Любовь и опасность - Смолл Бертрис - Страница 46

– Пойдем, цыпленочек, – позвала Элсбет, поднимая хозяйку. – Ложись спать.

Не успела она укрыть девушку, как та заснула. Элсбет вернулась на кухню, поставила сушилку перед огнем, в который подкинула несколько поленьев. Они долго еще будут гореть. Завтра их ждет нелегкий день. Она пошлет Адэр выбрать в деревне слуг, а сама станет приводить кухню в порядок. И лэрду с людьми давно пора отправиться на охоту. Скоро наступит зима, а кладовые пусты! Нужно еще раз напомнить ему об этом, иначе будет нечем кормить этакую ораву!

Элсбет взяла второе одеяло и тоже прилегла.

Проснулась она еще до рассвета, когда небо едва посветлело, и тяжко вздохнула. Она ужасно устала, но придется вставать. Скоро замок проснется, и мужчины потребуют завтрак.

Лэрд снова удивился при виде поданной еды: яйца бенедикт в сливках, посыпанные петрушкой, теплый хлеб, сыр и эль. Адэр ходила между столами, раздавая хлеб, крутые яйца и сыр. Она не заговаривала и не встречалась глазами с мужчинами. Когда один из них поймал ее за подол, она без колебаний ударила его по руке и окинула взглядом, от которого тот буквально примерз к месту.

– Держи свои лапы при себе, приграничная шваль! – прорычала она, унося кувшин с элем.

По залу прокатился смешок. Задетый ухажер выкинул вперед руку и притянул девушку к себе на колени. Адэр не задумываясь вылила эль ему на голову, огрела кувшином и, воспользовавшись моментом, удрала на кухню. Разъяренный парень вскочил и с ревом устремился следом.

– Сядь, Фергюс, – холодно приказал лэрд. – Хочу, чтобы все было ясно с самого начала: эта девушка – моя. И никому не позволено с ней заигрывать, а тем более запугивать или угрожать. Я понятно выражаюсь? Те же правила касаются и ее подруги. Я вовсе не желаю снова есть подгорелую овсянку три раза в день только потому, что вы не можете держать в узде своих оголтелых «петушков». А теперь вам придется обойтись и без эля, потому что девушка вряд ли снова появится в зале.

С этими словами Конал спокойно уселся.

– Задорная девчонка, – пробормотал Дункан.

– Ничего, приручим. Всех женщин рано или поздно можно приручить, – пообещал лэрд.

– С этой тебе понадобится много терпения, братец, – предсказал Дункан.

– Думаю, тебе известно, что я человек нетерпеливый.

– Она настоящая красотка, – продолжал Дункан, – особенно когда вымоется. Роскошные волосы и прекрасное лицо. Только вот я не подобрался ближе, чтобы разглядеть цвет глаз. А ты видел?

– Они похожи на большие фиалки, – тихо сообщил лэрд. – Теперь я вижу, что Элсбет не солгала. Адэр – настоящая леди.

– Как быть с ее одеждой? То платье, что на ней, явно видало лучшие дни. Думаю, и кухарке не мешало бы приодеться. У матушки был чулан, где она держала ткани. Я это точно помню.

– Он в ее спальне, – вмешался Мердок.

– Точно, – согласился Дункан.

– Я скажу женщинам, чтобы они взяли оттуда все, что понадобится, – кивнул лэрд. – А теперь, братья, задело. Берите тележку и привезите припасы для кухни. Элсбет говорит, что кладовые пусты. Ей нужна мука, соль, сахарная голова, пряности, ежедневная доставка молока, сливок и масла. Несколько головок сыра, метла, пчелиный воск, мыло и песок.

– Длинный список, ничего не скажешь! – хмыкнул Дункан. – Что еще она хотела от тебя, братец?

– Пекаря, мальчишку-поваренка, чтобы рубить дрова и таскать воду, и служанку в помощь Адэр. Дункан, постарайся найти здравомыслящих немолодых женщин, которые не обращали бы внимания на приставания мужчин, и паренька покрепче.

– А что вы будете делать, милорд, пока мы выполняем ваши приказы? – лукаво ухмыльнулся Дункан.

– Беру остальных и еду на охоту. Мистрис Элсбет считает, что такой ледник, как у нас, просто позорит хозяина замка и она не сможет прокормить всех обитателей, если не будет мяса.

Дункан и Мердок, переглянувшись, засмеялись.

– Похоже, что новая кухарка правит всем замком, – поддел Дункан.

– До тех пор пока обеды подаются вовремя и так же вкусны, как два последних, эта женщина может делать со мной все, что пожелает, – объявил лэрд под громовой хохот братьев.

