Царица Пальмиры - Смолл Бертрис - Страница 131

— Я не могла оставить Мавию. А Марк остался вместе с человеком из племени добунни. Я в безопасности. Они и понятия не имеют о том, как выглядит Зенобия, царица Пальмиры. Они собираются остаться здесь?

— Не знаю точно, но этот центурион не слишком смышленый. Он ищет Марка и тебя, а то, что я приехала сюда всего лишь несколько недель назад, его не волнует.

— Они уехали! — сказала Эда, входя в комнату Дагиан. — Ох, Зенобия, как же ты напугала меня! Когда я увидела, как ты входишь в комнату, у меня душа в пятки ушла. Почему же ты не спряталась? Ведь тебя могли схватить!

— Мне не угрожала опасность, — утешала Зенобия свою невестку. — Как я могла бросить ребенка. Мавия слишком дорога мне.

— Они вернутся назад, — продолжала Эда. — Они уверены, что ты где-то здесь, хотя Аул отрицал, что видел тебя. Они возвратятся в Кориний, возьмут солдат, вернутся и обыщут окрестности Салины.

— Сколько у нас времени? — спросила Зенобия.

— Они не смогут вернуться в Кориний раньше завтрашнего дня, и еще один день уйдет у них на обратную дорогу. Думаю, что у вас есть три дня.

Озорная улыбка озарила лицо Зенобии.

— Мы опередим их, — сказала она, — и проедем через Кориний раньше, чем они доберутся туда. Пока они будут возвращаться по уже пройденному пути, мы будем ехать в противоположном направлении!

Эда негромко засмеялась.

— Какой же ты прекрасный стратег, сестра! Это правда, что в своей стране ты руководила армией?

— Да, я командовала армией, — скромно призналась Зенобия.

— Марк говорит, что она и в самом деле была великим полководцем, — сказала Дагиан.

— Охотно верю этому, — ответила Эда, а потом с беспокойством спросила Зенобию:

— Ты ведь простишь Аула за то, что он ударил тебя, не правда ли?

Теперь рассмеялась Зенобия.

— Думаю, Аул не нашел своего истинного призвания, — сказала она. — Из него вышел бы замечательный актер! Вы только подумайте, «валяться с мужчинами на конюшне»!

— В действительности у Аула не было необходимости быть таким грубым, — осудила его Дагиан. Зенобия бросилась защищать Аула.

— Нет, нет! Именно этот удар убедил центуриона, что я всего лишь неопрятная и глупая женщина-рабыня.

В ту ночь Аул был вынужден предложить свое гостеприимство и стол центуриону и легионерам на внутреннем дворе. Зенобия и Мавия оставались у себя в спальне, и им благополучно удавалось держаться подальше от их глаз. Мавия нервничала, как никогда прежде с тех пор, как покинула Пальмиру. В какой-то момент она даже заплакала. Зенобия утешала ребенка, превратив в игру то, что им предстояло сделать впоследствии.

— Мы тайно выскользнем с виллы дяди Аула, точно так же, как мама когда-то выскользнула из Пальмиры, чтобы поискать помощи у персов, — сказала Зенобия.

— Но ведь римляне схватили тебя! — причитала Мавия.

— Только потому, что с нами не было папы, Мавия, — ответила ее мать.

— А где папа? — спросил ребенок.

— Он у добунни. Они помогут нам добраться до нашего острова.

— И римляне не поймают нас? Нам не придется снова жить с императором? — спрашивала Мавия, всхлипывая.

— Нет, моя дорогая, римляне не поймают нас, и мы никогда больше не увидим императора. Обещаю, Мавия! И Зенобия крепко обняла маленькую дочь.

— Всегда мы бежим, всегда спасаемся! — бормотала Баб, укладывая вещи. — Надеюсь, прежде чем я умру, нам дадут хоть немного пожить спокойно!

Услышав ворчание старухи, Адрия улыбнулась и опустила голову. Все знали, что Баб, которой теперь было далеко за семьдесят, так и расцветала от приключений.

— Будь терпеливой, старушка, — сказала Зенобия. — Несомненно, это в последний раз. На нашем острове мы окажемся в безопасности.

— Я так надеюсь на это! Если бы твоя дорогая матушка была жива и увидела, как эти римляне травят тебя, это разбило бы ей сердце!

Адрия сложила в маленький сундучок одежду и все, что может понадобиться в пути. Все остальное Баб упаковала в сундуки, которые доставят позже.

