Мое сердце - Смолл Бертрис - Страница 135

— Ты не надела ночную рубашку, — открыл он от удивления рот.

— Нет, Алекс, не надела, — поддразнила она его. Его руки сами собой сомкнулись вокруг нее. Боже, подумал он, какая же у нее мягкая и гладкая кожа.

— Велвет… — Его голос несколько изменился, пока он изо всех сил старался удержать себя в руках.

— Да, Алекс? — ласково и невинно спросила она.

— Чего ты хочешь от меня, Велвет? Господи, дорогая, я ведь обыкновенный человек!..

— Чего я хочу от тебя? — Она мягко рассмеялась. — Боже, Алекс. Я думала, ты поймешь. Я хочу, чтобы ты любил меня. Здесь. Сейчас. Сегодня ночью, мой дорогой.

Она теснее прижалась к нему, упершись своими округлыми грудями в его волосатую грудь, и, нагнувшись, тихонько покусывала ему мочку уха, пока он не застонал. Она просто сводила его с ума, и он подозревал, что она прекрасно сознавала это. Что же такое случилось с ней за эти последние несколько часов.

— Ты лишил меня девственности в этом самом замке почти три года назад, мой дорогой. Мы начинаем нашу супружескую жизнь сначала. И я хочу начать ее здесь, Алекс. Неужели тебе это не понятно?

Он не ожидал от нее такой сентиментальности, но это его не заботило. Важно было, что эта прелестная женщина, его жена, с которой он так долго был разлучен, предлагала себя ему, а он так хотел ее. Притянув ее голову, он нашел губы и поцеловал со всей горячностью, которая копилась в нем все эти два с половиной года. Он целовал ее, пока она совсем не задохнулась и губы у нее не заболели от его пылкости. Пытаясь ослабить напор его губ, она раздвинула губы, и его язык тут же проник глубоко ей в рот, чтобы любить ее с еще большим жаром. Их языки были как два пылающих шелковых флага, сплетавшихся и расплетавшихся раз за разом. Он взял ее лицо в свои руки.

— Посмотри на меня, Велвет! — Она медленно открыла глаза и посмотрела на него. — Я люблю тебя, дорогая. Ты понимаешь это? Я люблю тебя!

— И я никогда не переставала любить тебя, Алекс, — ответила она.

Однако между ними осталось и кое-что невысказанное.» Я никогда не переставала любить тебя, Алекс, но одновременно я любила и другого мужчину «. Она старалась, и со временем, он надеялся, воспоминания об Акбаре уйдут из ее сердца и души, а может быть, и из сознания.

— Ах, дорогая, — прошептал он, гладя ее щеку тыльной стороной руки, а другой поглаживая ее лоб. Потом его рот опять нашел ее губы, на этот раз целуя ее нежно и ласково, вновь привыкая к ее сладким губам. Покрыв поцелуями все ее лицо, он спустился к шее, задержавшись на маленькой ложбинке на ее горле, где крохотная жилка билась под его губами. Его длинные пальцы запутались в ее мягких волосах, а другая рука повернула к себе ее лицо.

Он осторожно укусил ее за подбородок, потом поцеловал уголки ее рта. Велвет высунула свой язычок, чтобы лизнуть его, и, наслаждаясь ее любовной игрой, он вступил в битву. Они дурачились и боролись так несколько минут, заново учась расслабляться в объятиях друг друга. Наконец он потерся носом о ее ухо и провел по нему языком.

— Ты восхитительна, дорогая, — прошептал он. Потом его рука обняла ее грудь, и, перевернувшись, он нашел вторую ее грудь и приник к ней губами. Пока рука мяла и ласкала одну, губы подвергали утонченной пытке другую грудь, ласково посасывая ее сосок. Постепенно он начал втягивать его в рот целиком, нежно покусывая, пронзая всю ее маленькими стрелками желания.

Велвет капризно пошевелилась под ним. Ее так давно никто не любил. На какое-то мгновение она почувствовала себя предательницей, но по отношению к кому? К Акбару, с которым ее связывал брак и ребенок, или к Алексу, который был ее единственным мужем перед Богом и совестью? Это слишком запутанная головоломка, чтобы быстро разобраться в ней, подумала она. Надо наслаждаться тем, что происходит здесь и сейчас, а не в давно минувшем.

Нетерпеливо пошевелившись, она выбралась из-под него и сказала:

— Я хочу любить тебя, мой дорогой.

