Источник Вознесения - Сандерсон Брэндон - Страница 166

Она бросилась к нему в объятия, и наваждение пропало.

– Прости. Я, кажется, кое-что натворила.

– Да? И что же?

– Сделала тебя императором.

Эленд улыбнулся:

– Уже заметил. Не возражаю.

– Это после того, как ты столько добивался, чтобы у людей был выбор? – лукаво спросила Вин.

Эленд покачал головой:

– Я начинаю думать, что мои идеи слишком все упрощали. Они были благородны, но… недоработаны. Мы с этим разберемся. Я просто рад, что мой город выстоял.

Вин улыбнулась. Выглядела она уставшей.

– Ты все еще на пьютере?

– Нет. Это что-то другое. – Вин задумчиво огляделась по сторонам, словно принимая решение. – Идем, – наконец сказала она.

Сэйзед смотрел в окно, оловянная метапамять усиливала его зрение. Там, внизу, и впрямь был Эленд. Террисиец улыбнулся: одним грузом на совести стало меньше. Он повернулся, намереваясь пойти и поприветствовать короля, как вдруг заметил что-то на полу.

Обрывок бумаги. Сэйзед наклонился, чтобы подобрать его, и узнал собственный почерк. Края были неровно оборваны. Террисиец нахмурился, подошел к столу и открыл книгу на странице с повествованием Кваана. Не хватало куска. Того же, что и в прошлый раз, когда оторванную часть обнаружила Тиндвил. Он почти забыл о странном случае, когда на всех страницах оказалось испорченным одно и то же предложение.

Тогда Сэйзед переписал страницу из своей метапамяти, и вот теперь снова был оторван тот же самый кусок. С последним предложением. Просто чтобы убедиться, террисиец приложил обрывок к странице. Тот прекрасно подошел.

«Аленди не должен попасть к Источнику Вознесения, ему нельзя позволить забрать силу себе».

Те же самые слова, что хранились в памяти Сэйзеда, скопированные из текста Кваана.

«Почему Кваан так об этом беспокоился? Он же сам пишет, что знал Аленди лучше кого-либо другого. Он даже не раз называл его благородным человеком».

Так почему же Кваан так боялся, что Аленди заберет силу себе?

Вин шла сквозь туман. Эленд, Хэм и Призрак следовали за ней; толпа рассеялась по приказу Эленда, хотя некоторые солдаты остались на всякий случай поблизости.

Вин не замедляла шага, чувствуя пульсирующий грохот – силу, которая сотрясала основы ее души. Почему его не замечают остальные?

– Вин? – спросил Эленд. – Куда мы идем?

– В Кредикскую Рощу.

– Но… зачем?

В ответ она лишь покачала головой. Теперь Вин знала правду. Источник находился в городе. Раньше его расположение было трудно определить, но теперь, когда биение сделалось еще более громким и мощным, становилось понятно, откуда оно шло.

Эленд оглянулся на солдат, и Вин почувствовала его обеспокоенность. Впереди, в темноте, громоздилась Кредикская Роща. Шпили, точно массивные копья, выпирали из земли в неравномерном узоре, с упреком уставившись на звезды в вышине.

– Вин, туман ведет себя… странно.

– Знаю. Он направляет меня.

– Вообще-то, нет, – возразил Эленд. – Он будто отталкивается от тебя.

Вин покачала головой. Все казалось ей правильным. Как это объяснить? Все вместе они вошли в бывший дворец Вседержителя.

«Все это время Источник был здесь», – с удивлением подумала Вин.

Здание вибрировало от пульсации. Почему она не заметила этого раньше?

«Биение было слишком слабым, – догадалась Вин. – Источник еще не наполнился. А теперь время пришло».

И он звал.

Она шла тем же путем, что и раньше. Путем, который они прошли вместе с Кельсером, пробравшись в Кредикскую Рощу той роковой ночью, когда Вин едва не погибла. Путь, который она прошла сама в ночь, когда пришла убить Вседержителя. Тесные каменные коридоры вывели в помещение с куполообразным потолком. Фонарь Эленда отбрасывал блики на каменную резьбу и серо-черные фрески. Каменная хибара находилась в самом центре, закрытая и заброшенная.