Центуриона напоили превосходным вином. Под действием легкого снотворного, которое ему подсыпали в последнюю чашу, он уснул и теперь лежал, шумно храпя, в комнате для гостей.

Он не слышал, как члены семьи один за другим проскользнули в спальню Зенобии, чтобы попрощаться с ней. Эрвина и Ферн принесли своей кузине Мавии маленького котенка в качестве прощального подарка.

— Эту кошечку зовут Цветок, потому что она любит нюхать цветы, — прошепелявила Ферн.

Мавия, прижав котенка к груди, поблагодарила своих сестер и пообещала когда-нибудь снова навестить их.

Эда сказала:

— Теперь вы должны поторопиться. Когда появится возможность, мы пришлем вам вещи. Я положу для вас побольше черенков из моего сада.

Ее голубые глаза наполнились слезами.

— Мне не хочется, чтобы вы уезжали, Зенобия! Мне будет не хватать вас!

— У меня никогда не было сестры, — медленно произнесла Зенобия. — Мне повезло, что теперь вы моя сестра. Как я смогу отблагодарить вас за гостеприимство? Если бы я все еще была царицей своей страны… Но я уже не царица. Я ничего не могу дать вам, кроме моей любви, Эда.

Женщины тепло обнялись, и, взглянув на Зенобию полными слез глазами, Эда ушла.

Дагиан сказала:

— Она никогда не забудет тебя! Она — дочь простого вождя и никогда за всю свою жизнь не ездила дальше Кориния. Ты внесла в ее жизнь целый мир!

— А она озарила мою жизнь добротой, — сказала в ответ Зенобия. — Она открыла для нас свой дом и свое сердце. Я никогда не забуду этого, Дагиан.

Она испытующе посмотрела на свекровь.

— А вы уверены, что хотите остаться здесь? Когда-то мы уже говорили, что будем очень рады, если вы приедете к нам. Оба мы, и Марк, и я, любим вас, а Мавия без вас просто пропадет!

— Нет, дитя мое, я останусь здесь.

— Приезжайте хотя бы на зиму! Эда сказала, что зимы здесь суровые, а на острове теплее.

— На зиму — может быть, — сказала Дагиан и с любовью заключила Зенобию в объятия. — Будь счастлива, моя дорогая доченька, ведь ты сделала моего сына счастливым! Я могу любить тебя хотя бы за одно это. Мы еще встретимся!

Она нежно поцеловала Зенобию и поспешно вышла из комнаты.

За ними пришел Аул.

— Вы выйдете через ворота в саду. Маловероятно, что вам встретятся римляне. Там вас будет ждать человек из племени добунни. Он отведет вас к Марку, и вы благополучно тронетесь в путь.

— Спасибо тебе тысячу раз, Аул! Не знаю, что бы мы делали без тебя! Римляне пришли так быстро! Я думала, что у нас в запасе есть больше времени.

— Вы и без меня уцелели бы, — пробормотал Аул, смутившись, ведь он был простодушным человеком.

Она поцеловала его небритую щеку и, прежде чем он успел возразить, сказала:

— Идем, брат! Баб, Чармиан, Адрия, Мавия! Идемте! Старый Север тоже отправлялся с ними. Он ожидал их в саду, возле ворот, выходящих на улицу. Одетые в темные плащи, все шестеро вышли за ворота и пошли по улице. На углу к ним присоединился едва различимый в темноте человек из племени добунни и повел их за собой. Они в молчании следовали за ним, не отрывая глаз от его темной фигуры. Так, в молчании, они прошли через селение и вышли в открытое поле.

Взошла луна, залила окружающий пейзаж серебристым светом и осветила их путь. Наконец, они вошли в небольшой лес. Там, на вырубленном участке, их ждал Марк. Он с радостью обнял жену и дочь.

— Хвала богам, вы целы и невредимы!

— Они ведь никогда не видели Мавию. Аул сказал им, что я — пленница-рабыня из Иерне. Все было просто, мой дорогой. А теперь скажи, как мы доберемся до острова?

— Мы доедем до Глева и минуем его к утру. Мы сможем обогнуть Кориний — есть новая дорога между Глевом и Аква Сулисом.

— Значит, нам нечего бояться римского гарнизона! Она почувствовала облегчение. Он продолжал:

— Из Аква Сулиса мы отправимся в Линдинис и, наконец, Иска Думнониор. Аул направил письмо главному вождю племени думнонн. Они проведут до побережья, где нас ожидает корабль. Так что весь путь нас будут охранять.