— Ты и так любишь меня, Велвет, — ответил он, но она рассмеялась:

— Нет, милорд. Пока что ты любишь меня. — Она толкнула его на подушки. — Теперь я буду любить тебя!

Пока он пытался понять, что происходит, Велвет повернулась к нему спиной и, обхватив мужское копье одной рукой, склонила над ним голову и взяла его в рот, продолжая другой нежно гладить мошонку. На секунду Алекс застыл в изумлении. Он никогда не учил ее таким вещам! Где же она научилась этому? Следующим чувством, охватившим его, была волна жгучей ревности. Акбар! Она научилась этому у него! Она зажала его член нежными губами и определенно сводила его с ума, что, видимо, и было ее целью.

— Боже! — Слово с хрипом вырвалось из его горла, его гнев улетучивался, уступая место острому наслаждению, которое росло с каждым моментом.

Ее язык лизал его член на всю длину, дразня его покрасневшую головку. Его руки протянулись вперед, чтобы обхватить ее голову и поощрить к дальнейшим ласкам, а она исступленно сосала, пока в его мозг и во все тело вонзались острые, как ножи, копья желания. Член его затвердел как каменный.

Когда он больше уже не мог терпеть, готовый взорваться от желания, он приказал ей сквозь стиснутые зубы:

— Хватит, дорогая!

Уложив ее на подушки, он опустил свою голову между ее ног. До этого он никогда не пробовал, какая она на вкус там, но подумал, что если она научилась услаждать мужчину так, как она только что сделала, то Акбар наверняка познакомил ее и с другими удовольствиями. Он нашел маленькую жемчужину ее женственности и, дотянувшись до нее языком, начал нежно любить ее. Он был счастлив, когда услышал мягкий стон экстаза, вырвавшийся из ее губ.

— Тебе нравится так, дорогая? — прошептал он, и она смогла только крикнуть» да «, и ничего больше. Его язык продолжал ласкать ее шелковистую розовую плоть, пока она не застонала от желания.

Господи, как же хорошо, подумала она, пока ее страсть росла и росла. Легкие, как перышко, прикосновения его языка и губ к самому сокровенному женскому месту вели ее все дальше и дальше по дороге желания, так далеко, как она никогда еще не заходила. Велвет казалось, что и она не сможет выносить больше этой любви, но одновременно она думала, что не вынесет, если он вдруг остановится. Она чувствовала, что сейчас потеряет сознание, но это ее не волновало. На мгновение она мысленно перенеслась на несколько лет назад, к самому началу их супружеской жизни. Тогда он тоже любил ее страстно и нежно, но совсем не так, как сейчас. Его страсть была так велика, что казалось, испепелит их обоих. Наконец он поднял голову, с мягким смешком подтянулся на руках и лег на нее сверху. Взяв свой пульсирующий член в руку, он направил его в цель и ворвался в нее почти с яростью. Вскрикнув, Велвет подняла ноги, обхватила его спину, а руками шею, и так вместе они раскачивались взад и вперед, как бы танцуя в ритме любви.

— Я так долго ждал, дорогая, чтобы опять очутиться внутри тебя! — простонал он в пароксизме страсти, — О дорогой! — Она почти рыдала, воспоминания об их прежней близости переполняли ее душу. — Люби меня еще! Ты такой большой, мой дикий шотландец. Как ты наполняешь меня! Не переставай меня любить, Алекс! Не останавливайся!

Он и не собирался. Несколько долгих чудесных минут они провели, сплетясь в самом интимном из брачных объятий. Потом, не в силах больше сдерживаться, они одновременно достигли райских вершин, и он как бы взорвался в ней, выплеснув в нее свое желание.

— О, Велвет, дорогая! О прелесть моя! — задыхался он, не в силах сдержать чувства.

Он упал на ее грудь, и она крепко прижала его к себе, медленно выплывая из блаженства.» Неужели с ним всегда будет так, или это просто из-за возбуждения, вызванного нашим воссоединением?«— подумала она про себя. Ее пальцы пробежали по его прекрасным темным волосам, лаская его, любя его, и он чувствовал ее прикосновения, все еще пребывая в состоянии ошеломления.

Подняв голову, он посмотрел на нее, и Велвет неожиданно почувствовала себя уютно, в безопасности. Улыбнувшись ему в ответ, она мягко поддразнила его: