Любовь и опасность - Смолл Бертрис - Страница 85

– Но почему? – выдавил лэрд.

– Почему? Потому что я не ждала его милостей и великодушия, о которых, уверена, уже трубят при дворе. И я стала женой шотландца, а значит, по мнению короля Генриха, предала Англию. Поэтому он решил очернить доброе имя Стентона, сделав его убежищем для шотландского изменника.

И Адэр разразилась слезами.

– Никогда не прощу этого валлийского узурпатора! – всхлипывала она. – Никогда!

Конал нежно обнял жену и погладил по плечу.

– Ну-ну, девочка, не мучай себя, – просил он, целуя ее макушку.

Но Адэр вырвалась. Глаза ее горели ярче пламени.

– Я не стану терпеть деяний этого валлийца, называющего себя королем Англии! – воскликнула она. – Неужели он воображает, что если отныне я живу в Шотландии, значит, не смогу отплатить ему по достоинству?

– Адэр, – увещевал лэрд, – ты не можешь тягаться с королем. На то он и король.

– А я – госпожа Стентона или была таковой – возразила она. – Послушай, Конал, я не виновата, что родилась незаконной и Джону Радклиффу было известно, что во мне нет ни капли его крови. Но он любил меня как родную и еще до моего рождения сделал все, чтобы я смогла унаследовать титул и Стентон, и заручился клятвой короля Эдуарда Йорка при необходимости позаботиться обо мне. Мужчина, которого я всегда буду считать своим отцом, дал мне это имя. Я, как и отец, горжусь фамилией Радклифф. Радклиффы правили Стентоном более шестисот лет. Это старое и благородное имя. Я не позволю валлийскому выскочке, который сидит на английском троне, чернить имя моего отца. Я отплачу за все!

Херкьюлез слушал и понимающе кивал. Но что он мог сделать? Он не женат на леди, и она носит не его ребенка, так что беспокойство и тревога Конала Брюса вполне обоснованны.

– Но как ты можешь идти против короля Англии? – допытывался лэрд.

– Я уничтожу даже то малое, что осталось от Стентона. Сотру с лица земли. Останутся только пастбища да заброшенные поля. Ни деревни, ни дома, никаких примет, по которым можно было бы опознать и опозорить Радклиффов.

– Но тебе вот-вот родить! – напомнил Конал.

– Наш сын для меня важнее всего на свете. Я ни за что не подвергну его опасности и готова дать тебе слово, что не упомяну о Стентоне до самых родов. Но когда придет осень и над горами Чевиот-Хиллз поднимется яркая приграничная луна, мы отправимся в Стентон и исполним свой долг. Клянусь всемогущим Богом, милорд! Я сделаю все, что обязана сделать! – Теперь ее глаза горели решимостью.

– И Хепберны поедут с вами, мадам, – восхищенно добавил Херкьюлез. – С вашего разрешения, разумеется, милорд.

– Поскольку я достаточно мудр, чтобы знать, что моя жена непременно настоит на своем, – сухо отозвался лэрд, – то счастлив оказаться в компании Хепбернов из Хейлза.

И, снова обняв Адэр, тяжело вздохнул.

– Могу надеяться только, что сын, которого вы скоро родите мне, унаследует вашу отвагу, мадам.

– Обязательно, милорд, – пообещала Адэр. – Обязательно.

Глава 18

Джеймс Роберт Брюс родился дождливым июльским утром. Крупный краснолицый младенец, не успев появиться на свет, завопил на весь замок. При этом он энергично размахивал крепко сжатыми кулачками. Элсбет протерла его теплым оливковым маслом, громко расхваливая необычайно большие конечности и мужское достоинство, после чего туго запеленала и положила в колыбель. Конал не мог оторвать взгляда от своего первого сына, смотревшего на отца большими темно-синими глазами.

Адэр, хоть и устала, была на седьмом небе от счастья. Она потребовала немедленно показать ей малыша и нежно поцеловала мокрую темную головенку. На этот раз все действительно оказалось иначе. Мальчик был силен и крепок. Он обязательно выживет.

После того как вышел послед, она позволила обтереть себя и переменить белье и снова легла в свежезастеленную постель.

– Дайте мне сына, – снова попросила Адэр, и Конал, взяв мальчика из колыбели, положил его на руки матери. Адэр приложила сына к груди, и малыш стал шумно сосать, вцепившись губками в сосок.

Адэр довольно улыбнулась.

