Гарем - Смолл Бертрис - Страница 111

— Немножко.

— Немножко, моя госпожа. У тебя дурные манеры. Но сама ты, как я вижу, девочка неглупая, Ульяна. Обучение твое пойдет быстро, Я в этом не сомневаюсь.

— Я буду очень стараться, чтобы получить то, что ты мне обещаешь.

— Я ничего тебе не обещала. Просто сказала, что для человека, который не боится работы, нет ничего невозможного. Слушайся меня и через некоторое время будешь представлена моему сыну. Если же мы покажем тебя раньше срока и ты султану не понравишься, второй возможности у тебя уже не будет. Понимаешь?

Девочка утвердительно кивнула.

— Хорошо. Начнем мы с того, что изменим тебе имя. Руслана, Ульяна… звучит не по-турецки. Отныне ты будешь отзываться на имя Карем. Я обратила внимание на то, как ты вела себя в доме моей дочери. Тебя легко рассмешить, ты веселая и беззаботная. Карем означает «смешливая». Карем широко улыбнулась:

— Спасибо, моя госпожа. Мне нравится это имя. Сайра наклонилась вперед и выглянула за занавески паланкина. Дворец был уже близко.

— И последнее, — сказала она. — На людях я не стану никак подчеркивать свое особое отношение к тебе, но это не значит, что я забыла про тебя и ничем тебе не буду помогать. А теперь сиди тихо. Мы уже почти дома.

Носильщики вбежали со своей ношей в ворота Эски-сераля и тут же повернули в Садовый двор. Оказавшись у себя в покоях. Сайра послала за портнихой, дородной женщиной лет пятидесяти. Когда та появилась в дверях. Сайра поднялась навстречу и приветственно протянула руки:

— А, Серви! Как я рада тебя видеть. Давно хотела поблагодарить тебя за нижнее белье, сработанное твоими девушками, — отличная работа! — да все времени не было. Дела, дела… — Открыв шкатулку. Сайра на мгновение задумалась, а потом небрежно подняла нитку кремово-розового жемчуга и самолично повесила портнихе на шею. — Небольшой знак моего внимания. Присядь, сейчас Рут принесет нам кофе.

Портниха, одновременно смущенная и обрадованная подарком, опустилась на подушки, восторженно перебирая пальцами жемчужное ожерелье. Принесли кофе. Сайра сама разлила его и передала портнихе маленькую глазурованную чашку. Какое-то время они болтали, потом Сайра спросила:

— Сколько девушек в твоей ода, Серви?

— Пять, моя госпожа. Но почти все они орудуют иголкой с ниткой из рук вон плохо. Впрочем, может быть, я излишне к ним придираюсь, — тут же извинилась она.

Сайра дала ей взглянуть на шелковый платок, расшитый Карем.

— Что скажешь?

Серви взяла платок и внимательно рассмотрела его:

— Хорошая работа, моя госпожа. Очень хорошая.

Сайра позвала Мариан:

— Пошли ко мне Карем. — Она вновь повернулась к Серви:

— Если ты действительно считаешь, что платок расшит неплохо, можешь избрать эту девушку к себе в ода. Я связываю с ней большие надежды, как что ты только выиграешь от того, если из твоей ода выйдет фаворитка султана.

Серви согласно кивнула. В гостиной появилась юная рабыня. Она поклонилась портнихе и валидэ и замерла на месте, скромно потупив глаза и сложив руки на животе.

— Это Карем, — улыбнувшись, проговорила Сайра. — Татары в прошлом году отдали ее нам в качестве дани. До сих пор она жила в доме моей дочери, где выполняла несложную работу. Но, увидев, как она ловко вышивает, я решила привезти ее сюда. С иголкой и ниткой она управляется весьма искусно, но, увы, во всем остальном полная невежда. Надеюсь, что под твоим началом она получит хорошее воспитание.

Серви понимала, что у нее нет выбора. По крайней мере хорошо то, что девчонка действительно умеет вышивать. И потом валидэ верно заметила, что когда именно из твоей ода выходит будущая жена султана, в этом есть свои преимущества. А раз Сайра-Хафиэе решила, что эта девчонка может стать кадиной султана, значит, она ею станет.

— Буду счастлива исполнить вашу просьбу, моя госпожа, — сказала Серви.

— К Карем следует относиться точно так же, как и ко всем остальным девушкам. Хвали ее, только когда она будет этого заслуживать, а за проступки наказывай, как ты наказываешь других воспитанниц. Я не потерплю, чтобы она выросла избалованной.

— Разумеется, моя госпожа.

— И еще, Серви. Никому не проболтайся об этом разговоре. Ты меня понимаешь? Ты взяла эту девочку к себе не потому, что я тебя попросила, а потому, что она хорошо вышивает.

Серви улыбнулась:

— Да, моя госпожа. Я прекрасно тебя понимаю. Так в султанском гареме появилась Карем.

В тот день, когда в ода Серви был банный день, валидэ незаметно уединилась в потайной комнате, показанной ей в свое время еще Хаджи-беем, дабы получше рассмотреть свое новое приобретение. И надо сказать, не была разочарована.

У Карем были красивые светлые волосы. После того как их тщательно вымыли водой с лимонным соком, они засверкали будто золото. Милое личико в форме сердечка, маленький, чуть остренький подбородок, большие с поволокой глаза и бархатные ресницы.

Фигура у нее была просто идеальна. Она была невысокого роста, имела крепкие в форме полушарий груди, тонкую талию и круглые розовые ягодицы. У нее были стройные и очень красивой формы длинные ноги и мягкий кремовый загар.

За несколько месяцев, проведенных в султанском гареме. Карем многого достигла. Она научилась без акцента говорить по-турецки тихим грудным голосом. Как выяснилось, она питала склонность не только к вышивке, но и к музыке. Научилась играть на лютне и на гитаре и забавно отстукивала ножкой ритм, когда аккомпанировала себе. Манеры ее стали безупречны. Прислушавшись к совету валидэ, она каждый день стала менять наряды. Впрочем, у нее, как у простой гедиклис, был пока весьма небогатый гардероб, но русская девушка умела каждый раз добавить к своему платью какой-то новый штрих.

Если у нее и был недостаток, так это злопамятность. Будучи выпоротой за какой-нибудь проступок, она не заливалась слезами, как другие. Карем молча поднималась с лавки и несколько мгновений смотрела своему экзекутору прямо в глаза, как бы говоря:

"Запомню».

Сайра-Хафизе была довольна успехами Карем и все чаще думала: «Наконец-то я нашла девушку, которая сумеет отвлечь Сулеймана от его прилипчивой Гюльбейяр».