди Линдли, герцог Ланди, — племянник короля. Незаконный, разумеется, но ты же знаешь, каковы эти Стюарты, Адриан!

— Ну и пылкие же дамы в их роду! — задумчиво протянул виконт.

— Поостерегись, Адриан, — предупредил лорд Саммерс. — Если твоя мама обнаружит, что ты заинтересовался столь необыкновенной девушкой, она очень расстроится. Я знаю, как она обожает тебя. Недаром говорят, что твоя мать никогда не поручит тебя заботам другой женщины.

— Матушке лучше бы оставаться в Окстон-Корте и приглядывать за отцом. Последние годы он почти не встает с постели, — кисло улыбнулся Туайфорд.

— Невеселое занятие для все еще красивой женщины, — заметил Джон.

— Да, сохранить молодость и красоту — ее главная и единственная забота и увлечение. Если не считать вполне определенных мужчин, конечно, — пожал плечами виконт. — Но она не станет препятствовать моей женитьбе, Джонни, особенно если я найду подходящую невесту, а на этот раз, кажется, мне повезло. Кроме того, моя обязанность — иметь наследника; по крайней мере отец будет доволен. — Адриан устремил умоляющий взгляд на собеседника:

— Придумай, Джонни, кто бы мог представить меня леди Линдли. Ты знаешь кого-нибудь из ее родственников?

— Только брата, Генри Линдли, маркиза Уэстли. Мое маленькое поместье граничит с его владениями в Кэдби. Если он здесь, думаю, вполне прилично обратиться к нему с подобной просьбой. У него добрая душа. Кстати, вот и он! — осмотревшись, обрадованно воскликнул лорд Саммерс. — Рядом со своим отчимом, герцогом Гленкирком. Пойдем, Адриан. Сейчас самое подходящее время.

Мужчины пересекли огромное помещение, с трудом пробираясь между гостями. После чтения брачного контракта король немедленно отправился в свои покои, чтобы без помехи пообедать, а королева, в свою очередь, удалилась к себе, оставив придворных слоняться по залу и сплетничать.

Наконец друзьям удалось приблизиться к тому месту, где стояли герцог с пасынком. Дождавшись, пока Генри обернется, лорд Саммерс объявил:

— Я поспешил выразить вам свое почтение, милорд, и представить близкого друга, виконта Туайфорда, который, увидев вашу сестру, леди Индию, неустанно твердит, что погибнет во цвете лет, если вы не познакомите его с ней.

И с этими словами лорд Саммерс дружески улыбнулся маркизу, который был младше его на три года.

— Представьте меня джентльменам, Гарри, — вмешался герцог Гленкирк, смерив оценивающим взглядом молодых людей.