– Пойду на кухню, спрошу, не нуждается ли в чем мистрис Элсбет, – вызвался Мердок.

– А я запрягу лошадь в телегу, – решил Дункан. Элсбет заверила Мердока, что пока ей ничего не нужно, и поблагодарила парня. После его ухода она обратилась к Адэр:

– Прости, цыпленочек, что не даю тебе покоя, но сама видишь, сколько здесь работы.

Женщины принялись убирать и приводить в порядок кухню. К тому времени как Дункан и Мердок привезли припасы и слуг, Элсбет уже управилась с делами. Первой вошли Флора, почтенная вдова с сыном-подростком Джеком. Флоре предстояло заниматься хлебопечением. Вторая женщина, Гризел, должна была помогать Адэр с уборкой замка. Прибыли они довольно рано. Мердок и Джек внесли и повесили в ледник половину бычьей туши.

– Ну и молодцы! – восхитилась Элсбет. – Теперь у нас есть что готовить на ужин!

– Если я тебе больше не нужна, нянюшка, пойду вместе с Гризел в зал и приберу его к приезду лэрда, – негромко сказала Адэр и, обратившись к Гризел, добавила: – Захвати пчелиный воск и метлу. Будешь подметать, а я пока натру мебель.

Гризел энергично орудовала метлой, и вскоре пол был чисто выметен.

– Разбросать тростник? – спросила она Адэр.

– Не стоит. Я не очень его люблю. В нем вечно заводятся блохи и клопы, да и собаки привыкают на него мочиться. Одна только вонь, ничего больше. Лучше спускайся на кухню и спроси Элсбет, не нужно ли ей помочь. Я сама натру стол. Уже почти закончила.

Адэр перешла на дальний конец стола и стала растирать воск тряпочкой. Завершив работу, она отступила и полюбовалась делом рук своих. Стол был старым и повидал много обедов на своем веку, но заметно было, что раньше за ним ухаживали.

– Я не видел его таким красивым со дня смерти матушки, – заметил подошедший лэрд. – Если ты леди, почему знаешь, как полировать мебель?

– Даже английская королева умеет готовить и полировать мебель, – заверила Адэр.

– Откуда тебе это известно? – спросил он, подступив ближе.

– Потому что она моя единокровная сестра. А я десять лет провела в королевской детской вместе с ней, милорд, прежде чем вернуться в Стентон. Он подошел еще ближе.

– Ты говоришь правду, Адэр, или сочиняешь сказки? Адэр гордо выпрямилась и взглянула ему в глаза.

– Я не привыкла сочинять, милорд. Шесть первых лет моей жизни я знала только одного отца: Джона Радклиффа, графа Стентона. Когда на дом напали сторонники Ланкастеров, моих родителей убили. Мне и моей нянюшке Элсбет удалось бежать. Только тогда я узнала, что мой настоящий отец – король Эдуард. Графский титул перешел ко мне. Я была графиней Стентон в своем собственном праве. Оба моих мужа благодаря мне получили этот титул. Эндрю, мой второй муж, как я уже говорила, был убит вместе с королем Ричардом. Я вовсе не думаю лгать – это не в моем характере, милорд. – На глазах ее выступили слезы, но она не отвела взгляда, даже когда прозрачная капелька покатилась по щеке.

Конал снял слезу кончиком пальца.

– У тебя глаза как мокрые фиалки, – хрипло выговорил он, отчетливо сознавая, что впервые в жизни встретил такую необыкновенную женщину. Такую отважную и гордую, что сердце ноет при виде ее тоски. Но он просто не может отвернуться первым.

Адэр сглотнула застрявший в горле колючий комок.

– Пойду скажу Элсбет, что вы вернулись, милорд, – голосом вымолвила она. Нет, не станет она плакать перед ним. Никогда. Ни за что! – Она повернулась, чтобы уйти, но Конал положил руку ей на плечо. Адэр застыла. – Прошу вас, милорд, я должна вернуться на кухню, – пробормотала она не оборачиваясь.

– Ты знаешь, что я тебя хочу, – твердо сказал он. Адэр безмолвно покачала головой.

– Увидев тебя среди пленников, я поразился. Ты не была похожа на этих забитых бедняг. Твой мятежный взгляд выделял тебя из толпы. Словно свет во тьме, он манил меня, и я последовал за ним. Наверное, я последний глупец, потому что поддался твоим чарам. Твоя красота и сила духа не принесут ничего, кроме неприятностей, а я человек, больше всего на свете любящий мир и покой.