– Думаю, сейчас мы наконец-то найдем твой атиум, Эленд, – улыбнулась Вин.

– Что? – Голос Эленда эхом разнесся под сводами зала. – Мы тут искали. Мы все перепробовали.

– Видимо, не все. – Вин разглядывала маленький дом-внутри-дома, но пока издали.

«Тут я бы его и спрятала, – подумала она. – Все очень разумно. Вседержитель расположил Источник поблизости, чтобы взять силу, когда она опять вернется. Но я убила его раньше, чем это произошло».

Грохочущие удары раздавались снизу. Прорывались сквозь пол, но умолкали, ударившись о твердый камень. Должен быть путь вниз. Вин осмотрела дом-внутри-дома, но ничего не обнаружила. Вышла оттуда раздосадованная, не глядя на растерянных друзей.

Затем попыталась зажечь металлы. Как обычно, голубые лучи разбежались по сторонам, указывая на источники металла. Несколько вели к Эленду и Призраку, Хэм был чист. Некоторые барельефы имели металлические инкрустации, и лучи указывали на них.

Ничего неожиданного. Ничего…

Нахмурившись, Вин шагнула в сторону. К одной из инкрустаций вел довольно толстый луч. Слишком толстый. Рожденная туманом с мрачным видом изучила луч, который выходил, как и все остальные, из ее груди и указывал на каменную стену. Или на что-то за стеной.

На что?

Вин потянула. Ничего не произошло. Потянула сильнее, охнув, когда ее потащило к стене. Отпустила луч, огляделась по сторонам. Инкрустации были и на полу. Глубокие. Из любопытства Вин заякорила себя к одной из них и снова потянула стену – и вдруг показалось, будто что-то сдвинулось с места. Подожгла дюралюминий и потянула изо всех сил.

Взрыв силы едва не разорвал ее на части, однако якорь удержался на месте, а пьютер в сочетании с дюралюминием спас ей жизнь. Часть стены отъехала в сторону, в тишине скрежет камня по камню показался оглушительным. Вин судорожно вздохнула, когда ее металлы закончились.

– Вседержитель! – воскликнул Призрак.

Хэм зажег пьютер и первым заглянул в открывшийся проход. Эленд не двинулся с места и схватил Вин за руку, когда та чуть не упала.

– Все хорошо. – Вин выпила флакон с металлами.

Сила Источника грохотала вокруг. От этого грохота будто тряслись стены зала.

– Тут ступеньки, – выглянув, сообщил Хэм.

Вин взяла себя в руки и кивнула Эленду. Вдвоем они последовали за Хэмом и Призраком.

«Но я не должен так вдаваться в подробности, – писал Кваан. – У меня мало места. Другие Мироносцы, должно быть, чувствовали себя униженными, когда пришли ко мне и признали свою ошибку. Уже тогда я начинал сомневаться в своем первоначальном заявлении.

Однако моя гордость была сильнее меня.

Быть может, в конце концов, именно моя гордыня всех нас и погубила. Мои собратья никогда не уделяли мне много внимания, считая, что моя работа и мои интересы не подходят для Мироносца. Они не замечали, что мой труд – изучение природы вместо религии – приносил благо народам четырнадцати земель.

Я приобрел значимость и вес как тот, кто нашел Аленди. Особенно среди Мироносцев.

Я стал легендарной личностью – Святым Первым Свидетелем, пророком, который должен был отыскать Героя Веков. Отказаться от своих слов тогда означало отказаться от нового статуса, признания со стороны других людей.

И я не отказался. Но отказываюсь сейчас.

Да будет известно, что я, Кваан, Мироносец из Терриса, мошенник. Аленди никогда не был Героем Веков. В лучшем случае, видимо, я преувеличил его добродетели, создав Героя там, где его не было. В худшем случае, боюсь, я испортил все, во что мы верили».

«Что-то тут не так…»

Сэйзед перечитал несколько строк, вновь остановившись на словах «Святой Первый Свидетель». Почему они его беспокоили?

Откинувшись на спинку стула, террисиец вздохнул. Даже если пророчества говорили о будущем, их нельзя использовать в качестве руководства к действию. В этом Тиндвил была права. Его собственное исследование показало, что они недостоверны и запутанны.

Так в чем же проблема?

«Все это просто не имеет смысла».