– Говорила же тебе, что будет сын! Не забудь показать его Мердоку, Дункану и всем членам клана.

– Хороший парень, – расплылся в улыбке лэрд. – Молодец, Адэр!

– Еще бы не молодец, – гордо согласилась она. – Тебе нужно отдохнуть, – мягко упрекнула Элсбет.

– Пусть малыш поест, нянюшка, – возразила Адэр, и Элсбет улыбнулась, услышав привычное обращение.

– Тебе понадобится няня, – напомнила она.

– Флора мне поможет!

– Да, а мне и Гризел останется вся тяжелая работа, – разворчалась Элсбет. – Я приведу еще одну женщину из деревни.

– Нет, – наотрез отказалась Адэр. – Конал, если ты действительно доволен сыном, которого я тебе родила, непременно должен кое-что мне подарить.

– Что ты хочешь? – удивился он, поскольку никогда не считал Адэр корыстной женщиной.

– Я хочу, чтобы ты поехал к Уилли Дугласу и привез Марджери, сестру Элсбет. Срок ее службы давно окончен, но если она не мертва, значит, осталась с ним, ибо ей больше некуда идти. Прежде чем я приведу из деревни другую женщину, хотелось бы убедиться, что Марджери жива и здорова. Вряд ли Уилли сделал ее своей любовницей – она не из таких женщин.

– Я поеду завтра, – пообещал Конал, и Элсбет расплакалась.

– Спасибо, – выдохнула Адэр. – Прекрати выть, нянюшка, испугаешь ребенка. – Она отняла малыша от груди и протянула отцу. – Отнеси Джеймса Роберта в зал и представь дядям и членам его клана. А я немного посплю.

– Благослови тебя Боже, цыпленочек мой, – шмыгнула носом Элсбет, выходя из спальни.

После их ухода Адэр долго лежала без сна: слишком велико было возбуждение. Она исполнила долг перед Клайтом. Теперь у Конала есть наследник. Остается только восстановить силы, и тогда она поедет в Стентон и исполнит долг перед Джоном Радклиффом и своими предками.

Она узнала, что Рамзи из Балмейна действительно обосновался в деревне Стентон и все лето совершал набеги на Шотландию из своего убежища. Каждый раз при мысли об этом Адэр переполнял гнев. Ничего, она выждет еще немного, прежде чем нанести удар. А когда она покинет те места, Стентон перестанет существовать. Больше никто не посмеет чернить имя Радклифф или Стентон, потому что их просто не останется на земле.

Из зала донеслись приветственные крики: очевидно, клан Брюсов вполне одобрял нового члена семьи.

Веки Адэр отяжелели, глаза закрылись, и она не проснулась даже, когда муж вечером пришел в спальню и лег рядом.

Ночью Флора принесла ребенка матери и приложила к груди. Лэрд пробудился и лег на бок, наблюдая, как сын энергично сосет материнскую грудь. Конал вдруг подумал, что никогда не видел зрелища прекраснее.

Наконец он снова заснул и, проснувшись на рассвете, быстро оделся, вышел из спальни и спустился во двор. Вскоре он в компании старшего брата уже выехал из замка. К его удивлению, Уилли Дуглас оказался дома. Не тратя времени на пустые разговоры, лэрд приступил к делу.

– Марджери по-прежнему с тобой? – спросил он.

– Да. Я оставил у себя старую ведьму даже после смерти жены.

– Я хотел бы поговорить с ней.

– Это еще зачем? – насторожился Дуглас.

– Срок службы Марджери давно кончился, – пояснил лэрд. – Ее сестра хочет провести с ней последние годы жизни. Элсбет – весьма важная персона в моем доме, и я счастлив ей угодить.

– Если она захочет поехать с тобой, я не против, – проворчал Уилли. – Паршивая злая сука надоела мне, а я хочу взять новую молодую жену. Так или иначе, я прогнал бы Марджери, поскольку моя невеста здорова и сильна в отличие от первой жены. Она сама умеет готовить и убирать дом. Мне лишний рот ни к чему. Кухня внизу. Можешь отправляться туда. Кстати, я слышал, что ты взял в любовницы ту девчонку, которую купил у меня. Надеюсь, тебе она доставила больше удовольствия, чем мне.

– А разве ты исцелился? Должно быть, много денег истратил на лечение, – съязвил лэрд. – А леди теперь моя жена, так что советую говорить о ней с уважением.